Заметил он еще, что обмакивает каждый гость руку в каменную чашу у порога и мажет себе глаза. И Микнюс незаметно обмакнул в нее руку и потер себе левый глаз. И что же он увидел! Все баре были не люди, а звери, с рогами и страшными хвостами, а красивые барышни вдруг обернулись свиньями и козами. На месте кушаний лежали кучи навоза и падали. Вино пили не из кубков, а из лошадиных копыт. От таких страстей у Микнюса волосы дыбом встали. Хотел он сбежать, да передумал: видит, черти его не трогают. Набрался смелости и говорит одному черту:
— Отчего вы все такие страшные?
От этих слов Микнюса черт подскочил на аршин, но тут же успокоился и спрашивает:
— Каким глазом видишь?
Микнюс в простоте сердечной и отвечает:
— Левым.
Услыхал это черт да как ткнет пальцем ему в левый глаз — и выколол. Тут задрожал весь дом, все огни пропали, а бедный Микнюс трет вышибленный глаз и от боли стонет. Видит он правым глазом, что сидит со своей скрипкой на кургане Имбаре. А за деревней Кулсодис, за которой Тамужинский лес начинается, слышен вой, рев, лязг. Это черти перед зарей в свое царство перебираются.
Утром вернулся Микнюс домой и узнал, что удавилась соседская хозяйка. А он у чертей видел, как ей веревку на шею накинули и в шкаф с огнем впихнули!
После этого случая черти еще много раз из Тамужинского леса на курган Имбаре слетались, и из-за них много народу в лесу плутало. Но теперь, когда через Тамужинский лес провели железную дорогу, там днем и ночью мчатся поезда. Чертям это, видать, не по вкусу, и они переселились еще куда-то, потому что больше никто их не видал и никто больше по ночам там не плутал. Только Микнюс так и остался кривым.
Отчего солнце светит днем, а луна ночью
Давным-давно, в незапамятные времена, когда еще на свете людей не было, жили только Солнце и Луна. Жили они, жили и так друг дружку полюбили, что поженились, а поженившись, вскоре и дочки дождались. Назвали они ее Землей.
Много-много лет Солнце с Луной жили распрекрасно. Но в один злосчастный день взяли да поссорились.
— Коли ты такой горячий, брошу я тебя, — сказала Луна Солнцу.
— А коли ты и дальше будешь такая ледышка, и я с тобой больше жить не стану, — ответило Солнце.
— Ладно, разделимся. Только дочка со мной останется, — объявила Луна.
— Нет, дочь я тебе не оставлю! Хочешь, чтобы она с тобой замерзла? — рассердилось Солнце.
Спорили, спорили Солнце с Луной, видят, что никак не столкуются, с кем останется дочка их Земля.
Позвали они бога грома и молнии — Перкунаса и попросили разрешить их спор.
А Перкунас выслушал Солнце с Луной и решил:
— Пусть будет так: Солнце нянчит свою дочь днем, а Луна — ночью.
Так они и до сих пор исполняют волю Перкунаса: с утра до вечера смотрит за своей дочкой Землею Солнышко, а с вечера до утра — Луна ее пестует. А когда Луне недосуг, тогда Земле светят ее сестры — звездочки.
Ясень-слепец
Зовут люди ясень слепцом, оттого что он позже всех деревьев распускается и раньше всех листву сбрасывает. По весне, когда все деревья уж листочки выбросили, он только спрашивает: «А что, пора почкам лопаться?» Деревья в насмешку отвечают: «Э, да еще рано, еще не время». Пройдет день-другой, он опять спрашивает. И деревья начинают посмеиваться над ним: «Ну и глупое же ты дерево, мы давным-давно листьями покрылись, а ты все никак не соберешься». Тогда только ясень с треском раскрывает почки. По осени то же самое, опять спрашивает ясень: «А не пора ли листья сбрасывать?» — «Да мы давно уж сбросили», — отвечают деревья, издеваясь над слепцом, хоть сами все в зелени. А ясень верит им и первым листья осыпает.
Птичий король