— Как знать?
— А если даже и не будет, то во всяком случае лучше царствовать, не имея наследника, чем жить под вечным страхом, что тебя в один прекрасный день спихнут с трона.
— Что ты хочешь сказать этим?
— Гм… гм… герцог Анжуйский всегда отличался непомерным честолюбием!
Генрих III нахмурился и припомнил, что лет семь- восемь тому назад королева-мать открыла ему заговор, составленный герцогом Франсуа с Гизами и направленный против него, Генриха. Те несколько минут, в течение которых он молчал, показали Мовпену, что он попал в цель.
— Хорошо, допустим, что мне тридцать лет и что меня ждет долгое царствование. Но так или иначе, а наследника мне нужно. Корона не может оставаться без владыки, трон не должен быть под угрозой остаться вакантным!
— По этому поводу я мог бы многое сказать вашему величеству, — заметил Мовпен.
— Ну, так говори!
— Долгое время вы, государь, были окружены дурными людьми.
— Ты думаешь?
— Вы дали себя завлечь безнравственным людям, сбившим вас с пути и склонившим ваши вкусы в нехорошую сторону. Так и случилось, что королева-супруга осталась в пренебрежении. Правда, вы посвящали немалое время покаянию, бичевали себя, постились, молились, но не этого ждал от вас Господь.
— А чего-же Он ждал от меня, по-твоему?
— Чтобы ее величество Луиза Савойская, королева Франции и ваша супруга, не оставалась в пренебрежении!
— Гм… гм…
— Вот уже восемь лет как я вступил на службу к вашему величеству. Я был при вашей особе, государь, две недели, когда вы отправились в Блуа на открытие генеральных штатов. Я помню, как накануне этого открытия вы изволили высказать ряд соображений, из которых явствовало, что женщина — исчадие ада, орудие сатаны и источник всех бедствий…
— А разве это не так?
— Рискуя навлечь на себя гнев вашего величества, осмелюсь заявить, что это неправда. С того времени как свет существует, женщина только и делала, что поправляла зло, содеянное мужчиной!
— Что за чушь! А история Адама и Евы?
— Ну а что эта история? Вспомните, ведь Адам ходил совсем голым; значит, зимой он мерз от холода, а летом страдал от жары. Благодаря Еве он получил одежду…
Король невольно расхохотался.
Мовпен продолжал:
— Я не буду говорить вашему величеству о Дидоне, Семирамиде, Клеопатре и прочих знаменитых женщинах древности. Но я сошлюсь на Агнессу Сорель и Жанну д'Арк, спасших монархию, а в самое последнее время достаточно указать на Екатерину Медичи, которая не дала Франции погрязнуть в ереси! Что было бы вовсе нетрудно благодаря слабости…
— Постой, да к чему ты хочешь прийти? — перебил шута король с недовольной гримасой.
— К тому, что вы, ваше величество, очень много выиграли бы, если бы соблаговолили приблизиться к королеве-супруге!
— Вот еще!
— Во-первых, вы получили бы полное удовольствие от общества прелестного, ласкового существа.
— Будто бы!
— А новые заботы, возникшие от этого общения, отвлекли бы ваше величество от черных дум.
— Это что за заботы?
— Заботы о наследнике, ваше величество!