- Тш-ш, не порть мне удовольствие ухаживания за тобой.
Пони задумчиво смолкла, и, пользуясь ее молчанием, я укрыл Луну белой ажурной шалью, приколол брошь и застегнул на шее цепочку.
- Завершим последние штрихи. - Объявил, расставив на доске пузырьки с лаком и взялся за переднее копыто Луны, слыша над ухом сопение существа, в полной мере постигающего свою безысходную участь.
- Что это значит? - Спросила любимая чуть позже, рассматривая несколько линий вдоль края копыта.
- Нижняя зеленая линия - земля. Золотистая над ней - утренняя заря. Голубая над «зарей» - небо. А точки…
- Звезды! - Договорила пони. - Столь простой рисунок со столь большим смыслом.
Украсив все копыта «рисунком Мира», я убрал лак и посуду на стол и отошел от дивана.
- Во-о-от, - удовлетворенно развел руками. - Теперь другое дело. Теперь ты и-де-аль-на!
Чистая, холеная, с лоснящейся шерстью, с красиво уложенной мерцающей гривой и накрашенными копытами, укутанная шалью, взбодрившаяся горячим чаем, полулежащая на диване Эквестрийская принцесса выглядела воистину по-королевски роскошно и неотразимо.
«Мр-р-рм, Селестиюшка, сколько б ты заплатила мне, увидев сестренку в таком прикиде?» - Усмехнулся, беззастенчиво наслаждаясь красотой пони.
- Лайри, я вот-вот от стыда копыта откину… - Шепнула зеленоглазая, опуская взгляд. - За что мне все это счастье?
- Ну, клин клином выбивают. Давай сделаем тебе еще стыднее. - Подошел, обнял за плечи, чувствуя едва ощутимую дрожь мышц, встревоженных прикосновением.
- Ой, не н-гхм-м…
Слабый протест кобылицы был деликатно подавлен и мы долго наслаждались медовым поцелуем. Приятный и уже привычный терпкий запах аликорна. Мягкие губы в окаймлении щекочущих волосков, неуверенный шершавый язык, жаркое томное дыхание. По моему телу стремительно прокатила обжигающая волна вожделения.
- Сейчас я «в порядке»? - Выдохнула Луна, отклонившись назад. Ее глаза сияли счастьем, а крылья слегка оттопырились.
- Да, абсолютно.
- Благодарю. Пожалуйста, раздень меня, и приступим к обряду очищения. Я не хочу как-то испортить эту прекрасную шаль.
- Вот видишь, у тебя появились силы жить. - Улыбнулся я, снимая украшения.
- Не напоминай, - Луна нервно дернула ухом. - Я вела себя отвратительно. Как я могла тогда подумать плохое в отношении тебя?
- Это простительно.
- Ты слишком многое мне прощаешь.
- Потому что я слишком многое знаю о тебе. И люблю тебя.
- Мой рог открыт. Колпачок потерялся? - Луна озабоченно глянула на диван и стол.
- Я снял. Надеть?
- Конечно, надень. Не хватало еще, чтоб я случайно ранила тебя.
Когда кусок пластика вернулся к необычной роли предохранителя, Луна слезла с дивана и деловито остановилась возле стола.
- Нужен огонь. Что мы можем использовать?
Из тумбочки под телефоном я достал почти девственную свечу.
- Годится, - одобрила пони. - Однако как я буду держать ее без телекинеза?
Я воткнул нагретую вилку под прямым углом в нижний конец свечи.