– Привыкай, Милолика, – проговорил Рустам, поглаживая ладонью по шее, чуть сжал её. – Жизнь та ещё ублюдочная сука! – посмотрел в глаза девушки, в которых плескался страх: – Боишься меня? – и когда Лика медленно кивнула, усмехнулся: – Правильно делаешь. Страх позволяет очистить разум от ненужной шелухи, позволяет трезво смотреть на вещи.
Резко убрав руку, Рустам откинулся на спинку сиденья и закрыл глаза, а Лика медленно выдохнув, отвернулась в сторону, мысленно ругая себя. Она действительно наивно расслабилась, забыла суть их отношений, где он – владелец, а она игрушка.
В начале следующей недели, Лику сфотографировали для загранпаспорта.
– Рустаму Дамировичу вскоре предстоит командировка, – пояснял Антон, – вы естественно будете его сопровождать.
В остальном последующие дни для девушки прошли в относительном спокойствии – каждое утро её и Людмилкку ожидал автомобиль. Сестрёнку отвозили в детсад, Милолику в ВУЗ, а вечерами девушка занималась в библиотеке. Если сначала она задумывалась о причинах странного на её взгляд распоряжения Рустама, чтобы её занятия проходили именно здесь, то потом выкинула возможные догадки из головы.
Бывало так, что Рустам приезжал и являлся в библиотеку, когда Милолка уже уходила. А случалось, весь вечер приходилось проводить в его присутствии. Первое время ей было жутко неуютно, она, временами чувствуя мужской взгляд – терялась, тушевалась, и только что прочитанное вылетало из головы. Но постепенно начала привыкать и бывало – настолько увлекалась процессом, что и вовсе забывала о присутствии в библиотеке Рустама. Отвлекаясь на его звонки, когда он мог кого-либо отчитывать или раздавать указания – нервничала от ощущения, что приходится невольно слушать эти разговоры, которые по её мнению не предназначались для её ушей. Но потом и вовсе перестала обращать на них внимание.
В конце недели Рустам к молчаливому удивлению Милолики пришёл в библиотеку с бутылкой коньяка и бокалом. Продолжая рисовать, временами посматривала в сторону мужчины. Он сидел, откинув голову на высокую спинку, и делал небольшие глотки, при этом задумчиво смотрел в окно. В очередной раз, бросив взгляд в его сторону, увидела, что он пристально её рассматривает. Мгновенно опустив глаза, залилась краской смущения и вздрогнула, услышав его вопрос:
– Чем ты занимаешься?
– Что? – встрепенулась девушка.
– Чем. Ты. Занимаешься, – повторил Рустам.
– Я работаю над курсовым проектом. У меня это короткий социальный видеоролик.
– И о чём же он? – Рустам отвернулся к окну, покачивая в руке бокал.
Лика посмотрела на него, опустила глаза и, смутившись, ответила:
– О путешествиях маленькой снежинки. Подхватываемая родными северными ветрами она летит по миру и знакомится с разными животными – дельфинами, северными медвежатами, зайчатами, ну и так далее. Приходится прорисовывать не только основные фигуры, но и разные фазы движения. Вообще идея ролика – поддержка детей инвалидов. Несмотря на определённые особенности, они ничем не отличаются от обычных детей и также радуются, смеются, дружат и расстраиваются, – закончила девушка тихо.
Было необычно, странно и немного страшно рассказывать Рустаму о своём проекте. Лика замолчала, посмотрела на мужчину, смотрящего всё так же в окно, чувствуя разочарование от того, что он никак не прокомментировал её работу, не заинтересовался ею.
– Почему ты выбрала для учёбы такое нелепое направление?
– Я…, – Лика запнулась от такого вопроса: – я всегда любила рисовать. Ещё в седьмом классе выбрала профессию художника-аниматора.
Рустам усмехнулся и налил себе новую порцию алкоголя, сделал глоток, не сводя взгляда от растерянной девушки.
– И даже после смерти родителей, когда ты должна была задуматься о том, что тебе придётся самой всё контролировать, как-то обеспечивать себя и своих сестёр, которых взвалила на свои плечи, ты не изменила решения? Это не легкомыслие, это – дурость! – припечатал Рустам.
Вспыхнув, Милолика возразила:
– Папа всегда говорил, что забота о женщине, о благосостоянии семьи – обязанность мужчины! Такие профессии как – юрист, экономист – мужские, да и Влад считает так же. Он поддерживал меня, помогал нам и сейчас…
– Ну да, ну да, – кивнул головой Рустам, усмехаясь: – уверить наивную девчонку в своей никчёмности, взять чужой бизнес в свои руки, а потом полностью переписать его на себя – поступок охуенного мужика.
Встал, прошёл к огромному окну, заложив руки за спину.
Лика уже было открыла рот, чтобы возразить, но в этот момент Рустам повернул голову, бросил на неё пронизывающий взгляд, и она вовремя прикусила язык:
«Ну и пусть думает что хочет! – мысленно негодовала Милолика, делая вид, что вернулась к прорисовке: – Не все такие твари как он, не все меряют жизненные ценности и отношения деньгами! Влад поддерживал меня, был рядом и если бы не он, я бы давно упустила бизнес папы и наверняка ресторан потеряла».
Пылая эмоциями, старательно сдерживаясь, чтобы не выдать их, она выключила ноутбук и уже собралась выходить, но Рустам её остановил:
– Подойди ко мне.
Едва Милолика подошла, Рустам, повернувшись, потребовал:
– Распусти волосы.
Опустив глаза, Лика сняла резинку с волос, которая удерживала их в высоком хвосте и после ещё одного распоряжения: «Смотри на меня», – подняла голову. Потемневший взгляд напугал девушку, сердце пропустило удар, когда она поняла – о чём он думает. Немного успокоилась, вспомнив слова гинеколога, что начать половую жизнь Милолика сможет только недели через полторы.