Антология исторического детектива-36. Компиляция. Книги 1-11: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Он самый, – ответил дворник, – больно шустрый. Сразу видать, из цирка, там все такие.

– Это Бричкин, – шепнул доктор Муре и, вынимая из портмоне монетку, подозвал дворника: – Любезный, поди-ка сюда. А куда ж они отправились?

Дворник с достоинством принял монету.

– Знал бы, сказал. Не слыхал, каюсь, как сговаривались. А поехали туда, к Обводному. – Дворник взмахнул могучей ручищей. – Господин Амантов и про доктора помянул. Заждался доктор, говорит, громко так, сипло. Не вас ли? И фамилию назвал – Полянский.

Глава 21

Карл Иванович Вирхов уже потерял счет времени – ему казалось, что близится полночь. Но был поздний вечер. В прозрачном безветрии, сменившем утренние пароксизмы урагана и давешнюю метель, особенно ярко и весело горели фонари, сопричастные особой, ночной жизни петербуржцев. Невский, более чем обычно в эту пору, был забит собственными и наемными экипажами и принарядившимися пешеходами. После пережитого потрясения горожане желали убедиться, что жизнь вернулась в привычное русло, что мостовые, тротуары, мосты уцелели, что рестораны и кафе готовы встретить их сияющими огнями, любезной обслугой и пиршеством аппетитных ароматов, а театры и концертные залы – упоительными зрелищами. Многие спешили навестить близких, дабы поделиться впечатлениями минувшей ночи

Настроение у Вирхова было не из лучших – и виной тому та готовность, с которой Илья Михайлович Холомков согласился проследовать в Окружной суд для дальнейших допросов и, похоже, смирился с арестом. Причем за ним увязались и его друзья, будто их ждало захватывающее приключение. Рыжеволосый полковник и бойкая фройляйн в собственном экипаже Холомкова не отставали ни на йоту от коляски, где сидели Вирхов с помощником и присмиревший Холомков.

«Будут потом надо мной потешаться, рассказывать своим собутыльникам, какое необыкновенное мужество проявили при встрече с тупым следствием», – думал Вирхов, косясь на Тернова.

Впрочем, юный кандидат искренне надеялся, что в присутственном месте преступник сознается в своем чудовищном деянии, – даже если рука на записке и на листе рукописи чужая, господин Холомков вполне мог обратиться к кому-нибудь с просьбой: к другу, или секретарю, или нанять писаря. А все остальное сходится! Тернов представил себе, как тайный литератор призывает жалкого писаришку, из семинаристов или недоучившихся студентов, просит его на пробу черкнуть несколько строк, которые и стали посланной им к Сайкину запиской. А затем, убедившись в хорошем почерке писаря, доверяет ему перебелить заново свою повесть «Автомобиль Святителя Николая». Измышляет себе псевдоним. Сюжет повести выбрать начинающему литератору труда не составило – о подвигах Карла Фрейберга писали петербургские газеты, что-нибудь наверняка просочилось и о конфиденциальном деле с автомобилем.

Уже у дверей Окружного суда к Павлу Мироновичу прицепился капитан Суржиков. Несмотря на то, что Вирхов велел тому отправляться к своим кактусам, несносный морской волк, воспользовавшись любезностью Вернера и Чимбалиони, потащился в коляске с ними на Литейный. И теперь плелся за Терновым, жарким шепотом умоляя посодействовать, чтобы ему вернули винную бочку.

Многочисленное собрание ввалилось в следственную камеру Вирхова.

– Какие новости? – спросил Вирхов, скидывая шинель на руки письмоводителю.

– В картотеке обнаружено два Корытина и один Курятин, проходили по буянству в пьяном виде, один огородничает за Обводным, на Богдановских огородах, два других бродяги, по ночлежкам обитают. Есть еще один Коротин, карточный шулер, из инженеров, – торопливо отчитывался тот.

Разоблачились от верхней одежды и остальные, только Суржиков нерешительно топтался у двери. На нем-то и остановился грозный взгляд следователя, усевшегося за письменным столом.

– А вы зачем здесь?

– Простите, ваше превосходительство, но мне хотелось бы получить обратно свою вещь, – решился тот, указывая на бочку у окна. – Надеюсь, я был полезен для следствия и заслуживаю награды.

– Вот что, дружок, – сказал нетерпеливо Вирхов, – бочка дня три побудет у нас. Если владелец не объявится, верну тебе в целости и сохранности. А теперь – шагом марш к своим кактусам! Надо будет, позову.

Суржиков горько глянул на свое сокровище и покинул кабинет.

– Итак, продолжим, – распорядился Вирхов. – Поликарп Христофорович, прошу вас заняться составлением протокола. Дознание по делу о смерти Сайкина. Допрос господина Холомкова, Ильи Михайловича. Присутствуют в качестве свидетелей синьорина Чимбалиони и полковник Вернер Господин Холомков, прошу поближе. – Вирхов указал на стул напротив своего стола.

– Тут как в тюрьме, – синьорина тряхнула кудрявой головкой и вытащила из кожаного ридикюля изящный серебряный портсигар, – окна зарешечены, никогда такого не видала. Мне страшнее, чем под куполом цирка.

– Где вы были в ночь убийства господина Сайкина? – обратился к Холомкову Вирхов после формальностей по протоколу.

– А когда его убили?

– Не валяйте дурака! – Вирхов хлопнул ладонями по столу. – Где вы были в ночь с воскресенья на понедельник?

– В ресторане «Медведь», я думаю, – ответил тот осипшим голосом. – Ах черт, кажется, простудился минувшей ночью, да и волнуюсь.

– Я подтверждаю, – встряла циркачка, описав в воздухе дугу рукой с зажженной пахитоской, – он был в нашей компании.

– Помолчите, фройляйн, – оборвал ее Вирхов, – у вас и у самой нет алиби. А когда вы вернулись домой, господин Холомков? – И так как допрашиваемый молчал, следователь уточнил сам: – В три часа ночи?

– Может быть, может быть, – забормотал поникший красавец. – Но это отнюдь не доказывает, что я убил вашего покойника.

– Испытывали ли вы к господину Сайкину неприязненные чувства?

– Никаких чувств я к нему не испытывал.

– Откуда в вашем доме черный плащ с капюшоном?