— Я согласен. — Кивнул немного успокоившийся Хрорек.
— Все! — Оскалился Железноногий. — Мы договорились, можем идти, пока горцы все наши земли не пожгли?!.
Весь отряд стал издерганным и сильно замедлился, ибо в каждом шуршании ветки или травы чудились враги. Вскоре они вышли на протоптанную земляную дорогу и впереди за очередным поворотом раздался характерны для коней тпот.
— Горцы! — Вскрикнул Хрорек.
Воины в полной неразберихе начали строиться, снимая щиты, выставляя вперед копья. Почти вся пехота в одночасье оказалась между деревьев, коням развернуться было негде. Всадники Хрорека отошли под защиту копий ополченцев. Дунланг и люди Железнобокого стояли, обножив клинки, готовые беспорядочно кинуться в атаку. Воган наложил стрелу на тетиву. Дунланг поднял руку с мечом вверх.
— Стоять! — Рыкнул тан.
Всадников было маловато для горцев. Всего дюжина, в кольчужной броне и круглыми щитами на спине. Возглавлявший их воин, в круглом, с нащечниками и рогами, напоминающими бараньи, шлеме, вскинул вверх руку в кольчужной перчатке и ускорился.
— Стоять, — Взревел Дунланг — Этот с бараньей башкой мой зять.
— Тан! — Поклонился он перед Дунлангом.
— Йервек! Почему ты здесь?
— Горцы… — он замолчал на минуту, переводя дыхание. — Они напали утром. Всадники тана Лорна Речного разбиты, он отступил вниз по реке.
— А наши ребята?
— Привел сколько смог, полсотни копий! — Мы окопались у леса. Я сразу же пошел вам на встречу, чтобы предупредить- горцы заняли берег и холм.
— А железномордый?
— Он там.
— Сколько их?
— Сотни две, может больше. Конные и пешие. И с ними, друид.
По рядам северян пронесся шепот, пронизывающий все окружение страхом.
— Вперед! — Гаркнул Дунланг. — Встретим их!
Когда лес остался позади, а перед глазами открылась широкое поле, уходящее вниз к реке, Хаг смог разглядеть всю силу горцев. Словно стая волков они выли на возвышенности, приветствуя, словно стервятники, своих жертв.
Чем ближе ни приближались, чет отчетливее он мог разглядеть огромный строй из круглых и прямоугольных щитов, измазанных черным углем и смолой, на рисунках вырисовывалась птица — ворон. Горцы рычали, выли, стучали мечами, топорами по щитам. Их главарь в железной маске гарцевал с копьем наперевес на скакуне впереди стены щитов. Он поднял копье вверх и что-то прокричал, явно что-то адресованное Дунлангу.
— Они заняли выгодную позицию! Их не меньше трех сотен! — Тан Хререк выпучил глаза. — Надо отступать! Дунланг, не веди нас на смерть! Будь благоразумным!
— Ты предлагаешь не благоразумия, трусость! — Возразил тан.
Хотя, по его лицу отчетливо читалась тень сомнения в собственных словах. Казалось, что еще чуть-чуть и он прислушается к своему сопернику. И возможно бы так и получилось, если бы не посол горцев…
Одетый в черную меховую накидку, похожую издали на воронье оперенье, он, выставив ладонь с белой тряпкой, подъехал чуть ли не вплотную к Дунлангу.
— Тан Дунланг Железноногий! Мой вождь, первый среди равных страж вороньего престола, сын повелительницы ворон приглашает тебя и твоих людей отведать с ним кровь на это прекрасный холм. Если ты не струсишь, конечно же.
По лицу тана прочлось, что первым кого он попытается убить, будет именно этот выскочка.
— …ну а если ты боишься за свою задницу, — посол оскалился — то мой вождь попросил тебе напомнить, что в его руках еще пятеро твоих людей. И они пока что живы. — Он сделал широкий взмах рукой в сторону своих. Всадники, что гарцевали перед строем щитоносцев, расступились, и перед глазами северян предстало пять крест-накрест сбитых бревен, с привязанными к ними разведчиками. — Приди и забери их, тан! А то друиду не терпится поднести их воронам!
— Передай этому цыпленку, и своей цыплячьей суке богини, что северяне обожают хорошо приготовленную курятину. — В лицо послу рассмеялся Дунланг.
Посол демонстративно сплюнул под копыта всадников и убрался обратно.