Одри подергала дверную ручку. Снова заперто. Ха, небольшая проверка. Она приложила ладонь к замочной скважине, и дверь щелкнула. Одри открыла дверь, вытерла ноги о маленький коврик и вошла внутрь. Гном сидел в своем кресле. Его густые брови нахмурились, когда она приблизилась. Одри села напротив него, сунула руку в сумку и вытащила бутылку пива «Эльсмит Спидвей Стаут». Она поставила бутылку на стол.
— Спасибо, что кормил Линг, пока меня не было.
— Без проблем. Все, что ей было нужно — это плошка кошачьего корма. — Гном пожал своими огромными плечами. — Этот маленький зверек ненавидит меня, ты же знаешь.
— Нет, она просто устала. Ей по жизни пришлось несладко, — сказала Одри.
— А нам всем разве не так? — Гном взял бутылку за горлышко и повертел ее так и этак. — Ну и талант же у тебя.
— Это очень кстати. — К чему он клонит? Если бы в конце этого разговора ей предложили работу, она бы наотрез отказалась.
— Твой талант как-то связан с тем срочным делом из-за которого ты все оставила?
Одри кивнула.
— Я думал, ты получила легальную работу в Сломанном.
— Так и есть. Это было единоразово. Специально для семьи.
— Для семьи значит. — Гном хрипло фыркнул. — Я знал твоего отца.
— Он упоминал о тебе.
Гном изучал пивную бутылку.
— И что же он сказал?
— Это было несколько лет назад. Он сказал, что ты знаешь почти все, что нужно знать о бизнесе на этом побережье. Ты ему не очень нравишься. Он считает, что тебя трудно обмануть.
— Ну, мне он тоже не очень нравится. — Гном поморщился. — Видишь все это вокруг себя? — Он указал на полки взмахом руки. — Это все больше ста лет правильных решений.
Ее это не удивило. Гном выглядел лет на шестьдесят, но многие Эджеры жили долго. О паре столетий не могло быть и речи, потому что Гном слишком хорошо знал тихоокеанскую Грань, чтобы заниматься этим делом всего несколько лет назад.
— Я торговался за каждую вещь здесь, и я знаю, что могу продать ее с прибылью. Вон те батарейки обошлись мне в девять долларов девяносто восемь центов. Я продаю их по три доллара за штуку. Получите пятьдесят долларов и два цента прибыли. Я не заставляю глупых людей платить три доллара за батарею типа АА. Я просто предоставляю им такую возможность, и они покупают ее, потому что либо им лень проехать пять миль до магазина, либо у них нет бензина, либо у них нет денег, но им есть чем торговаться. Почему я должен брать меньше, если они не могут одновременно заработать достаточно, чтобы прокормить своих детей и купить бензин? Это бизнес. Вы строите его понемногу, и вы держитесь за то, что у вас есть. Твой отец никак не может в это вникнуть. Ему всегда нужны большие деньги, а когда он их получает, то все теряет, потому что он слишком глуп, чтобы идти в ногу со временем. Он заполучил тебя с твоим даром, и у него до сих пор нет ни гроша в кармане.
— Тут я с тобой спорить не стану. — Детство в семье Каллахан было то пиром, то голодом. Сегодня бифштекс, а завтра макароны с воображаемым сыром.
Гном наклонился вперед, тыча пальцем в стол.
— Я не занимаюсь тем, что даю советы. Я занимаюсь тем, что зарабатываю деньги. Так что слушай меня внимательно, потому что это единственный раз, когда я это скажу. Ты славная девушка. Немного таких осталось. Ты вымирающий вид. Беда твоего отца, что он эгоистичный мудак, и его песенка спета, но он не собирается меняться ни для кого. — Гном сделал режущее движение рукой. — Он втянет тебя в неприятности и сбежит при первой возможности. У тебя здесь все хорошо: у тебя есть дом, хорошая работа, и ты сама себе хозяйка. Не позволяй ему все испортить.
Одри встала.
— Не позволю, это было в последний раз.
— Все так говорят.
Она улыбнулась ему.
— Да, но я говорю серьезно. Я никогда больше не буду работать на Симуса Каллахана.
— Ты об этом позаботишься.
О, пренепременно. Она определенно так и сделает. Если кто-нибудь из Каллаханов снова появится на ее лужайке, она встретит их с винтовкой в руках. Если она проявит милосердие, они получат предупредительный выстрел, но шансы на это были невелики.
ГЛАВА ВТОРАЯ
ДЖЕК убрал нож в ножны, повесил зайца на палку и перекинул через плечо. Мясо не должно было касаться его школьной формы, иначе это сделает убийство грязным.