Частная практика. Психологический роман : читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Тем временем застольная беседа с достоинств ухи перетекла на обсуждение очередной монографии Сережи о проблемах родства в современном мире. Долго спорили на животрепещущую тему – является жена истинным родственником мужа или нет. Мнения разделились. Одни говорили: с женой можно развестись и перестать общаться навсегда, и вообще, она представитель другой семьи и рода и поэтому по определению враждебна – значит, жена – не родственник. Другие утверждали, что жена и муж – самые что ни на есть подлинные родственники, «одна сатана» и вообще заговор «против всех». Доказывали, что связь остается и после развода и, мол, «бывших не бывает». Все соглашались с мыслью Михаила Дмитриевича, что, если родственники терпят друг друга такими, какими они есть, – это есть главный критерий родства, поэтому и жена с мужем тоже родные.

Брат Сережа настаивал на магистральной мысли своей последней книги: есть лишь один критерий современного родства – устойчивая поддержка связей и обмен ресурсами. «Нет связи – нет родства», – категорично настаивал молодой антрополог. Приводил в пример типичные истории горожан, запертых в нуклеарных семьях как в тюрьмах, одиноких стариков, навсегда отвергнутых братьев и сестер, несмешные истории о дележке наследства, после которой от семей остаются одни руины, кровопролитных разводов, наглядно показывающих детям весь ужас и беспросветность брачных уз. Все эти истории говорили лишь об одном – о потере связей и родства, об ослаблении и дроблении рода.

Даша, о которой все позабыли, встрепенулась на горячей фразе Михаила Дмитриевича: «Вот так живешь, живешь и приходишь к тому, что ничего важнее семьи нет на свете! Если с женой есть совместные дети – она родственник – однозначно! Дети – самая сильная связь!»

Нетрезво покачиваясь на волнах отцовского откровения, Даша неожиданно вынырнула из внутреннего мира во внешний. Слова отца прозвучали лицемерной ложью: а бывшие жены, любовницы и их дети, интересно, – родственники?!! Come on! А почему тогда их нет за этим прекрасным столом? Почему их не пригласили сегодня сюда есть царскую уху?! Где же эти гребаные связи?!

В этот момент уха окончательно устроилась в желудке, и именинница почувствовала, что опьянела. В теле стало тепло и расслабленно. Однако из глубины поднималась горькая обида. Почему на нее никто не обращает внимания? Вообще-то сегодня ее день рождения!

Словно в ответ на обиженные мысли поднялся папа с бокалом в руках. К этому моменту уха сделалась историей, и все внимание обратилось к огромной бараньей ноге, запеченной Михаилом Дмитриевичем затейливо в травках и овощах. Василий Петрович любезно налил Даше полный бокал вина. Смутно мелькнула мысль: хорошо бы пропустить – после водки вино шло тяжело, но контрмысль: сегодня ее день рождения, и она имеет право выпить много – заставила ощутить удовольствие в руке от тяжелого хрустального бокала.

Мама этими бокалами очень гордилась, и Даше хотелось такие же. На первые бонусы купила сразу двенадцать цветных старинных бокалов, запомнив приятное чувство, что может позволить себе сразу двенадцать, а не высчитывать и собирать по одному, как мама. Все же зарабатывать больше родителей приятно. Правда, она пользуется в основном одним, пурпурным. Для себя. Зато каждый день, а мама только по особым случаям.

Михаил Дмитриевич, вдохновленный успехом ухи и бараньей ноги, захмелевший и добрый, встает напротив Даши:

– Дорогая моя Дусенька, любимая моя дочка! Вот ты и стала взрослой. Тебе, страшно сказать, 30 лет! Я иногда смотрю на тебя и вижу еще маленькой девочкой. Ты родилась такой крошечной, ела, как котенок. Мне казалось, ты есть-то начала только в школе, правда, мама?

Мама молча улыбнулась, кивнув. В мужниной пьесе у нее мало слов.

– А ты помнишь битву титанов – пианино и французский? Ты так хорошо играла на пианино, настоящий талант!

Папины слова укололи сразу, с первого слова.

«А выросла жирная бездарность, понятно, можно не продолжать!»

– Я так мечтал, чтобы ты пошла по моим стопам, ты была необыкновенно умной, одаренной девочкой! И твою диссертацию я до сих пор оплакиваю!

«О Боже, только не это! О-пла-ки-ваю дис-серта-цию! Меня сейчас стошнит!»

Вслух сказала:

– Ну ладно тебе, пап, какая диссертация? Я даже тему свою не помню!

– Зато я помню! «Сдвиг ценностной парадигмы в российском обществе на стыке тысячелетий». Очень важная была тема! Может быть, ты еще порадуешь нас, когда продашь всю газированную воду на земле.

За столом засмеялись. Брат Сережа добавил:

– Это невозможно! Есть вещи, которые невозможно продать до конца! Дуся будет продавать ее вечно!

«Как смешно! До колик!»

– Но все это ерунда по сравнению с моим главным тебе пожеланием: я очень хочу, нет, я требую, чтобы ты нашла себе достойную пару и подарила нам с мамой внуков! И желательно поскорее – пока я еще хоть что-то соображаю!

Михаил Дмитриевич подошел к Даше и театрально, будто Даша первый раз видела детей, показал рукой на спящую и вспотевшую, одетую в ужасающее розовое жабо, внучку маминой сестры.

– Вот смотри, какие замечательные дети рождаются в нашей семье!

Даша совсем расстроилась, силы удерживать оборону заканчивались. Неужели папа не понимает, что унижает ее при всех?

Гости выпили и заговорили о своем. Даша выдохнула и, чтобы отвлечься, достала телефон заглянуть в сети. На часах десять вечера, ее день рождения подходит к концу, а мужчина, на которого она возлагала так много надежд, даже не удосужился ее поздравить. В сердце без жалости поковырялись гадкими железяками. Настроение окончательно рухнуло. Даша налила еще вина.

Настало время десерта, и разговоры перешли на политику. Михаил Дмитриевич и Василий Петрович уже говорили громче обычного, но все еще сидели в креслах.

– Будет, будет война! Всегда все кончается войной. Тирану без войны никуда. Некуда развиваться! Сначала Крым, потом Донбасс, потом что? Мы будем вести войны еще лет двадцать и вы, вы, – Михаил Дмитриевич поочередно тыкал пальцем на Сережу и Дашу, – все это оплатите своими жизнями!

Михаил Дмитриевич, положивший жизнь на изучение тиранов, как и положено увлеченному специалисту, тиранию видел везде, кроме как в себе самом. Василий Петрович возражал:

– Мишка, дорогой, что ты говоришь? Да кто тиран?! Это Путин – тиран? Только потому, что он правит чуть дольше и все помнят, как его зовут? А то, что Меркель правит столько же, тебя не смущает? А ситуация в Штатах? Неужели ты не видишь, что происходит? Мир в хаосе, сплошная неопределенность! Миру нужны точки опоры! Это смешно, но он стал опорой для многих! Его можно бояться, ненавидеть, любить, знать, как его зовут, в конце концов! Зачем его называют самым влиятельным политиком мира?! Это же провокация, его накачивают энергией специально!