— Рано или поздно ты всё равно рассказал бы ему, — произнесла я. Я жила взаймы.
Ашер прижал ладонь к голове и снова застонал.
— В дружбе Генри и Ашера я всегда всё порчу.
Я не была уверена в том, считал ли Ашер, что испортил всё, когда рассказал Генри правду, или когда врал ему.
— Ты хочешь сказать, — произнесла я, стараясь вернуть в глаза Ашера немного привычного блеска, — что Генри постоянно приходится спасать тебя от тебя же пьяного?
Ашер покачал головой и тут же вздрогнул, явно сожалея о резких движениях.
— Обычно я столько не пью, — произнес он. — Но столько всего происходило. Забвение показалось мне неплохим вариантом, — он закрыл глаза, но видимо забвение кончилось. — Вивви? — спросил он.
— Пока от неё ничего не слышно.
Водительская дверь распахнулась и в машину сел Генри. Он заметил, что Ашер проснулся, но никак это не прокомментировал.
— У моего дедушки не было проблем с сердцем, — вместо этого, сказал он мне. — Мы должны узнать, что может сымитировать симптомы сердечного приступа.
— И мы думаем, что этим «чем-то» был яд? — спросил Ашер.
Генри не ответил. Я не знала, решил ли он не разговаривать с Ашером или ему просто было нечего сказать.
— Мы? — наконец переспросила я. Они оба использовали это слово.
Генри ответил на мой вопрос никак не связанной с ним фразой.
— План был плохой, — он был невероятно сосредоточен и напряжен — но я не сразу поняла, на чём именно он сосредоточился. — Если план заключался в том, чтобы убить моего дедушку и усадить Пирса на его место в Верховном Суде, то план был плохой, — он сжал ладони в кулаки, а затем разжал их. Я гадала о том, заметил ли он, что делает это. — Вы же видели список, который нам дала доктор Кларк, — продолжил он. — Потенциальных номинантов — дюжины. В этом плане будет смысл, только если Пирс будет уверен, что его кандидатуру выдвинут на должность — иначе он не стоит риска.
Ты получишь деньги, когда мою кандидатуру выдвинут на должность.
— А Пирс может быть в этом уверен, — продолжил Генри, — только при условии, что в этом участвует его человек.
В выдвижении кандидатов.
В Белом Доме.
— Айви никому не рассказала, — размышляя вслух, произнесла я. — Ни президенту, ни Первой Леди…
Генри сжал зубы, а затем заставил себя расслабить челюсть.
— Тэсс, ты была права, когда сказала, что мне стоит задуматься о том, кому я могу об этом рассказать. Если есть шанс на то, что во всём этом замешан кто-то из Белого Дома, мы никому не можем доверять. Ни полиции. Ни министерству юстиции. Ни единой живой душе.
— И что нам остается? — спросила я.
С каждым вздохом грудная клетка Генри едва заметно поднималась и опускалась. С тех пор, как он вернулся в машину, он полностью себя контролировал.
— Я знаю, что остается мне. Я выясню, кто был рядом с моим дедушкой перед его, так называемым, сердечным приступом, — сказал он мне. — А ты вернешься домой.
ГЛАВА 38
Когда я вернулась к Айви, на улице потемнело. Я зашла в дом через парадный вход. Дом светился, словно новогодняя елка, но в поле зрения не было ни одного человека.
— Эй? — как бы сильно мне не хотелось подняться по спиральной лестнице и забраться в кровать, я сомневалась в том, что откладывая конфликт до утра, я сделаю свою жизнь проще. Я сбежала и часами игнорировала звонки Айви. Она явно будет этому не рада.
— Эй? — ещё раз позвала я и подошла к офису Айви. Мои шаги эхом отдавались в тишине дома. Дверь офиса была слегка приоткрыта. Я толкнула её. — Айви?
Дверь открылась. Офис был пуст. Я замерла на пороге, словно вампир в ожидании приглашения. Мне следовало развернуться и уйти. Но я этого не сделала. Я переступила порог и медленно подошла к столу Айви.