– Может быть. Возможно, исчезновение этих девушек никак не связано с твоей матерью. Может, это просто место такое. Но тем не менее местные убеждены, что твоя мама сама была в шаге от того, чтобы стать монстром.
Кора пожимает плечами и продолжает:
– Я подумала, что тебе следовало бы знать об этом на случай, если местные будут странно себя вести. Харроу-Лейк может оказаться совсем не таким гостеприимным, как хотелось бы.
Вот теперь я закатываю глаза.
– Что у людей в головах в этом чертовом городе?
– Ты даже и половины не знаешь, – замечает Кора.
Ее спокойный голос заставляет меня замолчать. Кора отрешенно смотрит на витрину, за которой скрывается марионетка, и от ее застывшего взгляда мне становится не по себе.
– Харроу-Лейк так и не смог оправиться от оползня, похоронившего заживо половину местных жителей. Он умер, так же как и Затонувший город, хотя никто не говорит об этом вслух. А мертвое не развивается. Оно увядает.
Я пытаюсь понять, что означает выражение ее лица и чего она хотела добиться своими откровениями, но не вижу в ее глазах ничего, кроме уныния.
– На твоем месте я бы не торчала здесь слишком долго.
– Ты пытаешься запугать меня, чтобы рассказывать всем, какая у Нолана Нокса трусливая дочь? Чего ты добиваешься – чтобы я заплакала и убежала от каких-то тупых провинциальных сказочек, которые ты достала из своей задницы?
– Я не собиралась пугать тебя, – невозмутимо отвечает Кора. – Просто мне показалось, ты заслуживаешь знать, что происходит в этом городе. Особенно с учетом того, что твоя мама, судя по всему, ни о чем тебе не рассказала.
Но так ли это?
Кукла за стеклом вздрагивает и встает на ноги. Но руки Коры сейчас не на рычагах управления. Выглядит так, словно марионетка внезапно проснулась.
– Как ты это сделала? – спрашиваю я.
Кора переводит взгляд на витрину, потом снова на меня.
– Сделала что?
Кукла Мистера Джиттерса приближается к стеклу. Ее тонкие длинные конечности совершают отрывистые движения, хотя нити расслаблены. Я не понимаю, как она это делает. Кукла поднимает руку и прикасается к стеклу длинными, похожими на иглы пальцами.
– Это! – показываю я, не в силах оторвать взгляд. Волосы встают дыбом, словно эти острые пальцы касаются моей кожи.
Тук-тук-тук-тук-ТУК.
Зву к становитс я громче и быстрее. Еще чуть-чуть – и стекло разобьется.
– Как ты это делаешь, черт возьми? Прекрати!
– Что ты видишь? – спрашивает Кора.
В ее любопытном взгляде чувствуется нечто хищное. Она делает шаг в мою сторону, но я отстраняюсь. Паника внутри меня нарастает. Я чувствую, как увеличивается давление в черепе. Мне нужно выбраться отсюда.
– Лола, подожди! – кричит Кора вслед. – Что ты увидела? Что ты увидела?
Глава седьмая
1. Их не существует.
2. Если говорить о выдуманных монстрах, то они очень разнообразны. Есть стандартные, которые могут быть либо дружественны человеку, либо нет в зависимости от настроения автора: зомби, оборотни, вампиры и т. д. Есть единственные в своем роде типа Слендермена, Пеннивайза или Бабадука. Еще есть инопланетные чудовища типа Чужого, ночные хищники, как в фильме «Черная дыра», и более разумные создания, как в «Хищнике». Бывают и такие монстры, которые существуют только в отдельных городках или культурах в рамках их локальной мифологии – например, Мистер Джиттерс. (Интересно, рассказывают ли в других городах истории о нем или только в Харроу-Лейке? Я скучаю по Google.)
3. В фильмах Нолана никогда не было монстров. Он говорит, что для нагнетания страха не нужны чудовища.
4. Моя мама верила в монстров. По крайней мере, я так думаю. Но много ли я знаю о своей матери на самом деле?