– Это у меня-то? Спутанные пряди? Сижу тут почти голая, после секса под дождем, а ты даже косу на ночь не дел заплести! Еще и нагло разбудил ранним субботним утром! Вы, сэр, мягко говоря, странный человек...
– Это не странности, это правила.
– Правила?
«Он ведь пошутил, правда?»
Киллиан же, сделав вид, что никакого вопроса не было, закрепил хвостик резинкой.
– Но одно я все же изменю: разрешаю тебе собирать волосы для пробежки.
«Нужно срочно сменить тему!»
– То есть пробежки не миновать?
– У тебя сегодня норматив?
– Да вроде, – в моем голосе прозвучали нотки сомнения.
– Я попросил своего тренера составить для тебя карту дистанции в пятнадцать миль. Она лежит на кухонном столе. Можешь взять ее с собой.
Разве можно было не влюбиться в Киллиана еще больше?
– А ты не составишь мне компанию?
– Завтра у меня игра, поэтому лучше позанимаюсь в тренажерном зале.
– В тренажерном зале?
– Да. Ты же не хочешь, чтобы я стал тощим доходягой? – насмешливо спросил Киллиан.
Я притворилась, что меня очень волновала эта тема.
– Выходит, я тощая доходяга?
Он легонько ущипнул меня за бедро.
– Понятия не имею, куда ты деваешь все, что съедаешь. Я никогда не видел женщин, которые бы столько ели.
Ладно, вот теперь я заволновалась по-настоящему.
– Хочешь, чтоб я питалась салатами?
– Черт, нет. Пожалуйста, ешь, сколько хочешь. Одна лишь мысль, что девушка сидит на диете, сводит меня с ума. Но это не твой случай. Ты все равно остаешься худышкой.
Выходит, ему не нравится мое тело? Мне стало реально обидно, и я отвела взор. Но Киллиан мгновенно отреагировал. Приподняв мой подбородок, он повернул мое лицо так, чтобы я встретилась с ним взглядом.
– Каждый дюйм твоего великолепного тела невероятно сексуален. Я бы не стал ничего менять. Женщина, можешь есть все что угодно абсолютно спокойно, – и он поцеловал меня.
Я почувствовала вкус кофе и предположила, что Киллиан уже давно бодрствовал.
Он слегка отступил.
– Так ты собираешься сегодня бегать? – проведя ладонью по моей щеке, МакГрегор нежно погладил по коже большим пальцем.
– Да, – выдохнула я.
– Тогда встретимся на кухне, – бросил он.