– У меня, кажется, есть, – Захар вытащил из верхнего кармана три копейки и передал монету Вальтеру.
Сорин давил на газ, машина спешила за город, время для них было драгоценным, и с каждой секундой оно теряло свою ценность.
– К какому табору-то ехать, Вальтер, их за городом целых пять!
– А ты сам-то как думаешь? – спросил Михаил своего бывшего коллегу.
– К тому, который возле деревьев расположился, – ответил за Сорина Захар.
– Верно, малой, быстро учишься, – Вальтер подмигнул Пташке.
Машину встречал сам барон, невысокий человек с густой рыжей бородой, одетый в черный костюм, который ещё вчера носил покойник.
– Землёй пахнет, – заметил Вальтер.
– Так только сегодня утром вырыли, свежий ещё, – барон демонстративно смахнул с пиджака крупицы земли.
– Я вам долг принёс, – Вальтер вытащил из кармана брюк монету.
– Мы долги всем прощаем.
– А что же тогда Лариса Павловна сохнет?
– Не знаю, кто такая ваша Лариса Павловна.
– Ах не знаешь, сейчас я тебе подскажу, – Сорин вытащил из кобуры наган, и троицу тут же окружил весь цыганский табор.
– Компромисс всегда найти можно, – Сорин убрал наган назад в кобуру.
– А ну тащи сюда Джанко! – крикнул барон одной из своих младших жен, та тут же забежала в дом на колесах и вывела за ухо маленького сорванца.
– Ты что же, хочешь, чтобы весь наш табор расстреляли? – плакал барон, беря в руки кожаную плётку.
– Она сына барона прохвостом назвала! – выкрикнул малец.
– Если ты заклятие Ламия используешь, то и не сын ты мне вовсе, – возразил барон.
– Держи свои три копейки, – Вальтер отдал оборванцу деньги и направился к машине, за ним пошли товарищи.
– И это всё? – спросил Сорин.
– А что ты хотел, чтобы земля разверзлась и из ада вылез крылатый демон, который бы начал парить над нами и извергать из своей пасти огонь? – усмехнувшись, Вальтер сел в автомобиль.
Машина не спеша ехала к подземной тюрьме, служившей пристанищем немца на протяжении последних пяти лет. Вальтер открыл окно, вдыхая уличный воздух.
– Это заклинание доступно только тем, кто возле деревьев живет, верно, Михаил Самуилович? – наконец-то догадался Сорин.
– Верно, Антон, верно, – закрыв окно, Вальтер обратился к Птахе: – А ты еще совсем малым был, когда к нам пришел в отдел работать, помнишь?
– Малым, но зато смышленым! – радостно ответил Захар.
– Меня не выпустят. Эта вылазка для меня – глоток свежего воздуха перед смертью, – с горечью произнес Вальтер.
– После того, что ты для него сделал…Нарком поговорит с верховным, вот увидишь, все образуется, – пытался воодушевить своего товарища Сорин.
– Пять лет не говорил, а тут решится, ерунда это все, Антон Тимофеевич. Я там больше года не продержусь, и то, что я узнал в Аненербе, умрёт вместе со мной, в этой самой темнице.
Ирина чихнула, по капищу пронеслось эхо, Борис вздрогнул.