– Убью! – крикнул Макс, на ходу толкнув Василия, и захлопнул дверь.
Димка открыл дверь спальни и обратился к Васе:
– Проходи, покоритель дамских сердец.
Василий, увидев своих товарищей связанными, нисколько не удивился, а, наоборот, спокойно сел на диван, положив ногу на ногу. Димка и Андрей встали напротив него.
– Ну и что делать будем? – поинтересовался молодой человек.
– А вот что. – Димка засветился белым светом, достал из себя старинный меч и воткнул его в пол. Пространство вокруг меча засветилось.
– Мы, люди высшего разума, предупреждаем тебя по-хорошему: оставь охоту на чужое имущество!
Хватит ломать чужие жизни! – пламенно обратился к Василию хранитель.
– Оставь все похождения. Иначе тебя ждет плохой конец, – тихо добавил Андрей.
«Не трогай Катю. Не смей», – услышал Василий где-то внутри себя. От взгляда Андрея у него начал кипеть мозг. Он не мог вместить в себя и понять все мысли этого юноши. Василий подумал, что он сходит с ума, и ему стало страшно. Казалось, прошла уже вечность, а он все слышал эти наставления о жизни, людях, ценностях… Когда он наконец очнулся, ни этого ужасного парня, ни его друга с мечом в комнате уже не было. Друзья Василия были развязаны, но ползали со слезами по полу, закрывая уши руками и стеная:
– Не надо! Хватит!
– Все, я не могу! Я больше не буду! – кричал другой.
Василий огляделся.
– Все, их нет! – объявил им он. – Да замолчите же! Худощавый вытер мокрое лицо:
– Кто он? Кто они?
– Люди высшего разума, – холодно ответил Вася, достав дорогую сигару.
На улицу Саша выскочил с таким видом, будто сбежал из дурдома. Он уже был готов нырнуть в арку другого двора, но его догнал Герман и вцепился мертвой хваткой в ветровку:
– Саша, это я!
Но Сашка норовил вырваться. Тогда Гера повернул его к своему лицу и потряс:
– Сань, Санек, это я. Успокойся, это я, Герман, Шумахер. Вон моя машина. – Он указал на черную «Мазду» и вдруг заметил невдалеке грациозно стоящую Шуру, которая спокойно пила газировку из маленькой бутылочки. Сначала Герман не поверил своим глазам и прищурился:
– Что-о?!
Он чуть не подавился. От переизбытка эмоций у него аж ком в горле застрял. Герман зажмурил крепко глаза, затем снова открыл. Нет, это была не галлюцинация.
– Что?! – повторил он и повернулся к Сашке, который тоже был удивлен и даже немного напуган. – Ты как вышла? – почти закричал Герман.
Шура была абсолютно невозмутима.
– Просто взяла и вышла, – ответила она. Герман обошел машину и проверил сигнализацию.
Все работало.
– Она же на сигнализации! – Герман постучал нервно по колесам. – Все работает!
– О, Шурка! – радостно пробасил Макс, увидев подругу. – А ты чего на улице?
– Она вышла! – возмущался, почти жалуясь, Герман.
– Как? Мы не слышали… – не понял Макс.