В джунглях: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Так прошло два месяца. А в конце лета было решено, что Аджит вместе с Бахадуром уйдет вперед и преподаст ему последний урок слоновьей мудрости. Никаких выражений горя при мысли о расставании, никаких жалоб — Бахадур молча ушел в сопровождении почтенного центуриона.

Была осень 19… года, памятная засухой на юге и ужасным наводнением на севере.

Из-за сильной жары уже в июле, задолго до наступления осени, южные леса оделись в красный и оранжевый убор. Поскольку воды было очень мало, все животные двинулись на север, где, как сказали им птицы, обезьяны и другие лесные гонцы, деревья и трава были еще зеленые, а плоды, листья и корни — сочные и вкусные.

Ободренные этими добрыми вестями, Аджит и Бахадур отправились на луга Гарвала. С этого высокого плато открывался чудесный вид на вершины Гималаев. Величественно высясь над зелеными подножиями, снеговые вершины на закате одевались не в багрянец, а в сине-алые тона, смешанные с серебром и пурпуром. На восходе горные цепи замирали у порога небес, словно гигантские аметистовые львы.

Было что-то зловещее в нагих скалах у линии сне-гов. Тишина представлялась старому Аджиту подозрительной. Казалось, боги бессильны предотвратить ужасную опасность, спускавшуюся с поднебесья.

Ясно было одно: снега таяли слишком быстро. Вот почему у подножий скопилось столько воды и растительность зеленела так пышно. Но ограниченный разум животных мешал им понять то, что совершалось у них на глазах: земля стала сырой, чего прежде никогда не бывало на Гарвалских плато. Где-то там, наверху, снег безостановочно таял и переполнял реки и озера, которые прорывались через хребты, размывали склоны и текли вниз, на равнину. Лесные звери, сгрудившиеся внизу, даже не подозревали об этом. Жизнь здесь била ключом. Деревья буквально гнулись под тяжестью обезьян и попугаев. Реки словно надели ожерелья из зимородков, ловивших рыбу. Ревушие буйволы, громкоголосые олени, трубящие слоны буквально наводнили плато. Каждая ветка, каждый куст были в этом году сочнее, чем обычно. Реки вздулись и грозили затопить берега. Если олень или буйвол спускались в воду, чтобы напиться, они уже не могли вылезти обратно: течение уносило их, как какой-нибудь листик или сучок. Что-то зловещее нависло над этим плато, и все же звери сбежались сюда, гонимые голодом и жаждой.

Умудренный столетним опытом, Аджит объяснил Бахадуру, что такое изобилие в природе предвещает страшные бедствия. Нужно было поскорее уходить из Гарвала. Но они не могли уйти, не дождавшись всего стада, от которого их отделяла неделя пути. А вокруг было такое изобилие воды и пищи, что с каждым днем сюда прибывали все новые стада слонов. Избегая их, Аджит увел Бахадура в самую глушь, в страну нильгау, зеленовато-синих, как лесная листва, антилоп. Когда в гималайских предгорьях наступает осень, все звери перекочевывают вниз, туда, где в эту пору теплее. Спускается на нижние плато горный козел, а нильгау пасутся на равнине, в пышных тропических лесах, где зеленоватая шкура помогает им прятаться от врагов. Но в этом году Аджит и Бахадур застали их еще на верхних плато, которые они и не собирались покидать. Разве не наступила осень? И все же ни один лист не окрасился в багрянец! Это было непостижимо. Все вокруг пышно зеленело, так что у нильгау была надежная защита и вволю хорошей пищи. Зачем же им идти на юг? Все отлично чувствовали себя и здесь. Загадочная зелень напоминала ловушку. Но даже мудрый Аджит ничего не мог понять. Почему природа так щедра в этом году? Бахадура по молодости лет не тревожили сомнения и раздумья старого слона. Он наслаждался дарами природы и свободой, весело играл, гоняясь за подрастающими антилопами.

Но однажды, резвясь со своими новыми друзьями, Бахадур почувствовал неладное. Шутливо обхватив хоботом молодого бычка нильгау, он вдруг услышал стук копыт и громкое блеяние высоко наверху. Подняв хобот, он весь превратился в слух.

«Топ, топ, топ, бэ-э-э!» На него обрушился целый водопад звуков. Со всех сторон им вторило эхо. Нильгау тоже подняли страшный шум.

Бахадур поспешил вниз, туда, где дремал старый Аджит, чтобы узнать у него, что все это означает. Но не сделал он и нескольких шагов, как целая лавина горных козлов обрушилась на плато. Они катились с Гималаев, словно клубящиеся облака. Увидев это, нильгау бросились вниз, быстро освобождая плато. Но козлы, не останавливаясь, устремились дальше, а Бахадур, очутившийся между двумя стадами, пытался тем временем пробиться к Аджиту.

Но ему не пришлось бежать далеко — старый слон сам уже искал его. Увидев Бахадура, он велел ему удирать во всю прыть, потому что сверху катился бурный поток воды.

Теперь они бежали на юг почти напрямик, торопясь предупредить своих друзей о бедствии. Путь их все время лежал по берегу реки.

Но увы, было уже поздно! Не успели они пробежать и мили, как река вышла из берегов, буквально сбивая их с ног. Шумные водопады низвергались со всех сторон. Скоро слоны уже едва доставали ногами дна. На их пути бурлили водовороты.

Вокруг плыли стада оленей, нильгау и горных козлов. Каким чудом им удалось выбраться, они сами не знали. Прошло не менее получаса, как вдруг — что такое? Впереди поток пенился и ревел перед плотиной, возведенной людьми.

Аджит и Бахадур набили себе немало шишек, пытаясь ухватиться за дерево, росшее на берегу. Но на беду вода подмыла корни, и дерево рухнуло чуть ли не на головы бедным слонам. Что было делать? Плотина в любую секунду могла прорваться, и тогда они погибли бы в водной пучине.

Но Бахадур нашел выход из положения. Поставив передние ноги на спину Аджиту, он ухватился хоботом за ветку дерева, корней которого вода едва успела коснуться. Ствол рухнул в реку, но корни дерева еще крепко сидели в земле.

И тогда — о чудо из чудес! — течение медленно при* било раскидистое дерево, а вместе с ним и наших слонов к берегу. Вот ноги их уже коснулись суши. Бахадур без особого труда вскарабкался на берег. Но он был достойным сыном своего отца и вместо того, чтобы убежать подальше от опасности, протянул хобот Аджиту. Представьте себе картину: слон в две тонны весом тащит другого, в котором не меньше четырех с половиной тонн, на крутой берег! Рискуя собственной жизнью, сын Сирдара решил спасти дряхлого ветерана. Хотя Аджит то и дело оступался, Бахадур не падал духом. Если бы не его помощь, старый Аджит погиб бы… А так, поскользнувшись раз двадцать, он, наконец, выбрался на берег целый и невредимый. Молодец Бахадур! Подумайте только, он был похож на ребенка, который тащит из моря кита, и все-таки спас Аджита. И спас как раз вовремя, потому что вода со страшным грохотом прорвала плотину, и ревущий поток устремился дальше. Но Аджиту и Бахадуру он был уже не страшен.

Они решили во что бы то пи стало найти своих друзей и предупредить их о наводнении. Конечно, слонов и без того предупредили крылатые гонцы джунглей — птицы и их помощники — обезьяны. Птицы летали быстрее ветра, а обезьяны скакали из леса в лес, словно кони, порвавшие постромки, и разнесли весть о бедствии по всему Гарвалу и доброй половине Соединенных провинций от Агры до Айодхья.

Сирдар со своими слонами, придя на условленное место встречи с Аджитом и Бахадуром, ждал их до последней минуты. Flo, услышав рев и плеск воды, слоны во главе с вожаком резво, как олени, помчались на юго-восток. Но вода все-таки настигла их. Не дожидайся они Аджита и Бахадура, все обошлось бы благополучно, а теперь они понесли утрату — среди утонувших оказалась Радха со своей маленькой дочерью. Она ждала сына и мешкала, отставала от стада на сотню-другую футов — ей все казалось, что вот-вот она увидит его, живого и невредимого. Сирдар шел впереди, глубоко озабоченный тем, как спасти от опасности все стадо, и не знал, что его подруга отстает. Он выполнял свой долг вожака и не мог уделять особого внимания жене и дочери. Таков уж благородный слоновий обычай. И если бы не самопожертвование Сирдара, слоны никогда бы не спаслись такой дешевой ценой: они потеряли всего около десятка товарищей.

Сирдар повел слонов на юго-восток и успел уйти от наводнения. Только те, кто отстал, утонули. Радха, как он узнал потом, захлебнулась, спасая свою дочь.

Слоны укрылись на высоком надежном плато, у подножия горы. Здесь и обрушилась на вожака горестная весть о смерти его жены и дочери.

Удар этот был тем ужаснее, что Сирдар и Бахадура тоже считал погибшим. Мучительная боль пронзила ему сердце. Не веря, что Радха умерла, он как безумный бегал по всему плато. Он искал ее среди коз, антилоп, слонов, буйволов. Хотя многие говорили ему, что сами видели, как Радху и ее дочь захлестнула вода, Сирдар отказывался верить. Горе так потрясло его, что он даже не мог трубить.

Бедный Сирдар — какой ужасной ценой заплатил он за честь быть вожаком. Он не мог спасти свою жену и дочь, не мог даже оглянуться на них в самую тяжкую минуту их жизни. Ужасна доля вожака! Жизнь его принадлежит не ему, а всему стаду.

Если бы он затрубил, ему сразу стало бы легче, да и Бахадур, затерявшийся в многотысячной толпе зверей, услышал бы его голос.

Аджит и Бахадур, укрывшиеся на том же плато, что и слоны Сирдара, узнали от других беглецов, чем был вызван такой ужасный потоп. Они услышали много удивительных рассказов, но все сходились в одном. Горная гряда, которую вода размывала уже много месяцев, в одном месте была прорвана, и огромное озеро низринулось в Гарвал, не только затопив старые русла, но образовывая новые реки, смывая целые деревни и леса. Погибло десять тысяч людей и неисчислимое множество оленей, тигров, слонов, леопардов, буйволов, обезьян, змей и других животных.

По пути к плато Аджиту и Бахадуру встречались различные звери, попавшие в кольцо страха. Странное это было зрелище: обезьяны кружились по лесу вместе с леопардами, антилопы и тигры бежали бок о бок, как лучшие друзья, питоны, свернувшись, лежали у самых ног ревущих оленей.

Рядом с этими перепуганными зверями наши слоны были настоящим чудом храбрости. Чтобы самим не поддаться страху, они решили помочь бедным зверям спастись от беды. Аджит изнемогал от усталости, и Баха-дур смело взялся за дело. Его короткие, громкие призывы, словно кузнечный молот, ударили по нервам испуганных зверей и освободили их из-под власти страха. Они прекратили свой безумный бег, но были слишком потрясены и безвольны. Чтобы ими снова не овладел страх, Аджит тоже затрубил во всю мочь. Потом он подтолкнул Бахадура бивнями, как бы говоря ему: «Веди!», и все послушно пошли за ним; они были счастливы выбраться из этого царства ужаса и смерти. Так достигли они того спасительного плато, куда отец молодого вожака привел своих слонов и где он тщетно искал детей и Радху[3].

ГЛАВА XVII

Совершеннолетие Бахадура

Нелегко было вывести из беды дряхлого, измученного слона и целую толпу диких зверей, ослепленных страхом. Но Бахадур справился с этим. Долгие часы шли они без сна, без воды и пищи.

Когда спустился вечер, двигаться стало гораздо труднее. А около десяти часов Бахадур увидел, что звери, сбегавшиеся отовсюду, заполнили все плато. Чтобы найти место и пищу для всех, надо было идти дальше.

[3] В конце лета 1928 года, когда писалась эта книга, в Гималаях ожидался разлив горного озера, подобный тому, который описан здесь. — Прим. авт.