— Можно даже не каждый день.
— Раз в неделю. Нет, два раза. Но на всю ночь.
— Эй, внешка, чего морщишься? Другие спят и видят, чтоб к нам в постель запрыгнуть, а она нос воротит!
— Вот увидишь, тебе понравится.
— Не придѐшь добровольно — возьмѐм силой, так и знай.
Голоса слились в монотонный гул. Алина, пытаясь не вслушиваться, быстро шагала
к учебному корпусу. Совсем немножко осталось. Добраться до дверей, нырнуть внутрь — и они отстанут, отправятся на поиски новой жертвы. По крайней мере, до окончания занятий.
Но тут Прим схватил девушку за капюшон и резко дернул назад.
— Почему не слушаешь, когда с тобой люди говорят?
От рывка перехватило дыхание, Алина машинально коснулась рукой шеи, нащупала платок, вспомнила, при каких обстоятельствах его получила… и сама удивилась собственному поведению!
Бандитов в карты обыгрывать она, значит, не боялась, а перед двумя ровесниками почему-то трусит.
В самом деле, сколько можно бегать?! Не убьют же они еѐ! Это учебное заведение,
а не тѐмная подворотня! Одна жалоба — и обоих вызовут к директору не взирая на происхождение и покровителей.
И, к слову, кто сказал, что у самой Алины нет ни того ни другого?
— Люди? — она демонстративно замотала головой. — Где люди? Не вижу. Только два пустоголовых гомункула.
— Нарываешься? — рявкунул Прим.
— А если и да? — сощурилась девушка, надеясь, что всѐ ограничится словесной перепалкой и к более решительным действиям переходить не придѐтся.
Но близнецы, вопреки надеждам, не отстали. Старший продолжал удерживать девушку за капюшон, а младший подошѐл спереди, крепко ухватил еѐ за руки, не давая двигаться, и издевательски ухмыльнулся, нависая над Алиной:
— И что ты теперь скажешь?
— Что мать твоя изменяла мужу с бабуином, — брякнула девушка. Как всегда в критических ситуациях язык сработал раньше, чем инстинкт самосохранения.
Сек не пристукнул еѐ на месте только потому, что опешил. Зато его брат среагировал куда быстрее: хватка на капюшоне ослабла, зато шею сжало захватом так, что Алина едва могла дышать.
— Следи за языком, внешка, а то мигом останешься без него! — прошипел в ухо искажѐнный злобой голос.
— Я тебя и молча уделаю, — хмыкнула Алина. И вместо того, чтоб кричать или вырываться, едва заметно шевельнула пальцем. Кольцо коротко мигнуло, и, подчиняясь
его воле, из кармана плаща один за другим вылетели металлические шарики-граны и хаотично заметались вокруг.
Управлять ими без жестов, одной силой воли, было сложновато, да и начальной скорости для полного эффекта не хватало… Но она ведь не убивать Фелтингеров собралась. Так, припугнуть.
Припугнулись они охотно. Всѐ-таки не каждый день видишь боевые арфактумы в опасной близости от собственного лица.
Только вот результат получился немного не тот, на который рассчитывала Алина.
— Так-так, — глубокомысленно прозвучало за спиной. — Что здесь происходит, господа студенты?
Фелтингеры немедленно выпустили Алину. Она от неожиданности потеряла
равновесие и концентрацию, и металлические шарики горохом посыпались на землю. Зря только доставала!