— Стыд-то какой! — твердила она. — Много грехов накопила, а такого бы и на ум не взбрело!
— Угомонись! Мой грех! — прикрикнул на нее Башмаков. — Я затеял — мне отвечать.
— Вы, бабы, еще и не на то горазды, — добавил Сарыч. — Мне старый епитимийник показывали, еще мою бабку, поди, по нему поп исповедовал. Так там вопросы, что бабам раньше на исповеди задавали. Есть и такой — не блудила ли с иереем в храме Божьем. Вопрос-то неспроста взялся — обязательно такие проказы бывали!
Собравшись внизу, в каменной палате, зажгли факелы и вышли поочередно в низкую дверь — первым Сарыч, за ним Данила и Настасья, потом Башмаков и Стенька. Замыкал шествие Богдаш с пистолем наготове.
Короткий ход привел к толстой железной решетке, заменявшей дверь. В пробои был вставлен амбарный замок ужасающей величины, весом чуть не в полпуда.
— Да он, поди, старше меня, — заметил Башмаков, вставляя ключ. — Будь он неладен! Заржавел!
— Сразу после смуты вешали, — определил Сарыч. — Когда полячишек повыкинули и всю дрянь из Кремля возами повывезли, тогда и заперли собор снизу.
Провернуть ключ удалось только Богдану. Замок вынули, Данила навалился на решетку плечом, она отворилась, Сарыч выставил перед собой факел и оглядел местность.
— Ну, кажись, большой крытый ход сыскали.
Данила огляделся — похоже, решетка знакомая, именно тут они с Настасьей проходили и он ей пистолем грозил.
— Теперь ты веди, — велел Настасье Башмаков. — Бежать попробуешь — пристрелю, тут и останешься.
— У тебя рисунок был, — напомнил Данила.
— Дома остался, — огрызнулась она.
— Нет у тебя, девка, дома, — укоризненно сказал Сарыч. — Давай, веди, а мы за тобой.
В сущности, нужно было только перейти подземную улицу и взять чуть правее — там и открывался ход, ведущий под Ивановскую колокольню.
— А там, выходит, Тайницкая башня с воротами? — показав рукой, спросил Данила.
— Она самая, — неохотно подтвердила Настасья.
— Твоя милость, позволь сходить! — обратился Данила к Башмакову.
— На что тебе?
— Посох поискать!
— Дался тебе тот посох! — воскликнул Богдаш.
— Убедиться надобно, что он там. Батюшка Дементий Минич!
— Заплутаешь один, а Настасью с тобой не пущу.
— Где ж там заплутать? До башни, поди, все прямо, а потом… а потом вправо свернуть…
— Да я тебе и без посоха верю, что Бахтияр под землю лазил и тут на него напали.
Данила помотал головой.
— Нет, твоя милость, не в том дело. Где он кошель с воровскими деньгами взял? Коли найду посох — может, и это дело прояснится.
— Экий ты упрямый… Желвак, сходи с ним, далеко не забредайте и чтоб тут же назад.
— Как твоей милости угодно.
Богдаш взял у Стеньки факел.