– Надо же, какие мы правильные! И сколько ваша правильность стоит?
– Да уж по чужим столам не пасёмся…
– Так уж и не пасётесь? А кто на детдом губу раскатал? Да если бы не Борис Михайлович, что бы вы делали со своими…
Мария вовремя осеклась. Но Осип успел уловить в её оговорке значимый подвох и завопил на сына, явно готового спьяну ещё что-то сморозить:
– Сиди пей!
Фёдор потерял оборванную мысль и тупо спросил:
– А хто нальёт?
– У тебя ж налито…
Фёдор увидел перед собой налитое, наклонился, охватил стопку губами, запрокинул голову и разом проглотил содержимое. Через минуту он запел неплохим голосом:
После второй «тирь-бирь-пумбии» он посмотрел на Марию так, что она поняла: лучше оставить эту компанию… Но ей необходимо было засидеться допоздна, чтобы серьёзно взволновать Сергея. И она решила окончательно напоить и сына, и отца. Потому одобрила действие Фёдора:
– А не всякий так сумеет – выпить одним махом!
Наполнив стопку, она угодливо подвинула её Осипу, улыбнулась, предложила:
– Попробуй-ка!
Осип понял её намерение, ответил:
– Достаточно. И без того набрались…
– Куда ему! – услыхал Фёдор отцов отказ. – Он ведь прикладывается к рюмке только для того, чтобы меня напоить. Я же у него в кишках сижу…
– Вот ведь наказание господне. Сидит буровит чёрт-те што… Больной. Ничего не поделаешь… Вот ведь красавец, богатырь, а кому такой нужен?
На отцово сетование Фёдор брякнул:
– Да хотя бы Васёне. Ты думаешь почему в березняк её потянуло?
Осип побелел, спросил шёпотом:
– Врёшь! Признайся, што ты натворил?
В ответ Фёдор ухмыльнулся: дескать, твоё дело, думай, что хочешь…
Осип подхватился на ноги, но, заметив в лице Марии исключительный интерес, понял: каждое его слово может быть передано Борису Михайловичу. Потому сел и, махнув рукой, объяснил свой порыв очень просто:
– Всё равно не унять пустомелю…
Осип давно убедил себя в том, что иждивенчество сына дано ему природой, как слепая кишка, которую никто и никогда ему не удалит. Но до этого дня ему и в голову не приходила такая мысль: что будет, если Фёдор женится? Если ещё и на такой, как Васёна… Возможность оказаться примаком в семье сына так его напугала, что он поторопился найти в допустимой родне изъян.
– Нашёл невесту! – сказал он, скривив губы. – Она по годам только мне впору…
– Ха-ха! – Фёдор указал на отца, как тунгус на верблюда. – Жених – мать твою! Кукиш на рогатке…
Ему бы хотелось и дальше поиздеваться над отцом, но его язык от выпитого совсем размок, почти все звуки стали гласными. Марии это показалось забавным, она откровенно рассмеялась. Фёдор тут же ухватил её за волосы и потянул к полу.
– Ты што творишь?! – дёрнулась она, но не освободилась, а только сильнее перегнулась и крикнула Осипу: – Уйми своего ублюдка!
Тот подскочил – выручить гостью, но Фёдор другой рукой угодил отцу в челюсть, протащил Марию за волосы до порога, и, задев головой наличник двери, она оказалась вышвырнутой на мороз.