Таковы слова древней клятвы, даваемой профаном при посвящении в древнее братство.
– Батюшка! – наконец-то впервые улыбнулась безутешная вдова Ольга Павловна при виде отца Макария, который вошел в столовую. Правда у самого священника был весьма невеселый вид.
– Что-то случилось? – обратился к нему Сысоев, заметив, что их батюшка сам не свой.
– Кошмар, – проговорил отец Макарий и плюхнулся в кресло, которое стояло у самой стены.
– Отец Макарий! – всплеснула руками Ольга Павловна. – Вы же меня пугаете!
– Что произошло? – спросил я священника, отчаявшись разоблачить Гродецкого.
– Что произошло? Что произошло?! – раздраженно передразнил он меня. – Содом и Гоморра это, а не усадьба! – потряс священник в воздухе кулаком.
– Кого-то еще убили? – холодно осведомился Гродецкий.
– Типун вам на язык! – воскликнул батюшка.
– Так что же тогда? – Станислав щелчком оправил манжеты на рукавах рубашки.
– В моей комнате все перевернули вверх дном, – ответил священник. – Я потому и опоздал к обеду, – добавил он. – Порядок же надо было навести, – развел он руками.
– Так-так, – Медведев забарабанил пальцами по столу и бросил красноречивый взгляд на Колганова, который весь покраснел. – Ну-ну, – причмокнул он.
– Что вы все так да так, ну да ну! – воскликнула княгиня Титова. – Делать же что-то надо! – выдохнула она.
– У вас что-нибудь украли? – осведомился я у отца Макария.
– Нет, – он покачал головой. – Ничего!
– А вы хорошо смотрели? – спросил Лаврентий Филиппович.
– Хорошо! – отмахнулся батюшка. – Так вот и играй в карты! – добавил он.
– А деньги на месте? – поинтересовался управляющий.
– Да у меня с собой и не было ни копейки, – пожал плечами отец Макарий. – Зачем мне они в усадьбе?
– Вам очень повезло! – иронично заметил Гродецкий.
– Отца Макария Господь хранит! – с придыханием сказала Ольга Павловна.
– И все-таки, – не унимался Лаврентий Филиппович, – что же это понадобилось злоумышленникам в вашей комнате?
– А уж это, я думаю, ваше дело выяснить, господин Медведев, – парировал священник.
– Если не ошибаюсь, – высказался я, – вас поселили в кабинете хозяина?
– Да! – воскликнула Ольга Павловна, словно приготовившись к обороне. – Батюшка столько всего доброго сделал для нашей семьи!
– Не сомневаюсь, – ответил я. – Мне только хотелось уточнить.
Мы переглянулись с Медведевым. Ясно было одно, что убийца или убийцы, кто бы они ни были, все еще так и не успокоились!
– Иван Парфенович, – вкрадчиво обратился Лаврентий Филиппович к Колганову, – не вы ли заходили на исповедь к отцу Макарию и, не застав духовника у себя, учинили разгром в его келье?!
– Ну, это уж слишком! – воскликнул Колганов. Он уронил на пол тарелку, которая разбилась вдребезги, а соус с нее забрызгал темное платье гувернантки, выскочил из-за стола, выбросил испорченную, скомканную салфетку и с видом оскорбленного достоинства выбежал вон из мраморной залы.
– Ну и ну, – Ольга Павловна охнула и покачала головой. – Вы обидели нашего старого друга! – укорила она Медведева.