Травница (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

  глядя на него. - Что-то случилось?

  - Нет, должно быть, устал от дел, - отмахнулся Тома и улыбнулся. - Где же ваш прелестный котёнок?

  - Что-то его не видно; должно быть, этот негодник опять что-то натворил и теперь прячется в спальне. Солныш! - позвала котёнка Тильда. - Солныш, негодник, иди к нам!

  Котёнок нехотя показался из коридора; он ступал медленно, лапки его были испачканы в молоке.

  - Вы посмотрите только на него, Тома, он опять разлил молоко! Как тебе не стыдно, - обратилась она к котёнку, - маленький негодяй! Не давайте ему сладостей сегодня, Тома, он их не заслужил, - Тильда погрозила котёнку пальцем.

  Солныш покорно опустил мордочку, будто признавая свою вину, и жалобно мяукнул.

  - Ну хорошо, только сейчас помоем тебе лапки и приберём на полу; будем считать, что на этот раз ты прощён, - Тильда бережно подняла котёнка с пола и поцеловала его хорошенькую мордочку.

  Котёнок блаженно зажмурился. Тильда отнесла его в ванную. За обедом он вёл себя тише обычного, но Тома не давался и всё время порывался его царапнуть. Тильда снова ласково пожурила его, а котёнок только тёрся мордочкой об её руки. Послеобеденное время они провели в разговоре; Солныш смотрел на Тома недовольно. Тильда была права; котёнок действительно недолюбливал гостя, хотя ни одной весомой для того причины она так и не нашла. Тома всегда был обходителен с её питомцем, щедро угощал его всякими сладостями, но Солныш даже сладости принимал с подозрением. Сначала Тильда думала, что котёнок, будучи её хранителем, чует что-то нехорошее, но потом убедилась, что это было его сугубо личное, предвзятое отношение - на её взгляд, совершенно необоснованное. Тома, в свою очередь, никогда не обижался, со смехом наблюдая за выпадами Солныша, отчего тот свирепел ещё сильнее.

  Тома ушёл в начале пятого, и с его уходом выходной Тильды закончился; она принялась за работу. Работала Тильда в небольшой, светлой комнате, попасть в которую можно было через потайную дверцу из гостиной. Комната эта была основным её пристанищем; здесь Тильда проводила долгие часы в выполнении заказов. Здесь она варила целебные снадобья в маленьких, коричневых котелках на одной ножке; поговаривали, что котелки эти сами имели целебные свойства и даже нашёптывали хозяйке рецепты и наговоры. Привороты, которые Тильда делала нехотя и редко, готовились в большом посеребрённом котле, который обычно был накрыт плотной тканью. На столе, в старинных, украшенных многочисленными узорами подсвечниках, стояло несколько свечей; некоторые снадобья Тильда варила ночью. На полочках лежали серебряные подвески, обереги, приносящие удачу их владельцам, засушенные насекомые, ягоды, травы из лавки, травы, собранные самой Тильдой, старинные книги с рецептами и заклинаниями. Здесь не бывал никто, кроме самой Тильды и Солныша, который обычно наблюдал за её работой, уютно устроившись в уголке; как бы ни были настойчивы любопытные посетители, мечтающие увидеть её обитель, вход туда был им строжайше воспрещён.

  Заказов было много, но Тильда рассчитывала управиться с ними до вечера, а потом пойти погулять на ратушную площадь; она гуляла там с Солнышем почти каждый вечер, надеясь встретить Альберта, но тот не показывался - видимо, был занят в лавке. Тильда вздохнула. В последнее время Альберт стал занимать все её мысли, и даже любимая работа не могла её отвлечь. Тильда корила себя за ложь; она ведь обманывала Тома даже тем, что будто бы с радостью принимала его у себя. Да, Тильда не любила его - и мало ли было таких, как она; женщин, которые притворялись и обманывали мужчин? В конце концов, насильно мил не будешь, и Тильда хорошо это понимала - не только по отношению к Тома, но и по отношению к самой себе. Ведь Альберт не мог её полюбить, как не мог ни один благоразумный молодой человек; мало того, среди его друзей были хорошенькие девушки.

  - Посуди сам, Солныш, - обратилась Тильда к котёнку, который уже успел устроиться в своём любимом местечке и оттуда наблюдал, как она нарезает ингредиенты и кидает их в котелок. - Тома - хороший, порядочный человек, и я чувствую (ведь ты знаешь, чутьё никогда меня не подводит), что скоро он сделает мне предложение, - на эти её слова котелок отозвался громким шипением, и Солныш вздрогнул. - Как ты считаешь, мой дорогой, что я должна буду ему ответить? Ведь я мучаю бедного Тома уже год, будто не понимая цели его постоянных визитов. Это бесчестно! - она покачала головой. - Я знаю, ты ничего не можешь мне посоветовать, но, поверь мне, я в отчаянии.

  Котёнок выбрался из своего убежища, и Тильда, прерывая своё занятие, взяла его на руки.

  - Ты же знаешь, мой дорогой, - продолжала она, нежно поглаживая котёнка, - я не люблю Тома. Если бы Альберт посмотрел на меня хотя бы раз, если бы он дал мне хотя бы крохотную надежду, я бы сказала Тома правду. Я бы отказала ему, - она снова тяжело вздохнула.

  Котёнок лежал, не двигаясь, не реагируя на её слова.

  - Как мне сегодня было тяжело, Солныш, стоять перед ним в лавке, вести небрежный светский разговор и притворяться, что мне до него нет никакого дела, когда единственное, чего мне хотелось - это поцеловать его! Он не ведает, этот марципановый мальчик, что я даже брать травы стала меньшими порциями, только чтобы появился предлог чаще заглядывать к нему в лавку.

  Солныш странно пискнул и спрыгнул с колен Тильды.

  - Утомила я тебя, видно, своими горестями, - сказала она с грустной улыбкой, - пойдём на площадь, может быть, после прогулки мне станет легче. Заказы подождут до утра, все равно никакого проку не выйдет, если я займусь ими сегодня. Ты подожди меня в гостиной, хорошо? Я схожу за шалью.

  Котёнок мяукнул, то ли соглашаясь, то ли желая ей что-то сказать. Когда она вернулась, в гостиной его не было.

  - Солныш! - позвала его Тильда.

  Ответа не было.

  - Солныш, неужели ты обиделся? Если это из-за Томы, то я откажу ему, так и быть; я ведь знаю, тебе он совсем не нравится. Солныш, иди сюда, дорогой! Не капризничай!

  Никто не откликался. Тильда зашла в свою рабочую комнатку, но и там никого не нашла. Солныш и раньше, бывало, вёл себя странно, всё-таки он не был обычным котёнком, но из дома не убегал никогда; Тильда знала, что, несмотря на все мелкие пакости и капризы, которые он себе позволял, Солныш любил её не меньше, чем она его. И теперь Тильда серьёзно забеспокоилась. Солныш был совсем ручной, домашний, она никогда не отпускала его одного на улицу - мало ли, что с ним могло случиться! Скорее всего, он действительно убежал, обидевшись на неё или решив устроить очередную пакость, с него станется. Тильда вышла на улицу и направилась на ратушную площадь; котёнок мог убежать туда, ведь они часто там бывали. На полпути к площади она вдруг увидела Альберта, будто шедшего ей навстречу. Несмотря на свою обычную щепетильность, он был одет небрежно, будто собирался в спешке. Подойдя ближе, она заметила, что он необыкновенно взволнован.

  - Добрый вечер, Альберт, - поздоровалась с ним Тильда. - Скажите, вы случайно не видели здесь рыжего котёнка? Мой Солныш совсем отбился от рук и, видимо, решил сбежать из дома.

  - Нет, госпожа, - ответил ей Альберт, заметно нервничая. - Мне очень нужно с вами поговорить, вы не могли бы уделить мне немного времени?

  Вот как, значит. Когда она мучается, желает с ним встречи, он пропадает вечерами в лавке, а как у неё другая забота, так вот он, на блюдечке с голубой каёмочкой!

  - Я надеюсь, вы будете кратки, - сказала Тильда и улыбнулась, пытаясь сгладить жесткость своих слов. - Попрошу меня извинить; мне действительно очень страшно за моего Солныша. Что он ещё может натворить, это несносное существо!

  - Конечно, я не задержу вас, госпожа. Мы можем поговорить не здесь? - спросил Альберт.

  - Можем пройти ко мне, здесь ближе, чем до вашей лавки. Почему вы так нервничаете?

  - Пустое, - Альберт улыбнулся, но в его глазах читалось волнение.

  Они зашли в дом и направились в гостиную; там Тильда обычно принимала своих посетителей.