И вот тут я мысленно возблагодарил Володю за увесистую сумку с припасами. Луна выжрала из холодильника все, что можно, на полках осталась сугубо моя, «мясная» еда. Это она что, стресс заедала таким образом? Аппетит, однако. Ладно, если б еще после этого она сама выглядела аппетитно, а не лахудрой.
Болят отбитые пальцы - я явно переусердствовал с выражением эмоций. Замотав пальцы холодным полотенцем, раскладываю продукты по полкам. Обедаю один в тишине. Луна на кухню не пришла, а я звать ее не хотел. Может, и стоило бы позвать, но... Тем более, Ее Величество просила не трогать ее и не разговаривать, так что буду выполнять просьбу буквально.
Насытившись, лежу на кровати, рассматриваю трещины на потолке, складывающиеся в контур Африки и слегка разбитый силуэт слона. Луна шурудит на кухне.
Мысли мои возвращаются к Луне, и вслед за мыслями я пересаживаюсь за стол. Немного помедлив, вынимаю из ящика диадему. Пусть и не шедевр королевских ювелиров, она была подарком моей принцессе от всего сердца. Нахмурившись, я всматриваюсь в изящные завитки, поблескивающие в лучах запоздалого заката. Каждый изгиб напоминает о Луне, ее ясных глазах, доброй улыбке, нежном прикосновении. И я тихо шепчу:
Еще недавно нам с тобой так хорошо и складно пелось.
И вот гляжу в лицо твое, и думаю: куда все делось?
Голос прерывается, шепот становится хриплым. Диадема лежит на вздрагивающих ладонях немым свидетелем моих мучений. Песня продолжает звучать уже в подсознании:
Но память прошлое хранит, душа моя к тебе стремится...
Так, вздрогнув, все еще летит убитая в полете птица.
Взор застилают слезы. Я хотел быть с ней. Но она все разбила и растоптала. В ее взгляде отражалось даже не презрение, а холодное равнодушие, как будто я стал для Луны никем.
Сминаемая проволока тихо трещит в дрожащих пальцах. Из памяти, словно обломок кораблекрушения, всплывает кусок рифмованных строк:
О! Поверь, ведь любовь - это тот же камин,
Где сгорают все лучшие грезы.
А погаснет любовь - в сердце холод один,
Впереди же - страданья и слезы.
Бесформенный клубок проволоки летит под шкаф. Уронив голову на руки, я горько рыдаю. Плач мой подобен вою раненого зверя, угодившего в ловушку. Одиночество, всегда дарившее мне свободу, обернулось клеткой.
Незаметно я затихаю в пассивной дреме.
Очнулся, когда за окном давно уже стемнело. Вздохнув, сел удобнее, размял руки. В душе тишина и сумрак, словно что-то перегорело и вырубилось, словно погибла какая-то часть души, пожертвовала собой, чтобы спасти от гибели все остальное. А сколько там этого «остального» у меня еще осталось? Впрочем, не важно. Я продолжаю жить, но страдать я себе не позволю.
Найдя в шкафу подходящую сумку, уложил в нее один свитер, шаль, пару драгоценностей. Затем перешел в гостиную.
- Что ты делаешь? - Равнодушно поинтересовалась Луна, глядя, как я складываю в сумку фигурки оригами.
- Собираю твои вещи. - Спокойно пояснил я, разнимая бумажного дракона на три части.
- Мои вещи? - С ноткой удивления переспросила пони, привставая на диване. - У меня здесь есть вещи?
Гр-р-р, лучше б эта кобыла реально не раскрывала рта. От ее голоса, преисполненного ледяной иронии, аж мороз пробирает по коже. Когда только она успела стать такой? А может, всегда была, и я просто вижу сейчас темную сторону Луны, как и до этого видел светлую.
Передернув плечами, я рывком отклеиваю перья аликорна от двери шкафа. Через стекло вижу, как Луна вздрагивает, услышав звук отрываемого скотча, и отвернувшись, кладет голову на подлокотник.
Так, что еще?.. Мысленно пересчитываю собранные предметы. Вроде как все взято. Сев на диван, кладу сумку рядом с Луной. От аликорна разит вонючим потом так, что будь у меня силы и желание, я загнал бы ее в ванну и хорошенько отдраил. Но сил моих было не особо много, а желания и вовсе не наблюдалось. Пусть ее сестра в королевской ванне замачивает, если у них принято купаться. А то, может, эти пони моются, только когда под проливной дождь попадут.
- Л... Луна?
Произнести любимое прежде имя мне далось нелегко, все мое существо противилось этому.
Шевельнувшись, аликорн приоткрыла один глаз, неохотно фокусируя взгляд на презренном двуногом. Впрочем, меня уже мало интересовало ее отношение, я полностью сосредоточился на выполнении задания принцессы Селестии. Сплавлю правительнице ее долбанутую сестру, заберу деньги, и все остальное - не мои проблемы.
- Что нужно тебе для создания портала? - Спросил я.
Луна дернулась - так обычно дергаются люди, заждавшиеся своего поезда и внезапно услышавшие объявление о прибытии. Зрачок ее глаза, до этого безжизненно-потухший, резко расширился.