Книги крови. Запретное: читать начало книги онлайн

Ну и дурак же ты, подумал Джером, и отпустил Веллеса.

Намерения Веллеса было легко угадать: он не мог поверить, что его мольбы услышаны. С каждым шагом ожидая удара, он пятился от Джерома, который просто повернулся к доктору спиной и вышел.

Снизу раздался крик, потом еще голоса. Полиция, подумал Веллес. Вероятно, они обнаружили тело полицейского, который караулил у двери. Через какое-то мгновение они будут здесь, наверху. У него не осталось времени, чтобы закончить то, что он запланировал. Нужно убираться прочь, прежде чем они появятся здесь.

На первом этаже Карнеги смотрел, как вооруженные полицейские поднимаются по лестнице. В воздухе ощущался запах гари, и он опасался худшего.

Я – человек, который всегда приходит, когда уже все свершилось. Я выхожу на сцену, когда действие уже заканчивается. Как всегда привычный к ожиданию, терпеливый, точно обученная собака, на этот раз он не мог совладать со своим беспокойством, пока остальные продвигались наверх. Не обращая внимания на голоса, которые советовали ему подождать, он начал подниматься по ступеням.

Лаборатория на втором этаже была пуста, если не считать обезьян и трупа Йоханссона. Токсиколог лежал вниз лицом, ему сломали шею. Запасный выход на пожарную лестницу был открыт, и сквозь него просачивался дымный воздух. Когда Карнеги отошел от трупа Йоханссона, несколько полицейских уже стояли на пожарной лестнице и кричали своим напарникам внизу, призывая их на поиски беглеца.

– Сэр?

Карнеги поглядел на приближающегося к нему усатого мужчину.

– Что?

Полицейский показал на дальний конец комнаты: на бокс. Там, в окне, кто-то стоял.

Карнеги узнал его лицо, хотя оно сильно изменилось. Это был Джером. Поначалу он подумал, что Джером наблюдает за ним, но, приглядевшись, убедился, что это не так. Джером со слезами на глазах глядел на собственное отражение в мутном стекле. Пока Карнеги смотрел на него, лицо исчезло в глубине камеры.

Остальные полицейские тоже заметили парня. Они продвигались цепью по лаборатории, занимая позицию за лабораторными столами, их оружие было наготове. Карнеги уже присутствовал при таких ситуациях, там были свои ужасные моменты. Если он не вмешается, прольется кровь.

– Нет, – сказал он, – пока не стреляйте.

Он отодвинул протестующих полицейских и пошел по лаборатории, не пытаясь скрыть свое продвижение. Прошел мимо умывальников, в которых были свалены грудой остатки проекта «Слепой мальчик», мимо лавки, под которой совсем недавно нашел мертвую Данс. Мимо с опущенной головой проползла обезьянка, явно не замечающая его приближения. Он позволил ей найти щель, в которую она могла забиться и умереть там, потом двинулся к двери бокса. Она была незаперта, и он потянул за ручку. За его спиной в лаборатории наступило абсолютное молчание, на него были обращены все глаза. Он резко распахнул дверь. Однако атаки не последовало. Карнеги шагнул внутрь.

Джером стоял у противоположной стены. Если он видел или слышал, как вошел Карнеги, то ничем не выказал этого. У его ног лежала мертвая обезьянка, все еще цепляясь ему за штанину. Другая всхлипывала в углу, спрятав лицо в ладошках.

– Джером?

Вообразил ли это Карнеги, или действительно запахло клубникой?

Джером замигал.

– Ты арестован, – сказал Карнеги.

Хендриксу бы это понравилось, подумал он. Джером отнял от раны в боку свою окровавленную руку и начал поглаживать себя.

– Слишком поздно, – сказал он, почувствовав, как в нем разгорается последнее пламя. Даже если этот пришелец решит подойти к нему и арестовать – что это изменит? Смерть была здесь. Теперь он ясно понимал, что она собой представляет – всего-навсего успокоение, еще одна сладостная темнота, которая ждет своего наполнения и жаждет быть оплодотворенной.

Его промежность охватила судорога, и молния метнулась по телу, пробежала по позвоночнику. Он рассмеялся.

В углу камеры обезьянка, услышав смех Джерома, снова начала всхлипывать. Звук этот на секунду отвлек Карнеги, и когда он снова перевел взгляд на Джерома, то увидел, что близорукие глаза закрылись, руки повисли, и подопытный умер, прислонившись к стене. Какой-то миг тело его стояло, несмотря на закон земного притяжения. Потом ноги подогнулись, и Джером упал вперед. Он был, понял Карнеги, всего лишь мешком с костями, не больше. Просто удивительно, что парень протянул так долго.

Карнеги подошел к телу и приложил палец к шее Джерома. Пульса не было. На лице трупа застыла последняя усмешка.

– Скажи мне… – прошептал Карнеги мертвецу, чувствуя, что момент упущен, что он опять, как всегда, оказался посторонним наблюдателем. – Скажи мне… чему ты смеялся?

Но слепой мальчик, как ему и положено, не отвечал.

Книги крови

Том V

Во плоти

Запретное

(пер. Романа Демидова)

Как в совершенной трагедии страдающим персонажам незаметно изящество ее построения, так и идеальная геометрия жилого комплекса «Спектор-стрит» была видна только с воздуха. Шагая по его мрачным каньонам, пробираясь по грязным переходам от одной коробки из серого бетона к другой, трудно было отыскать что-то приятное глазу или будящее воображение. Немногочисленные деревца, высаженные в квадратных дворах, давно изувечили или вырвали с корнем; трава, хоть и высокая, решительно отказывалась приобретать здоровый зеленый цвет.

Без сомнения, этот комплекс, как и два соседних, был когда-то мечтой архитектора. Без сомнения, городские планировщики рыдали от счастья при виде проекта, обещавшего уместить по триста тридцать шесть человек на каждом гектаре так, чтобы еще и место для детской площадки осталось. Несомненно, на Спектор-стрит были заработаны богатства и репутации, а на его открытии говорились красивые слова о том, что это образец, на который станут равняться все будущие застройки. Но планировщики – выплакав слезы, произнеся речи – оставили комплекс на произвол судьбы; архитекторы заселились в отреставрированные георгианские особняки на другом конце города и, вероятнее всего, больше ни разу сюда не заглянули.