— Свобода, о как ты прекрасна, свобода… — вполголоса пропел Виктор.
— Ох! Вот что я вам скажу… Это всего лишь версия. След может привести куда угодно. Знаете, например, что мой сводный брат играл на бегах? Вот что нашли у него в кармане.
Он протянул Виктору бумажку, на которой было написано:
— Попробуйте проследить эту ниточку. Мой братишка, может, отказался вознаградить этого торговца секретами, и тот разозлился. У вас полная свобода действий.
— Договорились. Когда хищник выслеживает жертву, он идет на север, а смотрит на юг.
— Шекспир?
— Нет, Кэндзи Мори.
— Хотите сделать из меня козла отпущения? Если мы будем следовать его указаниям, упремся рогами в стену!
— Думаю, не стоит отказываться от этой идеи. Сейчас у нас особенная ситуация. Мы сейчас единомышленники, поэтому не вставляем друг другу палки в колеса.
— А отказ будет для него оскорбителен.
Такой разговор между Виктором и Жозефом состоялся в «Потерянном времени» (им удалось незаметно скрыться с рабочего места). Каждый пытался утаить от другого свое возбуждение. Жозеф тайно наслаждался возможностью заняться этой историей, взорвавшей все газетные хроники. И мысль, что комиссар Вальми будет у него в должниках, тоже окрыляла. Да и Виктор вдруг почувствовал себя помолодевшим на десять лет.
Игра состояла в том, чтобы не выдать другому свою радость, поэтому Жозеф заставил долго себя упрашивать и не сразу согласился помочь зятю.
— А как мы это технически осуществим? — спросил он, прихлебывая свой напиток.
— Я сейчас отправлюсь в «Комеди-Франсез», а вы меня прикроете перед Кэндзи. А вам, если меня не подводит память, нужно было съездить в библиотеку на бульвар Рошшуар. Кто знает, может удастся накопать что-нибудь ценное.
— Вы считаете нашего шефа идиотом? Он сразу заподозрит неладное, узнав про бульвар Рошшуар, он ведь тоже читал ту газету.
— Умение скрывать — королевское искусство, как-нибудь вывернетесь. Если вы поведете себя осмотрительно, ни наши жены, ни Кэндзи не заметят наших маневров. На этот раз нам придется превзойти самих себя: сдержанность и рот на замке.
— Да. Мечтать не вредно.
Дождь поливал мостовую, когда Виктор пришел в «Комеди-Франсез». Он снял свой дождевик, оставил велосипед заботам доброго разносчика вина, который при этом налил ему кружечку грога, и спрятался под греческой коллонадой, окружавшей театр. Он смотрел, как дождь стучит по лужам, смотрел на мокрую листву деревьев в саду Пале-Рояль, на зонтики прохожих и думал: «Что же я тут делаю?
Вечно мне на месте не сидится. Может, у меня не в порядке нервы? Почему я не могу полностью раскрыться в обычной жизни? У меня прекрасная семья, интересная работа, я влюблен в свою жену, как в первые дни знакомства, обожаю свою дочь — я счастливый человек, и все же мне вечно надо свернуть с протоптанной тропки. У меня создается впечатление, что мой путь — санный спуск, по которому я скольжу с каждым годом все быстрее. И есть только один способ остановить этот стремительный спуск — нарушить монотонную повседневность».
Ему нужно было помочь Кэндзи в магазине, но невозможно было противиться зову дороги. Расследование — пауза в повседневных делах, возвращение в детство, наполненное пиратами, сокровищами, бандитами, законниками.
«Мне не хватает зрелости, поэтому мне не светит стремительная карьера. Все, что мне остается — в ожидании старости, которая совсем лишит меня энтузиазма, я развлекаюсь. Думаю, что Жозеф настроен примерно так же».
Он подошел к билетной кассе, полюбовался на цены, выбрал ложу бенуара (цена показалась ему заоблачной).
— Если вам на «Фру-Фру», на любое представление остались только сидячие места на галерке по два франка, — кислым голосом предупредила его кассирша.
— В таком случае я не попадаю на спектакль. Ну, раз так, можно мне хотя бы осмотреть зал?
Он достал письмо, под которым стояла подпись главного комиссара Огюстена Вальми.
— Полиция? Здесь, у нас? Да вы шутите, мсье.
— Простая формальность: нужно провести небольшую инспекцию, раз уж произошло убийство.
Кассирша заколебалась: открытый номер «Фигаро», лежащий перед ней, доказывал, что до нее дошли слухи о смерти Робера Доманси.
— Подождите немного, я справлюсь у начальства.
Виктор воспользовался этим, чтобы полюбоваться прекрасным убранством вестибюля, где стояли разнообразные скульптуры, воплощающие драму и комедию. Кассирша медленно подошла и метнула на него недоверчивый взгляд.