Кока показал французскую медицинскую карточку. У Нугзара и Сатаны с собой ничего не было.
– Нам нужны их паспорта! Где они? Кто они вообще такие? – спросил у Коки коп.
– Туристы, – ответил тот, а Нугзар подтвердил на голландском:
– Я живу в Нидерландах, а это – наш гость из Грузии. Может, слышали?.. Кавказ? Сталин? Шеварднадзе?
– Шталин?.. А почему ваш гость ворует вещи? – не повышая голоса, спросил полицай. – Где ваши паспорта?
– В гостинице, – выдавил Нугзар.
– Сейчас едем туда.
Услышав это, Нугзар побледнел и украдкой запихнул свёрток с долларами поглубже в карман плаща. Но делать нечего – когда полиция спрашивает, где паспорта, надо точно указывать, где они, не то через пять минут тут будет десять полицейских. Коп пониже написал протокол, зафиксировав, что ущерб за два бумажника составляет 88,45 гульдена, а коп повыше, поколебавшись, разрешил Сатане поднять шприц, но жестом показал на мусорное ведро – выбрось, мол, грязный.
Сатана ухмыльнулся, пряча шприц:
– Какой умный!.. Это дедушкин баян, счастливый; как выкинуть, орера?.. Э, мая дэдушька! Ноу-ноу!
Коп пожал плечами. Нугзар вздохнул.
По дороге в гостиницу Нугзар и Сатана перекидывались тихими словами. В гостинице молча двинулись по коридорам. Остановка. Нугзар открыл дверь и отступил на шаг, но полицейские не вошли, сказав:
– Вынесите паспорта!
– Вот это порядок, – пробормотал Нугзар и исчез в номере. Остальные ждали у дверей.
Нугзар появился с бутылкой коньяка Hennessy и паспортами.
– Сувенир! – вместе с паспортами протянул бутылку.
Полицейские покачали белобрысыми головами: “Is verboden!”[52] – и стали на портативном приборе набирать номера паспортов. Проверили. Всё в порядке. Записав номера, паспорта вернули.
– Обо всём остальном вас известят письменно! Ваш адрес у нас есть! – сказали копы Нугзару, козырнули и удалились. Им обалдело смотрели вслед.
– Не вошли!
– Не обыскали номер!
– Никого не обшмонали!
– Не повязали!
– Шприц вернули!
– Лекарства не нашли!
– Не искали!
– Известят!
– Письменно!
Кока вспомнил, что Лясик говорил: в Голландии, если украденные вещи стоят меньше ста гульденов, дела не заводят, только взыскание и штраф. Он сказал об этом Нугзару.
– А ты ругал демократию! – напомнил Нугзар Сатане.
– Ва… Дэмокрациа!.. Хорошая вещь, мамой клянусь! – протянул Сатана. – Это надо же! Явно видят, что мы в кайфе, – и ничего? У нас бы за один баян пять тысяч отняли! А тут – нет! Лац-луц – и дэмокрациа! Ну, пошли, по стаканчику за спасение! А этот, смотри, какой понтовый подельник оказался! – хлопнул он Коку по плечу. – Отмазал нас! “К кассе идём” – ха-ха! Молодец! Ништяк! Будет тебе премия!
[52] Запрещено! (нидерл.)