— Был здесь как-то… — нерешительно говорит тот, что читал Сименона. — Дня три, наверное, назад.
— Раньше, — авторитетно отзывается сотрудник с мундштучком. — Это было еще до того, как ты на бюллетень уходил… Он еще спросил, что такое постельная принадлежность из пяти букв.
— А что это такое? — заинтересованно спрашивает один из игроков в крестики и нолики.
Со всех сторон сыпются предложения: диван, тумба, одеял. Начинается спор. Саша проходит в дверь, на которой написано: «Группа самонадевающейся обуви». Здесь работают. Один сотрудник сидит в носках в специальном кресле, выставив наготове ноги, а другой регулирует чудовищный мокроступ, заводя его специальным ключиком, как заводную игрушку. Затем он пускает мокроступ по полу. Мокроступ с жужжанием, мигая маленькими фарами, подъезжает к сидящему и надевается на подставленную ногу. Жужжание переходит в визг, сидящий с воплями принимается стаскивать мокроступ. Когда ему удается извлечь ногу, оказывается, что носок в лохмотьях.
Саша осторожно прикрывает дверь и снова выходит в коридор. В коридоре Модест Матвеевич с неизменной папкой под мышкой дает указание двум лешим в комбинезонах и с ломами. Выслушав указания, лешие подходят к стене и принимаются долбить ее.
Саша проходит в кабинет Эдика. Эдик занят — рассматривает что-то в бинокулярный микроскоп, рядом с ним из регистрирующего прибора ползет лента самописца. Саша садится рядом с ним на стол и говорит:
— Выбегалло пропал.
— Это хорошо… — рассеянно говорит Эдик, но тут же спохватывается. — То есть, позволь… В каком смысле пропал?
— В буквальном. Нет его нигде. И давно.
Эдик хмурится.
— В бухгалтерии спроси, — говорит он. — Сегодня получка…
— Спрашивал.
— Подожди, подожди, — испуганно говорит Эдик. — Он и за деньгами не пришел?
Саша мотает головой. Эдик тихонько свистит, затем решительно берет телефонную трубку.
— Алло-оу? — откликается томный женский голос.
— Извините, пожалуйста, — говорит Эдик. — Профессора Выбегалло можно к телефону?
— Кого?
— Это квартира профессора Выбегалло?
— Да-а… кажется. Толик, твой папа профессор?
В трубке вдруг раздается мужской голос:
— В чем дело?
— Профессор Выбегалло дома? — спрашивает Эдик.
— Слава богу, нет.
— Вы не скажете, где он?
— Ушел покупать «Огонек»[7].
— Давно?
— Недели две.
Эдик ошеломленно смотрит на трубку, затем осторожно кладет ее.
— Плохо дело, — говорит он. — Неужто пропал?
Они радостно смотрят друг на друга. Потом Эдик снова спохватывается.
[7] Авторы напоминают читателю, что действие сценария происходит в конце 60-х.