Старик оглянулся на духа, подумав, что женщина произнесла приглашение, сказав его на том странном языке, на котором иногда разговаривала сама с собой. Но, видимо, это было не приглашение, потому что дух по-прежнему стоял в дверях, глядя на женщину грустными глазами.
Мейгри повернулась спиной к духу.
- Нет-нет! - хрипло вскрикнул старик в замешательстве.
Никогда еще он не сталкивался с духом и, видит Бог, не собирался упустить этого случая.
- Входи, уважаемый дух, - сказал он, пододвигая к нему ногой свою циновку. - Я не хозяин этого дома, - он укоризненно посмотрел на Мейгри, - но зато самый старый человек в этом поселке, - при этих словах он гордо вскинул голову, - а потому приглашаю тебя быть нашим гостем.
Дух с некоторым удивлением переводил взгляд с Мейгри на старика.
- Не знаю, - сказала Мейгри беспомощным тоном. - Не знаю, как и почему он видит тебя, Платус, разве только тому, кто послал тебя, нужен свидетель.
- Он не нуждается в свидетеле, сестра, - сказал Платус мягким голосом, который Мейгри так хорошо помнила, хотя уже семнадцать лет не слышала. - Он все видит, все знает. И все прощает, в чем я убедился.
Старик не понимал, о чем идет речь, потому что дух и Мейгри говорили на незнакомом ему языке, но видел, что дух все еще стоит на пороге хижины, а потому снова ткнул пальцем Мейгри.
- Входи, - сказала она уныло, сделав рукой несмелый и безнадежный жест.
В облике ее сквозило отчаяние. Она прижала кулак, в котором сжимала мешочек с зельем, к губам, но это не помогло, и она разрыдалась.
Дух вошел в хижину и приблизился к женщине. Обняв ее руками, он пытался успокоить Мейгри, но объятия мертвых не приносят утешения живым.
«Должно быть, этот дух из новеньких», - подумал старик, не догадываясь, насколько он прав.
Присмотревшись к духу, старик понял, что это родственник женщины: те же стройность и изящество в фигуре, те же светлые волосы, схожесть в чертах лица, словно вылепленных по одному образцу, только у духа они резче, чем у женщины. Значит, их встреча - дело семейное. Старик понял, что должен уйти. Но перед уходом решил высказать, что было у него на уме.
- Как мне кажется, ты пришел от предков, дух, - сказал он. - Возможно, они послали тебя сопроводить родственницу к праотцам на вечный покой. Надеюсь, она не заставит тебя долго ждать. - Старик бросил многозначительный взгляд на мешочек, который Мейгри держала в руке. - Скажи предкам, что им нет надобности приходить сюда. Похороны будут пышными и долгими. - Последние слова он повторил несколько раз, кланяясь и отступая к выходу из хижины. И наконец ушел.
Наступил вечер, в хижину повеяло воздухом, напоенным запахами тропических растений. Именно нежное дуновение ветерка почувствовала Мейгри плечами, а не прикосновение рук духа. Казалось, пальцы рук духа держат не плечи ее, а душу. Подняв голову и отстранившись, она горделиво смотрела в пространство хижины, смахивая ресницами слезы.
- Рада видеть тебя, Платус. Как ты поживал все это время?
Слова сами собой слетали с губ, но, осознав их значение, она истерично хихикнула, а затем разразилась рыданиями. Боже! Что за глупые вопросы приходят на ум!
- Извини, я хотела спросить, где… где ты жил? Что ты… что ты делал?.. - заикаясь, уточнила она и, вытирая рукой все еще влажные от слез глаза, шмыгнула носом.
- Ты ничуть не изменилась. Все такая же, как в детстве, - сказал Платус, с любовью и нежностью глядя на нее. - По-прежнему не пользуешься носовым платком. Как звали того старосту, с которым ты дружила и который всегда носил в форменном кармане запасной платочек для тебя?
- Не надо, брат, не начинай, - прошептала Мейгри, опустив глаза. - Я не вынесу. Не сейчас, пожалуйста…
- Тогда отвечу на твой вопрос. Я жил на планете Сирак-7. Ставрос, Данха и я выбрали эту планету, потому что она находится на главном торговом пути, имеет хорошие каналы связи и большая часть ее территории не заселена. Мне было легко затеряться на такой планете… Вместе с ним, - добавил он шепотом. - Дахна и Ставрос покинули меня и устроились каждый по-своему. Надеюсь, ты знаешь, что случилось?
Мейгри безрадостно взглянула на него.
- Я знаю о Ставросе, - сказала она сдавленным голосом. - Но… Дахна тоже?
- Пять лет назад. Остальные еще раньше. Саган выслеживал их одного за другим, а поймав, заставлял предавать своих товарищей. И конец неумолимо наступил.
- И ко мне он придет. Я приняла решение.
- Неправильное решение. И ты это знаешь, Мейгри. Семнадцать лет назад ты боролась за свою жизнь…
- Разве? - спросила она, повернувшись к нему лицом, и настойчиво повторила: - Разве? Или это я предала всех? Предала ли я своего короля семнадцать лет назад?
- Мейгри, - Платус казался сконфуженным, - я не понимаю! Что ты имеешь в виду, говоря, что предала нас? Конечно же, ты не предавала! Ты возглавляла борьбу против Сагана!
- Может быть, все это было лишь частью его плана! Разве ты не понимаешь? Я должна была знать! - закричала Мейгри, теребя мешочек с зельем рукой. - Он должен был заранее обо всем сказать! Ведь он говорил мне абсолютно все! Я знала его как никто другой! Мы были мысленно неразрывны! Как могло случиться, что я не знала?