— Ой, ну ты ж кровно заработанные потратил, — охала старушка.
Влад повернулся на свой новенький «мерс», который сейчас стоял на приколе, хотя в обычное время соседка Нина ругалась, что мотор тарахтит слишком сильно и будит их, если Влад возвращался домой поздно вечером, то есть практически каждый день.
— Я нормально зарабатываю, — как-то обиженно выдал Влад.
— Ой, внучек, не обижайся, милок, — заохала старушка и куда-то побежала. Хотя это скорее было похоже на то, что она едва перебирала ногами. Влад допил кофе и поежился, стоя под порывами холодного ветра. Посмотрев на сигарету в руках, понял, что так и не закурил, да и не хотел дымить в открытое окно, так что засунул обратно в пачку. Старушка в меховой потертой жилетке без рукавов хлопотала на кухне и уже даже повернулась, чтобы идти к нему обратно, парень укутался в худи и ждал.
— Я тебе к кофейку постряпала, — поставила она перед ним тарелку с пышными и, судя по исходящему пару, еще горячими оладушками. Влад невольно облизнулся, так как еще не завтракал, а оладушки пахли заманчиво-сладко.
— Угощайся! — протянула ему старушка тарелку дрожащей рукой.
Влад поспешил к окну, чтобы подхватить угощение.
— Да я вроде завтракал, — попытался оправдаться он.
— Не хочешь? — немного сникла старушка. — Ну да, сейчас столько диковинных сладостей, это в наше время пирожки да блинчики были самостряпанные, — грустно улыбнулась она.
Владу стало неудобно, что он так резко отказал баб Нюре, которая старалась ради него.
— Ну давайте один, — подхватил он теплый оладушек с тарелки и быстро сунул в рот.
Тут же ощутил нежную сладость с толикой кислинки, а едва уловимое послевкусие корицы добавило пикантности. Оладушек буквально растаял во рту, оставив лишь теплые воспоминания. Влад закрыл глаза:
— Ммм, — томно промычал он, вспоминая бабушкины оладушки. — Это невероятно вкусно! — с неописуемым восторгом выдал парень, глядя на тарелочку.
— Понравились? — улыбнулась баб Нюра и скорее вернула тарелку на окно. — Возьмешь?
— Ну, только если мы вместе чай попьем! — подмигнул он старушке.
— Так заходи! — обрадовалась она.
— Нет-нет, — погрозил Влад пальцем. — Я в магазин хожу, не дай бог вирус есть. Я сейчас кофе принесу и тут постою, хорошо?
— А давай, — зажигательно топнула баб Нюра ножкой и пошла за чаем.
Забежав домой, Влад включил кофемашину и сделал большую чашку ароматного крепкого кофе. Схватил табуретку, у двери прихватил теплую куртку и остановился. Когда он пил кофе, заметил, как баб Нюра с удовольствием вдыхала доносившийся до нее аромат.
«Вот скотина неблагодарная», — подумал он про себя и пошел обратно на кухню, сделать некрепкий кофе и старушке. Постояв перед машинкой, он так и не решил, какой лучше, так что заварил слабый американо и капучино с молоком, правда, в одноразовые стаканчики навынос. По дороге прихватил баночку меда, который привез из Карелии, и выбежал во двор, где его нетерпеливо ожидала старушка.
— А вот и я, — показался Влад, аккуратно неся кофе и мед на табуретке, которую поставил поодаль от окна, чтобы и баб Нюру было видно, и не заразить ее.
— А это вам, кофе и мед, — поставил он кофе и баночку меда, — не знаю, любите ли.
— Ох, как пахнет, — взяла стаканчик Стапанна и уткнулась носом в дырочку. — Обожаю кофе, молодая была, так баловалась иногда, дефицитный был, — улыбнулась она своим воспоминаниям, стараясь снять крышечку со стаканчика.
— Не нужно, — торопливо остановил ее Влад, чтобы Степанна не облилась, — там отверстие в крышке, из него пьют, — пояснил он.
— Ох, совсем старая, ничего не понимаю в технологиях, — пожурила себя старушка и с удовольствием сделала глоток, стараясь не обжечься. — Как вкусно, с молочком, — прошептала она, — спасибо, внучек, побаловал старушку.
Влад тем временем поедал оладушки, устроившись на табуретке под березой, на которую оперся спиной.
— Оладушки — огонь, баб Нюра, — пробубнил он с набитым ртом, макая очередной в варенье. — Варенье ваше?
— Да, на даче у внука летом собирала вишню да варила, делать-то нечего было. Жена внука меня к делам не подпускает, все недовольна, как и что я делаю. Готовит сама, у них правильное питание какое-то, а я со своими пирожками да оладушками, — вздохнула Степанна.
— А мне нравится, — помахал Влад, жуя очередной. — С утра можно, фигуре не навредит, — облизнулся он. — Варенье — вкуснота, обожаю вишневое без косточек, — мурлыкал он довольный, как кот, объевшийся сметаны.
— Ну вот и кушай на здоровье, я люблю постряпушничать, да вот некому, — принесла старушка еще одну порцию оладушек.