Территория милосердия (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

   - Что, кончилась нефть - кончилось рыцарство?!

   Последнее выражение, популярное на Ближнем Востоке, применялось, в зависимости от ситуации, в разном контексте. В ментотрансляторных клубах, куда и сам Тош захаживал в юности, это означало, что денег на счету нет, и пора уходить. Он прозрачно намекал Янеку на то, что его возможности слишком скромные.

   - Вроде того...

   - Почему же кончилось? Был бы дизельрыцарь, а дама найдётся! Моя Хиба - уже взрослая, только и говорит мне, что ей нужен хороший парень. Парень, который, если что, смог бы её защитить - что скажешь?

   По реакции Янека, которую мальчик даже не пытался скрыть, Тош понял, что предложение ему не понравилось. Янек замялся, подбирая слова:

   - Она гуляет с арабами. Мама говорит, что Хиба не будет роткрейцером.

   - Кто сказал, что не будет? - удивился Тош. Как ему было отлично известно, подобные "обещания" не стоят ничего, а в ответ можно требовать что угодно. - Да подвинуть этих сарацин нужно, чтоб твоей даме сердца не досаждали!

   Янек молча кусал губы; видимо, он считал подобный исход нереальным. Тош почувствовал, что осталось совсем чуть-чуть.

   - Это мы здесь всё решаем, Янек! - он подошёл вплотную и положил мальчику руку на плечо, чтобы тот почувствовал его силу. Янек чуть вздрогнул, но тут же выдавил из себя покорную улыбку, которая почти сразу же приобрела вполне бравый вид.

   - Поговоришь завтра с Хибой, а если эти, недолеченные, будут возникать - скажешь мне. Воспитаем их чуть-чуть - если надо, то и дезинфекцию с огнемётами проведём.

   Янек снова улыбнулся - видимо, надеясь, что ему не лгут, но явно подозревая подвох. Чтобы поставить убедительную точку в разговоре, Тош снова хлопнул мальчика по плечу и, развернувшись, ушёл.

  7

   Хиба виделась с Умаром всё чаще. Сперва они встречались вместе с остальными, но постепенно парочка стала отделяться, уединяясь то в одном укромном уголке, то в другом. Хибу никогда раньше не влекло к мужчине, и всё было для неё новым - и сладостное ожидание встречи, и замирание сердца, и прикосновение его горячих рук, и запах мужского тела.

   - Хочешь увидеть, как живут за городом? - спросил он однажды.

   Хиба неоднократно видела пригородные трущобы по голографическому каналу и в ментотрансляторном клубе. Видела, как миссии Красного Креста под вооружённой охраной посещают эти районы, заселённые "лицами из группы риска", и разбрасывают им упаковки с пищей прямо с грузовиков. Несмотря на такую заботу, эпидемии, одна ужасней другой, включая и психические, то и дело вспыхивали в обширном пригороде, заселённом, как говорил Тош, "паразитами". Сам вид трущоб внушал отвращение: груды отходов источали зловоние, громоздясь прямо на "улицах", а проститутки то тут, то там предлагали себя прохожим за пару крейцмарок.

   - Наверное, нет, - ответила Хиба чуть дрогнувшим голосом.

   - А я там живу, - ответил Умар с вызовом. - Ну что, пойдёшь сдашь меня?

   У Хибы от такой новости перехватило дыхание. Умар живёт в пригороде? В это не верилось. Неоднократные утверждения в том, что преодолеть санитарную зону, отделявшую трущобы от Багдада, невозможно, убедили её в том, что это - правда. Умар действительно не жил в их квартале, а на все расспросы отвечал, что его дом находится "там", и махал рукой в неопределённом направлении. Девочки знавшие Умара уже давно, особенно Назик и Фатиха, смеялись и говорили, что он живёт на западном берегу, а потом непринуждённо меняли тему разговора. Теперь все эти недомолвки и перешёптывания, эти заговорщицкие взгляды - всё получало своё объяснение и причину. Умар был исламистом, это он дал Фатихе ту листовку с молитвой! При мысли о том, что Фатиха получила взамен, сердце Хибы учащённо забилось.

   - Но как? - разум её сопротивлялся, она искала любые отговорки, лишь бы не верить в такое. - Там сенсоры, датчики, минные поля, дроны...

   Умар рассмеялся.

   - Это для дураков.

   Она расспрашивала своего возлюбленного ещё битый час, пока Умар, наконец, не сдался и не сказал, что он не один такой. Каждый день тысячи жителей пригорода проникали в Багдад, несмотря на все запреты и строжайшие меры безопасности. Однако ответа на главный вопрос - "как" - Хиба так и не получила. Умар только намекнул на то, что их присутствие выгодно властям, включая и роткрейцеров, поэтому на многие вещи смотрят сквозь пальцы.

   В тот день он угостил её анашой. Раскурив сигаретку, набрав в лёгкие как можно больше дыма и поцеловав Хибу, Умар выдохнул всё ей в рот. От первого вдоха она закашлялась, но Умар крепко обхватил её за шею, не отпуская. Почувствовав слабость, вернее, приятную лёгкость в движениях, Хиба попросила ещё. И Умар вновь поцеловал её, позволив надышаться тяжёлым дымом анаши. О, что это был за поцелуй! Черты лица любимого расплывались, словно мираж; она, поддавшись, начала раздеваться, отвечая на его ласки со всем пылом, на который была способна. Тот вечер был самым долгим и прекрасным в её жизни.

  8

   Янек Дворак никогда не нравился Хибе. Молчаливый, нередко становившийся мишенью для издевок со стороны одноклассников, он был полной противоположностью Умару. Теперь, когда она стала женщиной Умара, и втайне мечтала о том, чтобы стать женой, Янек стал вызывать омерзение. Однако когда Герхард настоял на том, чтобы она начала встречаться с Янеком, Хиба была вынуждена согласиться. Первая совместная прогулка была просто невыносимой; рассказы о Войнах за нефть, дизельрыцарстве и Бароне Фишере, которые сбивчиво излагал уступавший ей в росте на голову Янек, были совершенно детскими и глупыми. Наконец, пообещав подумать над предложением сходить вместе на ментотрансляторный боевик, Хиба позволила Янеку провести себя до порога, и, сдержанно пожав на прощание руку - грех, по меркам ислама, и она молила Аллаха о том, чтобы никто из подружек сейчас не видел её, - распрощалась. В последующие дни она избегала встреч с Янеком в школе, в то время как на улице подруги почему-то стали сторониться её, а Умар и вовсе не отвечал на звонки. Девушки отказывались говорить о нём, пока Назик, едва сдерживая гнев, не объяснила, в чём причина.

   - Если ты собираешься жить по законам шариата, - начала она и, дождавшись утвердительного кивка, продолжила, - то должна знать!..

   - Что именно? В чём дело? - Хиба едва смогла произнести эти слова, совершенно подавленная.

   - Это как не знать самого простого, самого оче-вид-но-го! - возмущённо развела руками Назик. Её круглое, полное лицо превратилось в маску ненависти, и до этого едва скрываемой. - Мужчина может иметь четырёх жён, но женщина двух мужчин иметь не может!

   Потрясённая Хиба молчала, не способная сказать хоть что-то в ответ. Ей было известно о том, что шариат раньше позволял мужчинам заводить нескольких жён - пока роткрейцеры не отменили эти законы, - и помнила, как остальные девушки порой спорили о том, которая из них могла бы стать старшей женой, если бы они жили по шариату.

   - Умар не отвечал, поэтому я не могла спросить у него, а Герхард...