Антология исторического детектива-32. Компиляция. Книги 1-10: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Конечно, это так, – продолжал Солсбери. – Немаловажную роль сыграли ваши последние успехи на фронте…

Горецкий помрачнел и заговорил:

– Наши армии[14] продвигаются вперед, но, боюсь, это продлится недолго. Тылы наши плохо организованы и заворовались, снабжение войск поставлено из рук вон плохо, а красные проводят мобилизацию за мобилизацией, собирают против нас колоссальные силы. Конечно у них большой недостаток опытных военных кадров, но огромный численный перевес, большое преимущество в артиллерии. Сейчас, когда Колчак отброшен, Южный фронт стал для Троцкого и Ленина направлением главного удара.

– Я говорил вам, что генерал Деникин не справится со стоящей перед ним огромной задачей. Если бы на его месте был Лукомский…

– Александр Сергеевич не пойдет на это, – твердо произнес Горецкий, – да кроме этого, его кандидатуру не поддержат высшие офицерские круги. Насколько мне удалось прощупать настроения генералов, они скорее согласились бы с кандидатурой барона Врангеля.

Жуя невкусный крекер, он вспомнил пироги Марфы Ипатьевны, а также варенье – абрикосовое, кизиловое, алычовое – и посмотрел на англичанина с плохо скрытым чувством превосходства.

Солсбери поднял на своего собеседника внимательный взгляд:

– Может быть, это действительно интересный вариант. Петр Николаевич Врангель – сильный, решительный человек, прекрасный организатор. Либералом его не назовешь. Но вместе с тем он готов в случае политической необходимости пойти на серьезные реформы. В войсках у него огромный авторитет…

– Я смотрю, вы прекрасно осведомлены обо всех наших делах, – констатировал Горецкий.

– Ноблес оближ, – ответил Солсбери и тут же повторил по-русски: – Положение обязывает. Что ж, немедленно по прибытии в Лондон я передам Первому лорду адмиралтейства то, что вы мне сообщили.

Борис прошел по ухоженной подъездной аллее, обрамленной кипарисами, и вышел к белому дому в мавританском стиле. Дом был невелик, причудливой архитектуры. После бесчисленных разграбленных имений России и Украины этот прекрасно сохранившийся богатый и ухоженный дом и парк казались Борису удивительными, словно он попал в дореволюционное, а то и в довоенное время.

Дальше чудеса продолжались. Когда Борис ударил в дверь прекрасно начищенным медным дверным молотком, перед ним возник на пороге самый настоящий дворецкий в сильно потертой, но все же ливрее. Борис почувствовал себя даже не в довоенной эпохе, а чуть ли не в XVIII веке.

– К госпоже княгине, – сказал он дворецкому, невольно стушевавшись перед его потертым великолепием.

Дворецкий, не шелохнувшись, внимательно осмотрел Бориса с ног до головы и чуть неприязненно спросил:

– Как доложить?

– Ордынцев Борис Андреевич, из Петербурга.

– Извольте подождать. – И дверь захлопнулась перед носом.

Ждать пришлось достаточно долго, Борис уже подумал, что о нем забыли. Наконец дверь снова отворилась, тот же дворецкий взглянул на Бориса еще более высокомерно и вымолвил:

– Пожалуйте! – таким тоном, что всем становилось ясно: его бы, дворецкого, воля, он бы такого ничтожного посетителя и на порог не пустил.

Княгиня ожидала посетителя в небольшой, полутемной из-за опущенных штор комнате, сплошь заставленной фарфоровыми безделушками и пыльными рамочками с фотографиями. Сама хозяйка царственно восседала в высоком кресле XVIII века и казалась едва ли не его ровесницей. Она была толста, величественна и надменна.

Взглянув на вошедшего гостя через лорнет, как на редкостное насекомое, она пробасила голосом, мощным, как пароходная труба:

– Ордынцев… Это из каких же Ордынцевых?

– Андрея Никитича Ордынцева сын, – отрекомендовался Борис, с трудом сдержав невольное побуждение щелкнуть каблуками.

– Андрея Никитича? – переспросила старуха, пожевала губами и протрубила: – Не помню.

Еще немного подумав, она снова заговорила, с силой впечатывая слова:

– Нет, не помню. Но коли уж приехали к старухе, то погостите денек-другой… Все-таки Петербург вспомню за разговором-то… Какие бывали балы, приемы! Да, впрочем, что я говорю – вы еще слишком молоды, тех, настоящих, балов не помните, это ведь еще при государе Александре Николаевиче…

Старуха ушла в свои воспоминания, посчитав Бориса за своего. Как видно, ее не очень беспокоило, было ли у них родство или молодой человек придумал его (как и было на самом деле). В смутное время не нужно было никаких особенных рекомендаций, а Борис на всякий случай решил сказать, что письмо, которым его снабдили родственники, пришлось уничтожить по дороге, чтобы не попалось на глаза красным. Старуха приняла его, и это было хорошо. Но в данный момент она совершенно забыла гостя, возможно, просто задремала. Борис, чтобы напомнить о своем существовании, слегка откашлялся.

– Да-да, – невпопад пробасила княгиня, – это вы верно заметили, хорошую прислугу сейчас нипочем не найдешь… Так что бишь вы хотели?

– Хотел спросить вас, – начал Борис издалека, – возможно, кто-нибудь говорил вам… может быть, хоть какой-то след… Видите ли, я разыскиваю сестру свою, Варю. Дошли до меня слухи, что видели ее в Крыму, а вы здесь, должно быть, всех знаете…

Княгиня снова задумалась, и Борис уверился было, что она точно спит, как вдруг совершенно бодрым голосом старуха ответила:

[14] В составе Вооруженных сил Юга России были на этот момент две армии: Добровольческая и Донская.