«Антология советского детектива-25. Компиляция. Книги 1-26»: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Татарников, не раз побывавший в руках милиции и убедившийся, что доказывать что-либо бессмысленно, обреченно махнул рукой — воля, мол, ваша.

4

Утром Полуэктов встретил генерала Водовозова, срочно прибывшего по его докладу. Невиданное в МВД чрезвычайное происшествие: начальник уголовного розыска — один из участников мафиозной группировки, если не главарь мафии. Все бандитские нападения, особенно ограбление инкассатора, проанализировал Полуэктов, не могли быть совершены без соответствующей информации, которой располагали немногие. И, вероятнее всего, утечка ее происходила именно из милиции: кто еще так осведомлен о событиях небольшого городка, как не милиция, а то, что Тобратов попытался прикрыть своих подельников, говорит о его прямой причастности к мафии.

Генерал был не в духе, это Полуэктов сразу определил по его хмурому, суровому лицу, по холодному пожатию руки, по тяжелой медлительной поступи на лестнице и молчанию, пока они поднимались на третий этаж в гостиничный номер, где расположился следователь по особо важным делам со своим помощником. Возможно, из-за раннего подъема, от которого уже отвык престарелый начальник, или от сложной, неприятной миссии — как поступить в такой ситуации. Чтобы отстранить от дел начальника уголовного розыска, тем более арестовать, нужны веские аргументы: только того, что Тобратов скрыл от следственных органов данные о нахождении бывших зеков в районе нападения на инкассатора, мало. Да и одного того, что в уголовный розыск затесался нечистоплотный человек, бандюга, вполне достаточно для неприятностей всему высокопоставленному начальству уголовного розыска Министерства внутренних дел — проглядели, прошляпили, недовоспитали…

— Чайку, кофейку с дороги? — услужливо предложил Полуэктов, вводя генерала в свой номер.

— Подожди ты со своим кофейком, — недовольно махнул рукой генерал, осматривая внимательно номер, словно собирался здесь поселиться надолго.

Номер был просторный, чистый, с небольшой прихожей, с туалетом и ванной. Генерал задержал внимание на столе, на стульях.

— Где можем собрать местное начальство? — спросил он.

Полуэктов догадался, о чем думал генерал, осматривая номер.

— Разместимся здесь, Иван Петрович. Пригласим самых необходимых, кто в какой-то степени может пролить свет на действия начальника уголовного розыска.

— Ты предупредил их о моем визите?

— Так точно. Все на своих местах. Ждут указания.

— Тогда звони. Пусть приезжают. Предупреди: Тобратов пока ни о чем не должен знать.

— Есть, — Полуэктов набрал номер телефона начальника милиции. — Доброе утро, Александр Михайлович. Полуэктов беспокоит. Иван Петрович у меня. Давай бери своих заместителей, начальника следственной службы, патрульно-постовой и — ко мне… Нет, начальника уголовного розыска не надо, и постарайтесь, чтобы о нашем совещании его никто не проинформировал…

— Вот теперь можешь и кофеек организовать, — несколько потеплел генерал. — И пока водичка будет греться, просвети-ка еще раз меня поподробнее о своих подозрениях. У меня никак в голове не укладывается, чтобы Тобратов, которого я всегда считал серьезным человеком, опытным милицейским работником, мог связаться с мафией.

Скородумов, прибывший накануне, достал из тумбочки привезенный с собой небольшой чайник, наполнил его водой и подключил в сеть, а Полуэктов, усевшись напротив генерала, стал излагать ему свою версию.

— Я тоже поначалу недоумевал, Иван Петрович. Но посудите сами. Возьмем последние два случая убийства Гогенадзе и Аламазова. Оба регулярно платили дань рэкетирам. Кому конкретно — установить не удалось. Человек приходил поздно вечером, в маске, и ему вручали определенную сумму. Поначалу председатель акционерного общества и владелец магазинов мирились с таким положением, но когда дань возросла до непосильных размеров, они обратились за помощью в милицию. Как объясняет Тобратов, он установил наблюдение за офисом Гогенадзе и за магазинами Аламазова. Но рэкетиры больше не появились. А через некоторое время и тот и другой были убиты. Допускаю, что рэкетиры в данном случае как-то сами смогли обнаружить слежку милиции. Возьмем второй пример: ограбление инкассатора. О том, что деньги повезут в этот день на стройку, знали только работники банка и милиции. Банк, само собой разумеется, отпадает. А то, что нападающие были оснащены рациями, — очевидно. И рациями, надо полагать, теми самыми, которые три месяца назад были похищены из отделения милиции. Третье, угнанные машины: ЗиЛ с птицефабрики, красные «Жигули» Самофалова, жителя города Голицына, мотоциклы, убийства — дело рук профессионалов, умеющих надежно прятать концы в воду. И самое главное: Тобратов встретил нас с большой неохотой и настороженностью, скрыл, что на месте, точнее недалеко от места преступления, где было совершено нападение на инкассатора, незадолго до этого гражданин Балуев видел Грушецкого и Татарникова, привлекавшихся ранее за воровство и вернувшихся из заключения чуть более года назад.

Полуэктов замолчал. Генерал набычил свою могучую с солидным жировым загривком шею, задумался. Видимо, факты, приведенные следователем по особо важным делам, были не столь убедительны — это понимал и сам Полуэктов, — но он интуицией чувствовал, что именно здесь собака зарыта: других профессионалов, так хорошо осведомленных о делах и порядках в городе, о прибылях бизнесменов, о работе милиции, во всей округе просто не было.

— Н-да, — наконец произнес неопределенное генерал. — Версия твоя не лишена логического смысла. И все-таки жидковата. Нет прямых улик. А то, что Тобратов встретил вас недружелюбно, скрыл какие-то факты — это не доказательство, он может просто объяснить: упустил или счел нецелесообразным в силу каких-то обстоятельств. В общем, послушаем, что скажут о нем непосредственные начальники и сослуживцы.

Скородумов к этому времени заварил кофе, налил в чашки и поставил перед генералом и следователем по особо важным делам. Несмело, с виноватой улыбкой предложил:

— Может, с коньячком?

Водовозов приподнял голову и глянул на следователя недоуменно-вопрошающе.

— Вы и коньячком здесь пробавляетесь?.. Неплохо устроились. — И перевел взгляд на Полуэктова: — Это ты приучил его по утрам коньячок употреблять?

— Что вы, Иван Петрович. Я по утрам кефир предпочитаю. Это он вам, нашему гостю, предложил.

— Значит, не пьешь? — и снова снизу вверх — на Скородумова:

— И ты по утрам коньяк не пьешь?

— Никак нет, товарищ генерал.

— И правильно делаете. Вам, молодым, ни к чему. Это мне, старичку, для поднятия тонуса можно рюмочку. Так что давай, неси.

Скородумов повеселел и засуетился у тумбочки: достал было початую бутылку, но тут же сунул ее обратно и заменил на еще не откупоренную. Открутил пробку.

— Вам в кофе или в рюмку?