– Кажется… – она нахмурила свои красивые брови, – Гродецкий участвовал в Аустерлицком сражении…
– Что с ним было потом? – поинтересовался я.
– Потом… – Божена Феликсовна склонила голову набок, – лет десять назад, во время австрийской кампании Наполеона отвоевывал со своими соотечественниками Галицию!
– Ах, вон оно что, – заметил я.
– Да, – кивнула Божена, – по венскому трактату она была присоединена к Варшавскому герцогству.
– Ты не знаешь, милая кузина, где пан Гродецкий остановился в Петербурге? – спросил я, уповая на ее осведомленность.
– Должна тебя огорчить, дорогой братец, – расстроенно проговорила моя светская Цирцея, – не знаю! – она развела руками в стороны. – Мне как-то не приходилось этим интересоваться, – вздохнула кузина.
Божена была опечалена тем, что ничем не может помочь мне.
– Ну-ка, повернись! – попросила она.
Я с удивлением выполнил ее просьбу.
– Похудел! – проговорила она тоном заботливой тетушки.
– Милая Божена, – произнес я в ответ. – Мне надо торопиться! Это дело носит настолько неотложный характер, что…
– Вспомнила! – перебила меня Божена Феликсовна, хлопнув себя по лбу.
– Адрес?! – обрадовался я.
– Нет, – моя милая кузина покачала прелестной златокудрой головкой.
– О, Божена! Довольно мучить меня, – попросил я устало.
В эту минуту вошел камердинер и сказал, что гости требуют к себе хозяйку дома.
– Передай им, – самовлюбленно улыбнулась Божена, – что я скоро приду.
– Так о чем мы говорили? – снова обратилась она ко мне.
– Сестрица, я не узнаю тебя, – произнес я недоуменно. – Чем занята твоя голова?
– Приемами, mon cher, и светскими сплетнями! – усмехнувшись ответила она.
– Что-то не верится, – проговорил я с сомнением. – Очередной поклонник? Не так ли?
– Верно, – стрельнула кузина глазами. – Говоря entre nous… Впрочем, – Божена ткнула мне в грудь изящным веером, – это, братец, не твое дело!
– Ты хотела мне что-то сказать, – напомнил я.
– Ах, да! – проворковала Божена. – У твоего этого Гродецкого, – сказала она, – был друг… Тоже поляк, кстати говоря! Кажется, – она прищурилась, напрягая память, – Новицкий! Да! Да! – обрадованно воскликнула она. – Александр Новицкий! Темная личность, – протянула Божена Феликсовна, покачав головой. – Тоже из военных!
– Почему темная? – осведомился я.
– Ну, – Божена пожала плечами. – Видела я его в кампании каких-то людей подозрительных…
– Где, если не секрет? – спросил я кузину.
– Да, прогуливалась как-то, в вечернее время по набережной… – сказала она в ответ.
– И это все основания? – осведомился я.