— Ты должна пойти ко мне. У меня кое-что есть для тебя, — нарушает тишину Джакс.
Я замираю, вытянув руки перед собой. Джакс округляет глаза, понимая, как это звучит.
— Ох, это прозвучало... — Я смотрю на него, пытаясь найти слова.
Его рот открыт, в глазах смущение. Думаю, это первый раз, когда я вижу Джакса смущенным. Это весело и отчасти я хочу продолжать играть. Это справедливо, учитывая, сколько раз я краснела перед ним.
— Не волнуйся. Я поняла, что ты имел в виду, — Я пожимаю плечами и машу рукой, чтобы он расслабился.
Через секунду он улыбается, но улыбка не затрагивает его глаз.
— Ты готова?
— Сейчас?
— Конечно. Если только у тебя нет других планов? — спрашивает он.
Я смотрю на свою пропитанную потом одежду.
— Нет, никаких планов. Но, может быть, мне переодеться? Я немного влажная.
Теперь я понимаю, как это двусмысленно прозвучало, и Джакс тоже. Он так смотрит на меня, что дрожь вновь пронзает мой позвоночник.
— Я не против. — Джакс улыбается и кивает головой в сторону своего кондоминиума, безмолвно спрашивая.
Через мгновение я киваю и иду с ним в сторону его дома.
Здание кондоминиума Джакса — одно из самых новых, построенных в городе вдоль берега озера. Снаружи здание в стекле, с широкими серебряного цвета пластинами, которые установлены вдоль всех окон. Перед входными дверями стоят огромные урны, с посаженными в них большими зелеными кустами, которые идеально пострижены в виде спиралей. Вращающиеся стеклянные двери настолько большие, что вместят, по крайней мере, четырех людей в каждой своей четверти. Швейцар приветствует нас, как только мы приближаемся:
— Добрый вечер, мистер Перри, — говорит он, открывая дверь. — Мисс, — приветствует он меня, приподнимая фуражку.
Внутри вестибюля полы выложены красивым кремовым и золотым мрамором, стены выкрашены в тон. Также туту кремовый кожаный диван и несколько кресел, расположенных вокруг темного журнального столика. За стойкой консьержа работает пожилой джентльмен, внимание которого сосредоточено на небольшом телевизоре.
— Джимми! Какой счет? — интересуется Джакс, проходя мимо него к лифтам.
— Им нужно больше тренироваться, — отвечает он, качая головой.
— Может быть, в следующий раз, — смеясь, говорит Джакс и наклоняется ко мне. — Фанат «Кабс».
Я киваю, как будто понимаю, о чем говорит Джакс, наблюдая, как он нажимает кнопку вызова лифта.
— Ты не переживаешь, что кто-нибудь может войти сюда, когда консьерж так погружен в игру? — спрашиваю я с любопытством.
— С Джимми? Не получится. У него глаза на затылке. Никто не пройдет мимо него. К тому же, если я опаздываю с утра, всегда могу положиться на него в плане спорта.
Подъезжает лифт, и Джакс взмахивает рукой, приглашает меня войти первой. Стены лифта зеркальные, включая внутренние двери. Как только они закрываются, я вижу свое отражение. Волосы в беспорядке, на одежде все еще присутствуют пятна пота, и макияж выглядит так, как будто ему три дня.
Боже.
Я пытаюсь незаметно подтереть «глаза енота», пока Джакс нажимает кнопку этажа. Я смотрю на кнопки и вижу, какая кнопка горит, и приподнимаю бровь.
— Пентхаус?
Глядя на меня, Джакс пожимает плечами.
— Просто лучший способ назвать двадцать седьмой этаж.
— Забавно, но я не вижу, чтобы у других этажей были названия, — дразню я.