Обними меня на рассвете: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Хватит.

Отбросив в сторону сожаление и слезы, она откинула голову назад и встретила осуждающий взгляд Лукана.

— Решать не тебе.

Он тут же стиснул зубы. Его пальцы пробежались по темным волосам. Голубые глаза могли выглядеть такими нежными. Теперь они пылали яростью и осуждением.

— Ты права, не мне. И как бы я ни ненавидел Шока, я его знаю. Он ни за что не позволит тебе драться с нами.

Это и не его дело тоже. Анка держала эту мысль при себе. Последнее, что она хотела обсуждать со своей бывшей парой, так это ее нынешнего любовника. По крайней мере, Шок был ее любовником, когда был трезв. В последнее время такого не было. Все чаще и чаще Шок хватался за бутылку и погружался на ее дно. Анка не пыталась его остановить.

Лукану было бы наплевать на ее личную драму с Шоком. Единственное, что имело для него значение, — это то, что она не вернулась домой после побега от Матиаса и его пыток. На самом деле, Лукан, вероятно, думал, что она умышленно предала его, делая все возможное, чтобы насыпать соль на рану, убежав с Шоком. И неважно, что разрыв супружеской связи на несколько недель уничтожил ее воспоминания о Лукане. Неважно, что она была едва жива и инстинктивно искала безопасное убежище на случай, если Матиас снова начнет охотиться на нее. Когда она впервые добралась до Шока, у нее было опасно мало жизненной энергии. И он был более чем счастлив разделить с ней жаркий обмен частым, грубым сексом, чтобы восстановить ее магию и сохранить ей жизнь — по крайней мере, на первых порах. Ее бывшая пара не знал и не заботился о том, что уже несколько недель Шок касался ее только для краткого обмена энергией, или что, по большей части, Анка не возражала.

Лукана волновало только то, что она предала его. И как бы сильно ей ни хотелось ругаться, она все прекрасно понимала. На его месте она бы почувствовала, как ее пронзают ножом в самое сердце. Тем не менее, она скажет Лукану прямо сейчас, что все еще любит его и всегда будет любить — если хоть на секунду поймет, что между ними не слишком много воды утекло или что ему не наплевать.

— Мнение Шока по этому поводу не должно тебя волновать, — мягко ответила она.

— Я предложила использовать мою палочку для войска, которое отчаянно превосходит Братство численностью. Если ты так против, чтобы я присоединилась, поговори с Брэмом.

На его челюсти дрогнул мускул.

— В ту же секунду, как Сабэль сообщила мне эту новость, это вошло в мои планы.

Анка сжала губы, чтобы сдержать проклятие. Конечно, ее старый друг и сестра Брэма раскроют тайну. Сабэль беспокоилась о ней и все еще верила, что Лукан достаточно заботится о ней, чтобы не дать Анке навредить себе. В некотором смысле попытка Сабэль была милой, хотя и тщетной.

— Милости прошу.

Анка указала на простор зимней коричневой лужайки Брэма, где спящие розы покачивались от легкого ветерка. Массивный новый дом лидера Братьев Судного дня манил, плотники и каменщики вдалеке добавляли последние штрихи к структуре, построенной прямо на месте первоначального поместья, которое Матиас недавно разрушил.

— Ты не помешаешь мне убедить Брэма, что я могу быть полезной в борьбе.

Лукан нахмурился, словно она сошла с ума.

— После того, что Матиас сделал с тобой? Зачем? Ты все еще исцеляешься.

— Мне уже лучше, — возразила она.

— Это чушь собачья. У тебя усталый вид. Ты собираешься солгать и сказать мне, что тебе не снятся кошмары, Анка? Я знаю тебя…

Он всегда будет знать ее, и один неоспоримый факт заключался в том, что она часто испытывала стресс в своей жизни и разыгрывала его в ужасных деталях в своих снах. Лукан не сомневался, что ее мучают кошмары. Или что она избегала спать из-за них.

— Со мной все в порядке.

— Не в порядке, — прорычал он. — Это же очевидно. Почему ты думаешь, что сделаешь что-то большее, чем подвергнешь себя — и остальных из нас, пытающихся спасти тебя — еще большей опасности?

Это был справедливый вопрос, но она отказалась отступать.

— Я уже не та женщина, какой была когда-то.

Лукан сжал массивные кулаки.

— Ясно.

Он пытался сдержать гнев. Анка не раз наблюдала подобное поведение во время их спаривания. Она прикусила губу, чтобы сдержать горько-сладкую улыбку. Как же ей не хватало его лица и всех тех выражений, которые она так хорошо знала. Если Брэм не позволит ей присоединиться к Братьям Судного дня, увидит ли она их снова?

Отчаяние пронзило ее грудь тяжелой болью. Было бы неразумно предполагать, что она забудет столетие счастья всего за несколько месяцев. Даже трагедия и насилие не могли уничтожить любовь.

— Мне нужно идти.