- Просители, будь им пусто, - вздохнула принцесса. - Родня одного дубоголового прохвоста. Ну, случайно, ну, шутя, сбился с верного путя. За детушек родимых все радел, кровинушек горемычных, без кормильца-поильца ныне с хлеба на воду перебивающихся... в золоченых хоромах генеральских, на сворованные из казны деньги отгроханных. А так-то он сущий агнец, конечно. Тьфу, забодали уже, даже фестралов не пугаются. Так, вы меня не видели!
Принцесса что-то колданула, и к моему изумлению, легко взбежала по стене на потолок, на бегу выцветая и становясь невидимой.
Усмехнувшаяся Зекора проследовала к двери и отворила ее, будто бы для того, чтоб выглянуть в коридор - и едва заметный «призрак» принцессы выскользнул из комнаты, благо потолки во дворце весьма высокие и взгляды к ним обращались редко.
Пытаясь подобрать челюсть, я еще успела увидеть мрачных фестралов, стеной стоящих перед небольшой толпой мнущихся пони, затем дверь со стуком захлопнулась.
***
[ Луна \ Коридор возле комнаты Сансет ]
Поскольку Санни я поселила рядом со своими апартаментами и стража ранее доложила о ее присутствии, вопрос поиска решился вмиг. Добравшись до искомого, я свернула за угол - и остановилась. Представшая мне картина была... многообещающей. Перед моей дверью привычно изображали истуканчиков два фестрала - единорог и крылатая, кстати, те самые, что сражались вместе с нами в подземелье, а перед ними в странно знакомой позе восседала Сансет с задумчиво-невозмутимой мордашкой, чуть склонив голову набок и приподняв левое ухо. Вроде среди хлама в кладовке Лайри была невесть как туда попавшая «пластинка» с сидящей точно так же перед граммофоном... - или патефоном? - собачкой.
Все трое таращились, не мигая: Санни на фестралов, а те перед собой. Столбачили они так явно довольно долго и судя по эмоциям, детки развлекались вовсю, а вот Сансет... Ее фестралы заинтересовали всерьез, но раз они не захотели общаться по-хорошему, нарочито ее игнорируя... Некая благодушная безмятежность в ее чувствах имела отчетливо-хищный оттенок предвкушения.
Накинув «Полог Тишины», я бесшумно спланировала с потолка на пол. Мышки мои, вы таки доигрались, выбрав для своих забав не тот объект. Слова «отступать» и «Сансет» в одну фразу ну никак не упаковывались.
Сансет вздохнула и печально кивнула своим мыслям - мол, «ну что ж, ничего не поделаешь». От фестралов - а, они еще и пара, о как - потянуло торжеством, которое, однако быстро сменилось недоумением - вместо отступления Санни магией неторопливо выудила из своей комнаты блокнот, карандаш и рулетку, после чего с самым невозмутимым видом взялась тщательнейшим образом обмерять охреневшего единорога, скрупулезно занося результаты в блокнот! Я что есть силы зажала рот ногой, чтобы не заржать в голос. Объект изысканий зловредной мстительницы благодаря выучке кое-как сохранял самообладание и невзирая на растерянность, стоически пялился в стену, выдавая душевный раздрай едва заметным румянцем. Фестралочка после короткого обалдения откровенно веселилась, сохраняя деревянную морду. Санни же методично замерила длину рога, обмерила морду, шею, тщательно изучила гриву, выдернула волос... Я втихую рыдала от этой картины под «Пологом», фестралке приходилось куда труднее, но она держала лицо, источая сочувствие пополам со смехом, ее партнер и вовсе заслужил орден Стойкости, обреченно окаменев во всех смыслах изнутри и снаружи, ухитряясь при том укоризненно и обиженно сопеть - но это были только цветочки. Не-е-ет, ребятки, так легко она вас не отпустит...
Завершив будто бы наконец к непередаваемому облегчению жеребца свои изыскания на его бесцеремонно вытянутом, измеренном и ощупанном хвосте, усевшаяся перед ним Санни неторопливо перечитывала записи, кивала, что-то бормоча - огнистая напасть откровенно играла на нервах, - и вдруг она нахмурилась и вскинула вновь воспылавший жаждой познания взор. Я подобралась - вот сейчас! Несчастный фестрал под ее взглядом аж покрылся испариной, но не шевельнулся, лишь судорожно сглотнул и с невыразимой тоской чуть заметно покосился в сторону спасительного окна. Фестралочка, успевшая подуспокоиться, теперь уже не скрывала замышательства, а я с нетерпением ожидала следующего хода, подавшись вперед и силясь ничего не упустить.
Неспешно отложив инструментарий, Сансет со вздохом отвернулась к двери, будто за чем-то еще... и грациозно изогнувшись, зазывно приподняла хвост и через плечо одарила бедолагу-жеребца столь пламенно-страстным взором из-под трепещущих ресниц, что у того мгновенно встало дыбом все, от шерсти до... Я тихо сползла по стене, зажимая крылом рот и вцепившись зубами в перья, фестралка аж поперхнулась ревностью и воздухом... А Санни, моментально потушив пламя своей неземной страсти, с самым деловитым видом подхватила рулетку и зашла сбоку, пригибаясь и мурлыча что-то под нос. Охваченный ужасом жеребец безмолвно взвыл, из темно-серого становясь пунцовым, его подруга, оценившая ситуацию, нервно затряслась, а я уже могла только икать на полу - ржать сил больше не было. Санни выпрямилась, приподняла брови, оценив отметки на ленте - и с явственным сочувствием, ехидна этакая, взглянула на затравленнного мышерога. Но он уже спекся и смотрел вдаль остекленело-пуговичными глазами, пребывая за пределами добра и зла. И тогда Санни перевела плотоядный взгляд на мышекрылую... От той шибануло откровенной паникой и я, героически превозмогая спазмы в животе, скинула «Полог» с «Невидимостью» и вышла из-за угла, придав себе более-менее обычное выражение морды, пока фестралка не нарушила караульный устав, пустившись наулет. Да и жеребчика надо было успокоить.
- Привет, Сансет. Хорошо, что ты далеко не уходила - мы сейчас можем пойти к Селестии по твоим делам.
- Здравствуйте, - Сансет с очевидным сожалением отвлеклась от новой жертвы, взгляд которой выражал неимоверное облегчение и благодарность принцессе-спасительнице. - Отличные новости. А мы тут кой-какие исследования проводим. На добровольцах.
У слегка очухавшегося жеребца в горле глухо булькнуло.
- Точно на добровольцах? - Окинув взглядом фестралов, я окутала их незаметным флером своего тепла и участия, помогая успокоенно расслабиться - Мать с ними. В глазах обоих была лишь одна мольба: «Мать, избавь нас от этого чудовища!».
Чудовище меж тем пожало плечами, убирая блокнот и рулетку.
- Ну, молчание - знак согласия, не так ли?
Если бы взглядами можно было убивать... честный и открытый же взгляд Санни прямо-таки лучился невинностью.
Я только головой покачала. Талант...
- Идем. - И пропустив ее вперед, шепотом обратилась к фестралке: - Допрыгались, шутники? Зови моим словом смену, бери напарника, отпаивай валерьянкой и тащи в койку, пока не лопнул. И впредь с ней не связывайтесь.
Слегка поскучневшие ночные гвардейцы отдали честь и с превеликим облегчением нырнули в тени.
Нет, решительно, влияние людей - это нечто. Хмыкнув, я порысила догонять Сансет, уверенно топавшую к покоям моей сестры.
Сансет замедлилась, подождав меня, и дальше мы пошли бок-о-бок.
- Успокоила мышат? - подмигнув, она весело махнула ушами.
- После тебя им нужно дать медали, отпуск и молоко за вредность.
- И кто им злобный доктор?
- Вообще-то по уставу им не позволено точить на посту лясы, - вздохнула я.
- Что, и ответить, дома ли ты - тоже? Ладно, не хотят вне службы общаться - пусть, но этакое мелкое хамство...
- Своего рода традиция - караульным скучно, вот и развлекаются. В порядке игры их пытаются вывести из себя... особенно молодые горняшки. Такая вот дворцовая забава, если ты не помнишь, - пояснила я. - Гварды Тии привычны, а к моим цепляться побаиваются, вот со скуки они за тебя и взялись.