Академия Ребеллион: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Ну, рассказывай, руки не отвалились? — спросила Ева, пока Роб даже не успел занять свое место.

— Богини ничего не весят, — ляпнул Роб, а потом понял, что назвал Айку богиней не только в своих мыслях, густо залился краской и поспешил спрятаться за едой. Он только что собственноручно подкинул им ещё один повод поиздеваться, хотя был удивлен, что они не начали с главного. Ещё не знали про сцену в коридоре общежития?

— О, так теперь она еще и богиня? — в голос засмеялся Винсент. Нет, тут ничего смешного не было. Вообще, реально уже было видно, что Роберт бесповоротно влюбился. И тут нет ничего смешного — у парня были планы на будущее, у него были цели. А тут какая-то чужачка-вертихвостка (ну а как он мог еще её назвать?) ему всё порушила. "А если, — как и Генрих думал Винс, — эта сволочь еще просто играется с ним ради победы!.."

Кстати, о вертихвостках. Вот как раз и она с Риз пошли в столовую, весело над чем-то смеясь. Айка сразу увидела Роберта взглядом, улыбнулась ему, и они с подругой прошли на свои привычные места у самого входа.

— Нет, Роб, серьёзно! Кто в наше время так девушку называет? Богиня, — неприятно он его спародировал. Ох, неприятно… У Винса, кончено, была своя богиня… Самая-самая богиня! Но это слово… Больно оно… пёстрое и вульгарное. И думая об этом, он обнял Еву и, как бы уложив на свою грудь, смотрел на Роберта. Хотя с его стороны могло показаться, что друг над ним еще и издевается, показывая, что он-то может свою девушку обнять, а вот жрец — нет. — Да и вообще! Ты там собираешься уже вступать в клуб взрослых мальчиков или как?

Роберт аж подавился от такого вопроса, и Генри с сочувствием похлопал его по спине, пока он кашлял. Они правда ещё ничего не знали, и рассказывать он им не собирался, а то точно до первой пары не доживёт.

— Винс, ну хватит, дай человеку поесть спокойно, — в защиту Роба сказала Ева. Роберт даже успел вздохнуть с облегчением, что есть хоть кто-то на его стороне. Рано обрадовался. Она выбралась из объятий Винсента, чтобы самой доесть свой завтрак, но ей тоже было любопытно, поэтому она, придвинувшись ближе к столу, спросила: — А правда, у вас уже все идёт к этому?

— И ты туда же! — возмутился Роб, указывая вилкой на Еву, и в этот жест пытался вложить все свое осуждение. Они ведь от него не отстанут, если он им ничего не скажет, в этом он был уверен. Но рассказать им, что вчера у него был шанс, было выше его сил. Поэтому он просто промямлил, утыкаясь носом в тарелку: — Ну, мы даже не встречаемся. Я… Не знаю. И вообще, я тут жрецом стать собираюсь, мне нельзя думать о таких вещах!

Он одарил сердитым взглядом засмеявшихся друзей, а затем обернулся на Айку, будто бы хотел, чтобы и до нее дошли его слова. Они же учатся на жреческом! О каких отношениях может идти речь? Но стоило ему ее увидеть, как он вспомнил близость ее тела, и желание снова затмило весь здравый смысл. Он резко повернулся обратно. Робу хотелось просто умереть.

Айка в это время услышала не просто смех, а настоящий гогот со стороны столика Роберта. Она обернулась и увидела, как её бедный жрец получал по полной со стороны своих друзей. Это было видно по его красному лицу и то, как он держался. Ах, настоящий мышонок.

— Риз, тебе взять пампушку? — спросила Айка. Подруга лишь покачала головой, и Айка, встав, прошла к буфету.

Вот только… когда она проходила мимо бриллиантового столика со спины Роберта, вдруг остановилась, нагнулась, обнимая парня по-хозяйски, и, чмокнув в щечку, даже внимания не обратила на друзей. А вот слова свои произнесла особенно четко:

— Не обращай на них внимания, милый. Просто кому-то штаны яйца зажимают, вот человек и поёт с утра пораньше.

Бросив взгляд, один единственный, короткий, на теперь уже подавившегося Винсента, ибо они оба поняли, в чей огород был брошен этот камень. Вот уж чего, а от новенькой такой дерзости Винсент не ожидал, и еще долго провожал её гордую осанку, пока она шла к буфету.

Кто ж знал, что из такого милого ротика могли выноситься такие грязные слова! Стало ли ему от этого неприятно? Отчего же? Напротив, их поля ягода!

— А ты любишь богинь погрязнее, да? — усмехнулся Винсент, но трудно было не заметить, как он это сделал… скромнее.

— Она тебя уделала, — засмеялся Генрих. Вот уж не ожидал от принцессы таких слов. Хотя это не ее королевство, ей не обязательно налаживать связи с местной знатью.

— А она хороша, — усмехнулась Ева, тоже провожая взглядом спину Айки. — Приехала из ниоткуда, окрутила нашего Роберта, наверное, хочет выбиться в бриллианты.

«Ах, Ева, знала бы ты…» — мысленно ухмыльнулся Генрих, наблюдая за всеми с высоты своего положения.

К счастью, Роберт пропустил все мимо ушей, иначе обязательно возразил бы и выдал всю правду об Айке Мольтер, серийской принцессе. Касаясь своей ладонью щеки, где только что были губы Айки, он с открытым ртом провожал ее через всю столовую до буфета. Что эта девушка с ним делала…

— Эй, Роб, ты все ещё с нами? — Ева помахала рукой у него перед глазами. — Увижу ещё раз, что ты заказываешь глаза, когда мы с Винсом на людях обнимаемся, буду припоминать этот момент!

— А? Что? — очнулся он наконец-то.

— Все хорошо, Роберт, доедай свою яичницу, — подбодрил его Генрих и хлопнул по плечу, после чего вытер рот салфеткой, закончив со своим завтраком, и прошел за столик к Риз, без лишних слов садясь рядом.

— Ах, вы предатели, — буркнул Винсент и с обидой взглянул на Еву. — Не быть ей за нашим столом! И тебя, Роберт, это касается в первую очередь!

Ну ничего, Роберт не долго будет за своей новой каменной стеной. Дайте Винсу только за пределы столовой выйти, он много чего выскажет такого, чего Роб впервые услышит за всю свою жизнь.

— И, ктстиа, Роб, действительно! Еще раз закатишь глаза, получишь в нос. Я словами не отделаюсь. Ты уже не в том статусе, чтобы что-то про нашу любовь возникать!

Риз проводила Генриха с улыбкой и придвинулась к нему чуть ближе. В поседнее время и они оба стали не так часто видеться, но им везло больше, чем Еве и Винсенту. Хотя с другой стороны не так часто Генри садился к ней. Всё-таки у него была своя компания, у неё своя. Но не сказать, что кто-то этим был невдолен.

— Доброе утро, — поздоровалась она. — Как идёт подготовка?

— Привет, Генрих. — И Айка подоспела, садясь напротив подруги. В руках у неё был лишь стакан сока вместо утреннего чая. Это была её маленькая традиция: утром она пила только сок. Наверное, как и все в замках принцы и принцессы.

На приветствие Генрих ответил коротким кивком, а за стол к девчонкам подсел по делу. Он долго и испытующе смотрел на Айку, стараясь понять, что у нее в голове. Бедного Роберта было жалко, если это только игра с ее стороны, осколки разбитого сердца потом собирать им с Евой и Винсентом. Для Генри Роберт был одним из немногих хороших, а главное надёжных друзей.