— Если конкретней, то мы пытаемся дополнить сознание человека компьютерными программами, соединить виртуальный мир и реальный.
— О чем именно идёт речь?
— Мы хотим сделать солдатам интерфейс, встроенные карты, журнал задач… Кроме того, вы только представьте, в сознание можно будет загрузить любые навыки: от стрельбы из лука до управления крейсером! От знаний всех языков мира до единоборств и владения холодным оружием! «Мы хакнем мозг» — как говорит Николай.
Кречет с абсолютно непроницаемым лицом слушал доктора.
— На каком этапе эксперимент?
— На первом. Можно сказать, работа только началась. Мы погрузили сознания подопытных в виртуальную реальность. Эти люди… — Натан Семенович постучал пальцем по стеклу, — …сейчас живут в Скайриме — компьютерной игре. Когда их мозг достаточно адаптируется для виртуальной симуляции: откроет интерфейсы, карты и тому подобное, мы убьем ребят в виртуале и вернем их сознания в настоящие тела для дальнейшего изучения. По идее подключенные сохранят открытые интерфейсы и в нашей реальности…
— По идее? — Кречет перебил монолог доктора, — вы не уверены?
— Конечно, нет! Мы затрагиваем области, которые выходят далеко за пределы известной науки…
— Тогда вы идете вслепую, — безапелляционно заявил генерал-лейтенант, — а все, кто ходят вслепую, совершают ошибки. Я хочу знать о ваших.
Склифосовский нервно сглотнул. Вот он апогей этого паршивого дня. Вот к чему все шло.
— Ну… Товарищ генерал-лейтенант, в таких вещах не бывает правильно или не правильно. Это опыт, цифры и системные данные… Мы регулярно…
— Короче, Склифосовский, — отрезал Кречет. — Что. Пошло. Не так.
Доктор снял очки, принялся нервно протирать стекла полой халата, а Кречет с мрачным удовлетворением наблюдал, как по виску ученого стекает еле заметная капелька пота.
— Будь по вашему. Мы отправили две смешанных группы людей в виртуал. Мужчины и женщины, тренированные солдаты и геймеры — разницы никакой, все при загрузке в виртуал получали полную амнезию и при этом никаких результатов! Ни интерфейсов, ни виртуальных карт! Некоторые из подключенных, умирая в игре, умирали на самом деле уже здесь, в реале. Доктор Витальева списывала это на психосоматику — игроки поверили, что пришла настоящая смерть, и их организм просто перестал работать…
Кречет поднял бровь, давая знак, что ждет продолжения:
— Что ещё?
— Вам этого мало? Эксперимент оказался ни таким безопасным, ни… — доктор продолжал разглагольствовать, но его бегающие глазки говорили больше, чем он сам. Кречет нутром чувствовал, что есть что-то еще.
Он задумчиво покосился на ряды коек с прикрытыми неподвижными телами. То, что генерал-лейтенант сегодня увидел и услышал в корне меняло его отношение ко всему проекту. Если на бумаге все выглядело, как роман фантаста, то здесь Кречет сам оказался героем книги. Эксперименты с сознанием; люди, попавшие в игры — все это казалось таким… Таким… Кречет не мог подобрать слова — его взгляд привлекла стоящая в стороне от остальных медицинская каталка, на которой лежало женское тело, судя по приятных глазу изгибам.
— Почему этот объект стоит отдельно?
— Что? Нет, никакого выделения от остальных, просто кто-то случайно сдвинул каталку… — Натан Семенович картинно всплеснул руками, всем своим видом изображая оскорбленное достоинство.
— А вместе с ней и остальные приборы? Доктор, вы что-то темните.
— Совсем нет, в положении объекта нет ничего такого, что могло бы…
— Натан С-семенович… — голос Кречета опять опустился до свистящего шепота, и доктор сдался.
— Эм… Видите ли… Это наш незапланированный подопытный.
— Что значит «незапланированный»? Посторонний?!
— Нет, что вы, — вздрогнул доктор Склифосовский, — это наша коллега, точнее наш научный руководитель психиатрического подразделения… доктор Витальева. Она (как бы это сказать), отправилась в самоволку, чтобы помочь подопытным восстановить память и разблокировать заложенные интерфейсы.
— Отправилась в самоволку?! У вас тут вообще никакого порядка?! Что за бардак! — Кречет округлил глаза от неслыханной безалаберности.
— Мы просто еще не успели доложить об этом, но с научной точки зрения — это обоснованный риск. Кроме того, попробовал бы кто-то ей возразить… — хмуро пробубнил Натан Семенович. — Как бы то ни было, она в симуляции, и достать ее сейчас из виртуала никак не получится — адаптация мозга, и все такое…
— Черт бы побрал этот цирк! Делают, что хотят, ходят в самоволки… С чего она вообще решила, что подходит для этой миссии?
— Ну… Доктор Витальева умеет мыслить нестандартно, так скажем. Она имеет две ученых степени: в области психиатрии и IT, и это она подала главную идею рассматривать человеческую психику, как гибкий, но логически структурированный программный код. А еще она умеет шантажировать, мда… — Натан Семенович о чем-то задумался. — В общем, кому, как не психиатру-теоретику заниматься виртуалом и мозгами?