— Я, кажется, припоминаю, — сказал он, — что отшельник Хань был еще и великим игроком в вэйци. Вы и ваш отец, наверное, тоже увлекаетесь вэйци?
— Нет, ваша честь, — ответила девушка, — мы любим карты и домино. Вэйци отнимают слишком много времени, и в них можно играть только вдвоем. Ваша честь заметили эту надпись, вырезанную на нефрите? У отшельника Ханя были золотые руки; он был в том числе и искусным резчиком. Он сам вырезал эту надпись.
Судья подошел к алтарю и прочитал вслух:
Судья одобрительно кивнул и сказал:
— Отшельник Хань превосходно выполнил эту работу, и текст, который он выбрал для запечатления в камне, выражает высокую мысль. Сам я твердый последователь нашего великого учителя, Конфуция, но не могу не признать, что буддийская вера обладает множеством замечательных достоинств.
Пух Ивы с благоговением взглянула на нефритовую плиту.
— Конечно, — сказала она, — было бы невозможно найти целый кусок нефрита таких размеров. Поэтому отшельник Хань вырезал каждое слово на отдельном маленьком квадрате, а потом соединил кусочки нефрита с вырезанными на них иероглифами, как в мозаике. Мой прадед действительно был выдающимся человеком, ваша честь. Он обладал огромным богатством, но после его неожиданной смерти сокровищница, где он хранил золотые слитки, оказалась пуста. Выяснилось, что еще при жизни он раздал все золото различным благотворительным обществам. Как бы то ни было, наша семья потеряла не так уж много — его земельная собственность стоила во много раз больше, и мы по-прежнему ею владеем. Доходов с нее для нас более чем достаточно.
Судья Ди с любопытством взглянул на девушку. Она была очень привлекательна; ее тонко очерченное, живое лицо обладало изысканной красотой.
— Раз вы так увлекаетесь историей, должно быть, вы знакомы с Феей Луны, дочерью Лю Фэйпо? Ее отец говорил мне, что она тоже любит учиться, — сказал судья Ди.
— Да, — негромко ответила Пух Ивы, — я действительно была хорошо с ней знакома. Она часто приходила ко мне сюда, в женские покои. Ей бывало очень одиноко, ведь ее отец часто уезжал из дома. Она была очень сильной и смелой девушкой, ваша честь! Она была прекрасной наездницей и охотницей; ей следовало бы родиться мальчишкой. Отец не отказывал ей ни в чем, ведь он ее так любил! Не могу себе представить, что послужило причиной ее смерти, — она была еще так молода.
— Я предпринимаю все возможные меры, чтобы открыть причину, — ответил судья Ди, — и вы мне очень поможете, если расскажете о ней поподробнее. Вы говорили, что она любит физические упражнения, но разве она не посещала лекции доктора Цзяна?
Девушка слегка улыбнулась.
— Что ж, я думаю, что не поступлю дурно, если расскажу вам о том, что мне известно, — в женских покоях все знают об этом! Интерес к литературным занятиям проснулся в Фее Луны в тот день, когда она встретила кандидата Цзяна. Он произвел на нее сильное впечатление, вы меня понимаете? Поэтому она упросила отца разрешить ей посещать эти лекции, что позволило им чаще видеться. Оба они полюбили друг друга, а теперь обоих...
Девушка опустила глаза и безутешно покачала головой.
Судья помолчал, а затем спросил свою собеседницу:
— Как она выглядела? Вы, наверное, слышали, что ее тело исчезло?
— О, она была очень красива! — воскликнула Пух Ивы. — И она была не такая худая, как я, — она была сильная и крепкая. Чем-то она напоминала эту бедняжку-танцовщицу — Цветок Миндаля.
— Как, вы были знакомы с куртизанкой? — удивленно спросил судья Ди.
— Нет, — ответила Пух Ивы, — я никогда с ней не разговаривала. Но отец часто приглашал ее в наш дом для того, чтобы развлекать гостей в большом зале, а я подсматривала через окно, когда у меня появлялась такая возможность, — она очень хорошо танцевала. У Цветка Миндаля было такое же овальное лицо и изогнутые брови, как у Феи Луны, и такая же прекрасная фигура; они могли бы быть сестрами. Только глаза у танцовщицы были совсем другими, ее взгляд немного пугал меня, ваша честь. Обычно я стояла снаружи в темном коридоре, и уверена, она не могла меня видеть. Но она часто глядела мне в глаза через окно, когда танцевала около него. У нее был странный пронизывающий взгляд. Бедная девушка, что за судьба ей досталась! Показывать себя этим мужчинам... и прийти к такому ужасному концу. Ваша честь, вы не думаете, что озеро... каким-то образом... имеет отношение к ее смерти ?
— Нет, не думаю, — ответил судья. — Мне кажется, что ее смерть была большим ударом для мастера Су, похоже, он был влюблен в танцовщицу.
— Су только любовался ею издалека, ваша честь, — с улыбкой ответила девушка. — Он бывает в нашем доме с тех пор, как я себя помню. Су очень застенчив и очень стесняется своей силы. Однажды он нечаянно раздавил в руке красивую старинную чашку отца. Он все еще не женат и смертельно боится женщин. А вот мастер Ван — совсем другое дело! Говорят, что он обожает общество женщин. Но мне лучше остановиться. Ваша честь может подумать, что встретил страшную сплетницу. Я не должна вас задерживать, ваша честь...
— Напротив, — сказал судья Ди, — наш разговор очень содержателен, я стараюсь всегда узнать побольше о людях, так или иначе замешанных в расследуемом деле. Мы не говорили о Лю Фэйпо. Как вы думаете, он сможет рассказать мне подробнее о покойной куртизанке?
— Вряд ли, ваша честь. Конечно, он должен быть знаком с ней, ведь она часто танцевала на званых обедах, но господин Лю такой серьезный, достойный человек — он не испытывает ни малейшего интереса к легкомысленным развлечениям. Прежде чем начать строительство своего дома здесь, в Ханьюане, он останавливался у нас на неделю или немногим больше. Я обратила внимание, что на вечеринках он всегда сидел со скучающим видом. Кроме своего дела он интересуется только древними книгами и манускриптами — говорят, у него в столице замечательная библиотека. И конечно же дочь! Он всегда оживлялся, когда мой отец спрашивал о ней, их объединяло то, что каждый имеет единственного ребенка и притом женского пола. Смерть Феи Луны сильно сказалась на здоровье бедного господина Лю — отец говорит, что он стал совсем другим человеком...
Девушка подошла к лампаде и заправила ее маслом из глиняного кувшина, стоявшего на полу. Судья Ди задумчиво созерцал ее профиль и грациозные движения тонких рук. Очевидно, что она близка отцу, но Хань мог постараться скрыть от нее свою злую и низкую натуру. Выслушав рассказ Ханя, судья стал подозревать его в убийстве и хитрой попытке его, судью, запугать.
— Чтобы закончить наш список, — сказал он со вздохом сожаления, — не припомните, не встречали ли вы когда-нибудь советника Ляна или его племянника?
Пух Ивы вдруг покраснела.
— Нет, — быстро ответила она. — Отец нанес советнику визит, но сам он никогда не приходил к нам. Конечно же, он и не должен, ведь столь высокопоставленный чиновник...
— Мне говорили, — заметил судья Ди, — что его племянник — изрядный гуляка.
— Какая гнусная клевета! — сердито воскликнула Пух Ивы. — Лян Фэн — очень серьезный молодой человек, он постоянно работает в библиотеке при храме!