Кока: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Игр-райте, бана, хватит, эли!

– Куда спешить, Гагик Робинзонович? Сиди и не кукарекай!

– Кто кукар-рекается, ар-ра? Я?

– Ладно, шутка, засохни, играй!

Потом к нему заглянул Замбахо.

– Не спишь? Дать сонник?

Получив таблетку, Кока улёгся поудобнее, стал задрёмывать под бубнёж румяного парня о том, как он, сильно бухой, трахал в темноте в собачьей позе эфиопку из Танзании. И вдруг ему показалось, что в комнате, кроме него, никого нет, а трахает он воздух, пустоту, невидимку, и это вызвало такой испуг, что всё упало на полшестого. Но он зажёг свет, увидел партнёршу и с честью докончил начатое, хотя с тех пор предпочитал иметь дело с белыми, а не с чёрными бабами, которых даже на улице по ночам не отличить от тьмы, а в постели найдёшь только на ощупь.

Другой голос сонно поддакнул: да, он тоже один раз крепко пьяную проводницу в поезде трахал – точно с мёртвым телом дело имеешь, всё время с полки спадала…

Последнее, что он видел, – на стене тень профиля Замбахо: крупная, крепкая, упрямая челюсть, лоб, нависший над глазами, крючковатый баба-ягинский нос и борода, как у шахиншаха, о котором говорила сегодня мама Этери…

33. Хан Тархан

Проснувшись утром, Кока не сразу понял, где он.

Какая-то пёстрая занавеска… Доски над головой… Окно большое… Решётки с козырьком… Да он в общей камере, на нарах!..

Но времени на размышления нет – ключ стучит по двери.

– Подъём, ханурики! Проверка!

Начали спрыгивать с верхних нар. Из-за занавески вылез заспанный Замбахо. Хаба напяливал на крутые плечи чёрную тенниску. Гагик, каркая по-вороньи, желал всем доброго утра:

– Пр-риветствую, бр-ратья!

Выстроились. Кавказский угол стоял вместе. Гагик – смуглый чернявый горбоносик, заросший щетиной до глаз, с цепкими обезьяньими руками и пухом на голове, как у птенца стервятника. Али-Наждак – с квадратным лицом, борода лопатой, сутул, широкой кости. Хаба – бугры мускулов, светловолос и светлоглаз, борода подстрижена, говорит резко и коротко, поминутно поминая аллаха и пророка его Мохаммеда, а всех остальных называя “хитромозгими”.

Только один мужик не встал, продолжал спать, но белолицый до альбиносности офицер не обратил на него внимания.

– Новые есть? – строго спросил офицер.

– Я, Гамрекели, статья 224, часть первая.

– Со спецов? Ясный пень. Разойтись!

В ожидании завтрака зэки слонялись по камере, кто-то взгромоздился на парашу (ему крикнули: “Если сигарету не куришь, бумагу жги после себя!”). Кто-то фыркал над раковиной. Замбахо подал Коке кружку холодного чифиря:

– На, братишка, опохмелись, а то вижу, тебя с бодуна морозит. – И начал тихо по-грузински знакомить с кавказским углом. – Эти – наша семья, наш куток. Гагик – цеховик из Дилижана, имел там обувные цеха, а в Кисловодске сбывал свои ботинки и сел за приписки и аферы. Азербайджанец Али-Наждак – шоферюга, рейсовик, дальнобойщик, гонял фуры из Баку в Ростов, сделал аварию, задавил насмерть старуху… Почему Наждак?.. А лапы у него шершавые…

– Они с Гагиком не ссорятся? У них же там в Карабахе война?

– Война – там. А тут – мир и дружба. У нас общий враг – менты. Для тюрьмы война-шмайна не важна, главное – человек. Вот Хабиб, Хаба – чеченец, его дядька был в армии у Дудаева, что-то там случилось, его убили, а Хаба, как положено, отомстил, пустил кровь за кровь…

О себе Замбахо много не говорил – с малолетки сидит, выходит и опять садится. Ему предлагали стать вором, но он с благодарностью отказался – ворам труднее жить, они на виду, должны строго держаться понятий, а он, Замбахо, вольный человек, не хочет ничем быть стеснён, он сам по себе, бродяга и отрицала. И притом столько развелось купленых воровских званий, что лучше оставаться в масти уважаемого человека с понятиями.

– Сейчас времена другие пошли, сам видишь. А в разбое, как в разведке, – главное, кто рядом с тобой…

С братьями-кавказцами ясно. Замбахо перешёл на русский язык (к ним подсели Гагик и Али-Наждак).

– Лежит всё время – это глухой ебанат Лебский. Бухгалтером был. Большую статью имеет – до пятнадцати. От стресса уши потерял, ни хрена не слышит. Обожжённый Рудь – наглый мальчишка, украинец, за ним глаз нужен. Здоровый бугай в вязаной шапочке – Лом. Механизатор. Украл колхозный трактор, разобрал на части и сдуру сдал в городе в утиль, где его и повязали.

Тут приличного вида румяный парень, что вчера рассказывал про страх и трах с негритянкой, заспорил с тощим, плешивым доходягой, называя его Тёщей и поминая долг за домино, который Тёща ещё не выплатил, а опять забивать козла рвётся.