Фраза Александра Борисовича вызвала у Майкла недоумение.
— Верховный вождь не может солгать. Если он сказал, что с мальчиком все в порядке, значит, так оно и есть.
— Я привык во всем убеждаться сам, — ответил Александр Борисович. — Майкл, узнай, пожалуйста, где находится эта деревня.
Спустя десять минут они уже ехали по дороге в нужном им направлении, и Александр Борисович размышлял о своих дальнейших действиях.
Законы народа гереро его не устраивали.
«Черт знает что, — ругался про себя Турецкий. — Это что же получается, Алеша останется здесь на всю жизнь?»
Из слов верховного вождя следовало именно это.
«Раз он так уверенно и гордо говорил о законах своего народа, значит, обращаться в официальные учреждения бесполезно, — думал Турецкий. — А что же тогда делать? Что тогда делать? — обратился Александр Борисович к своему внутреннему голосу. — Скажи, ты же у нас самый умный. Или мы умеем только досаждать, а когда доходит до дела, мы помалкиваем?»
«Мы не помалкиваем, — немедленно отозвался внутренний голос, — мы думаем. Есть такое полезное занятие — думать».
«И много надумали?» — на этот раз съехидничал сам Александр Борисович.
«Есть одна мысль. А вот уверенности, что ты на это согласишься, нет».
«И что за мысль?»
«Послушай, Турецкий. А тебе не по барабану все эти законы народа гереро?» — поинтересовался внутренний голос.
«К чему это ты клонишь?» — подозрительно спросил Александр Борисович.
«Ты уже понял к чему».
«Хочешь сказать, что…»
«Именно это. Сейчас уже темно. А когда доедешь, будет еще темнее. Машина у тебя есть. А дорогу Майкл знает. Заберешь мальчика — и в российское посольство».
«А как же этот Сэм, который взял его под свою охрану?»
«А ты действуй аккуратно, Турецкий. Или в Москве никогда не забирался без приглашения на территорию чужой собственности? В конце концов, правда на твоей стороне. А это главное. Так что не дрейфь, Александр Борисович. И не в таких ситуациях оказывались. И ничего, слава богу, живы».
Этой ночью должно было все решиться. На небе светили звезды, из темноты доносились крики африканских животных.
Если все пройдет благополучно, то меньше чем через три часа они будут в Виндхуке.
Первым делом — в российское посольство. Наверняка все необходимые документы уже готовы. Министр иностранных дел должен был об этом позаботиться.
На машине посольства их доставят прямо к самолету, и никто, ни Кауримо Ритуако, ни Сэм, ни сам черт, не сможет помешать им.
Из посольства надо будет обязательно связаться с Витей Солониным и ребятами из группы выживания. Нельзя допустить, чтобы они Подвергались риску.
Но это в последний раз!
Никогда, никогда больше не ввязываться в подобные авантюры! Даже если цели будут самыми благородными.
Но почему же до сих пор не вернулся Майкл?
Александр Борисович посмотрел на часы, они показывали полночь. Значит, Майкл ушел сорок минут назад. Он должен был уже вернуться. Неужели с ним что-то случилось? Он-то здесь совсем ни при чем.
Турецкий перекатился на другой бок и всмотрелся в темноту.
Впереди виднелись силуэты хижин, среди которых своими размерами выделялся дом Сэма. Обычный двухэтажный щитовой дом, но на фоне хижин он выглядел настоящим дворцом.