Алеша Джапаридзе: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Варо смеялась и тут же подавала мужу тарелку мамалыги и чай с сахарином. Пока Алеша торопливо ел, Варо внимательно смотрела на мужа. Боже, до чего же он исхудал, какой у него измученный вид!

Действительно, Алеше было нелегко, слишком тяжелая ноша легла на его плечи. Однако он не унывал и с упорством истинного большевика весь отдавался своим многочисленным обязанностям. Но врагов у него, пожалуй, было больше, чем обязанностей. Однажды дашнаки организовали злодейское покушение на его жизнь. Чудом уцелел он от пуль, но три красногвардейца, сопровождавшие Джапаридзе, были убиты. Случилось это 29 апреля 1918 года, то есть всего через четыре дня после назначения Джапаридзе наркомом внутренних дел, комиссаром Коммуны. Вместе с Алешей тогда находился его помощник, незабвенный друг Вано Николайшвили. Он-то, по сути, и спас Джапаридзе.

Как-то на очередном заседании Совнаркома Алеша, утомленный непосильной ношей обязанностей, попросил назначить ему двух заместителей. Заместителями наркомвнудела утвердили Азизбекова и Чикало.

Первое крупное мероприятие Бакинского Совнаркома — национализация банков. Советская власть нуждалась в деньгах, поэтому национализация банков имела большое экономическое значение. Конечно, эта акция не обошлась без сопротивления капиталистов. Управляющие банками отказались внести наложенную на них контрибуцию. Тогда Совнарком решил арестовать их. Эта мера привела к желаемым результатам: те выполнили требование о контрибуции.

Вскоре Бакинский Совнарком издал декрет о национализации недр земли, и в тот же день Совнарком РСФСР выделил сто миллионов рублей для вывоза нефти из Баку и выдачи заработной платы рабочим.

Неожиданно возникли осложнения. Из Москвы от Главконефти поступила телеграмма — национализация нефти откладывается. Все удивились. И Шаумян телеграммой сообщает Ленину о том, что Главконефть, «очевидно, не ведает, что творит. Национализация нефтяной промышленности и торгового флота, несмотря на голод, вызвала энтузиазм и повысила добычу нефти и вывоз… После того, что уже сделано и сделано очень хорошо, возврата быть не может… Прошу Вашего личного вмешательства для предупреждения тяжелых последствий для промышленности».

В. И. Ленин, Советское правительство поддержали бакинских большевиков. Неправильное распоряжение Главконефти было отменено.

Осложнения возникли и при национализации Каспийского торгового флота, который декретом Бакинского Совнаркома был объявлен «неделимой собственностью Российской Социалистической Федеративной Советской Республики». Против национализации флота выступила та же Главконефть. Снова Шаумян телеграфирует Ленину: «Теперь начинается такая же история с национализацией Каспийского флота. Телеграмма, полученная сегодня за подписью Мохровского, обнаруживает неосведомленность и непонимание. Покорнейшая просьба вовремя приостановить, чтобы не мешали нам работать».

Несмотря на важнейшие политические и экономические завоевания, положение Бакинской коммуны день ото дня становилось все хуже. Особенно плохо было с продовольствием. Запасов хлеба не было, и по карточкам населению выдавали в день по полфунта на человека, а потом — по четверть фунта. В отдельные дни и вовсе ничего не выдавали.

В этих чрезвычайно трудных условиях Алеше Джапаридзе поручается возглавить продовольственную директорию. Выбор пал на него не случайно. Об Алеше говорили: «Только он, кристально чистый и честный человек, энергичный организатор, может спасти положение».

Кому же, как не Алеше, возглавить продовольственную директорию?

Но Джапаридзе отказывался:

— Не сумею оправдать доверия. Да и сил не хватит.

Ему друзья ответили:

— Хватит сил. Оправдаешь доверие!

И не ошиблись. Алеша делал все, подчас, казалось, даже невозможное, чтобы облегчить положение города подвозом хлеба с Северного Кавказа и из Муганской долины. Из числа преданных революции рабочих и красноармейцев он сформировал особый батальон, на который была возложена уборка хлеба, заготовка и организация его вывоза. Создал также группы скупщиков хлеба и послал их в Ленкоранский, Джеводский уезды, на Северный Кавказ, на Волгу. До некоторой степени положение улучшилось. Но достичь основательного перелома в продовольственной проблеме все же не удалось.

Помощь пришла от В. И. Ленина. Вот какую радиограмму направил он в Баку: «Советом Народных Комиссаров постановлено: отправить немедленно водой из Царицына в Баку большую партию хлеба в распоряжение Бакинского Совдепа…» И это в то время, когда Россия сама находилась в тяжелом положении: буржуазия, контрреволюционные силы развязали гражданскую войну, началось вторжение интервентов. Конечно, в этих условиях Россия могла оказать помощь в очень ограниченных размерах.

Итак, народный комиссар внутренних дел, председатель продовольственной директории и, кроме того, председатель Бакинского горсовета. На эту должность Алеша был избран еще в январе 1918 года. Ему самому нелегко было разобраться в том, какая из этих трех должностей труднее. Но как бы ни трудны, ни обременительны были его обязанности, он считал себя ответственным за все дела, за которые брался. Вот почему, выступая на чрезвычайной конференции промыслово-заводских комитетов, Джапаридзе обращается к собранию с такими словами:

— Необходимо помнить, что нам приходится критиковать не товарища Алешу, а председателя исполнительного комитета Бакинского Совета рабочих, солдатских и матросских депутатов…

Только после такого вступления он перешел к основной теме своего доклада: о продовольственном положении и состоянии нефтяной промышленности Баку.

— Вспомните, товарищи, — сказал в заключение докладчик, — что пролетариат Москвы и Петрограда переживал еще худшие продовольственные кризисы и все же выходил с честью из этих испытаний. Положение обязывает, товарищи, а наше положение исключительно ответственное. Бакинский пролетариат— оплот революции не только в Закавказье, но и всего Кавказа. Нам необходимо во что бы то ни стало спасти Баку для России…

К лету 1918 года резко ухудшилось и внешнеполитическое и военное положение Бакинской коммуны. Еще в мае Шаумян сообщал в Москву: «Из Тифлиса получена телеграмма о том, что 13 мая Турция предъявила в Батуме требование пропустить турецкие войска по железной дороге Александраполь — Джульфа в Персию, мотивируя это тем, что англичане напирают со стороны Мосула… Все сообщения из Тифлиса говорят о готовящемся походе на Баку со стороны турок, нам необходима скорая помощь…»

Турецкие захватчики вторглись в пределы молодой Советской республики. Вслед за ними двинулись войска кайзеровской Германии — союзницы Турции в империалистической войне. Баку оказался перед угрозой турецко-германской оккупации.

В этой сложной обстановке предательскую роль сыграли дашнаки, мусаватисты, меньшевики и эсеры. Они потребовали «пригласить» на помощь англичан, которые только и ждали такого «приглашения».

Не случайно, пока советские войска с переменным успехом бились против превосходящих сил противника, в Баку был раскрыт антисоветский заговор, инспирированный англичанами.

Над Бакинской коммуной нависла смертельная опасность.

В это время в Кремле Ленин вызвал к себе ответственного военного работника Тер-Арутюнянца и поручил ему организовать максимальную военную помощь Баку.

— Докладывайте мне об исполнении по телефону ежедневно, — наказывал Владимир Ильич. — А в случае необходимости приходите прямо ко мне.

Такой случай вскоре представился. Тер-Арутюнянц пришел к Ленину и пожаловался на то, что начальник артиллерийского управления под разными предлогами оттягивает срочную отправку в Баку оружия и боеприпасов.

Разгневанный Владимир Ильич тотчас снял трубку телефона. Он потребовал от начальника артиллерийского управления объяснений. Объяснения его, по-видимому, не удовлетворили. Не дослушав собеседника, Ленин резко сказал ему: