Посланник богини: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

- Ты знаешь, как ничтожный раб смог временно унизить одного из нас? - Зычный рокот эхом слышался со всех сторон.

- Я ведь предупреждал вас и Ра Руха в частности, что этот мир неизменно восстанавливает нарушаемый нами баланс, - голос Ум Ра был так же твёрд, и эхо придавало ему дополнительного веса. - Тут поработали сущности, гораздо сильнее и умнее нас всех вместе взятых... - зал наполнился тихим рычанием, многие были очень недовольны такими словами, но пока воздержались от возражений. - Их можно сравнить разве только с нашими Великими Предтечами! - От злых взглядов всё тело Ум Ра стало сильно чесаться. - Достаточно просто взглянуть на эту землю, и мы легко увидим искусственность всего созданного,- продолжил он говорить как нив чём небывало. - Здесь свободная сила духа, на стойкий запах которой мы и пошли, ища новый мир для себя, ограничена лишь одним огромным континентом. За опоясывающей весь континент горной грядой раскинулся Великий Океан, неизменно парализующий любые проявления свободной силы духа. Только так неизвестные нам Великие Сущности, которые местные аборигены называют Богами, и получили стабильный баланс. Но и это ещё не всё. Хоть нам и разрешили жить здесь... - снова злой рык недовольства появился в зале, - не уничтожив сразу после перехода, однако прямо и недвусмысленно указали должное место. Примерно то, где мы сейчас находимся и в каком виде пребываем. Кто из вас решил обрести большее, столкнув местных с известной целью? - Ум Ра окинул всех собравшихся в зале внимательным взглядом, обернувшись вокруг. - Вот мир и восстановил нарушенный вами баланс, Ра Рух просто первым попал под раздачу предупреждений о недопустимости подобных действий.

В зале надолго повисла гулкая тишина. Все сказанные слова были высказаны уже много раз прежде, все здесь присутствующие их понимали... в меру собственного желания их понимать или наоборот. И, тем не менее, раз за разом предпринимали очередную попытку прогнуть строптивый мир под себя. Иногда даже что-то получалось. Несмотря на все сложности, Ра Су смогли занять достойное место под лучами местного светила и постепенно увеличивали собственное влияние. Если бы ещё кто-то придержал глупую инициативу, напрасно вспоминая о былом величии, которое осталось далеко позади и в другом мире, которого больше нет.

- Какова ситуация ныне? - Задал вопрос другой Повелитель, Верховный лишь смотрел на Ум Ра злым взглядом.

- Одна из самок Ра Руха заявила, что плод в её чреве обрёл душу и начал стремительно расти. Обошлось без вполне ожидаемого в такой ситуации сбоя и окончательной потери одного из нас, - теперь слова отвечающего слушали с повышенным вниманием. - В силу этого, я приказал ёрикам более ничего не предпринимать в отношении одинокого обитателя горного плато. Он раб Ра Руха, на нём стоит его метка. Когда Ра Рух возродится и снова войдёт в силу, думаю, к следующему тёплому сезону - то пусть он сам разбирается со своей собственностью. Я приказал разве только перекрыть возможные пути с плато в долину, вдруг тот раб решит сбежать.

- А урожай с плато? - Переспросил тот же Повелитель Ра Зус.

- В этом сезоне кому-то придётся поумерить аппетиты, - Ум Ра окинул собравшихся Повелителей укоризненным взором. - Весной Ра Рух окончательно подчинит раба, если тот ещё будет жив, и мы получим остаток того, что сохранится к тому времени. Весь урожай он просто не поглотит.

- Может с ним договориться и выкупить урожай? - Задал вопрос кто-то со стороны спины.

- Кто готов поступиться личным достоинством и одновременно бросить вызов Ра Руху, пока тот слаб? - Ум Ра повернулся к спросившему лицом. - Я выполню ваш приказ, Первые, но инициативы от меня в этом деле ждать бесполезно.

- Мы тебя отпускаем! - Зычно сказал Верховный Повелитель, тем самым закрывая допрос.

Теперь Первые будут долго выяснять, кто больше из них виноват и чем за это должен поступиться. Его, Ум Ра, эти разборки абсолютно не касались. Он всего лишь исполнитель Воли Первых, но не сама Воля Первого. Возможно, кого-то другого это бы сильно опечалило, но только не его. Ум Ра уже мысленно представлял, куда заведут их расу бесконечные интриги Первых, начав подготовку спасения только своего ближнего круга. Этот мир был поистине огромен и в нём вполне хватит для них места. А достигнуть высот духовного величия возможно и без тех, кто мнит себя Истинным Владыкой Мироздания, таковым на самом деле никогда не являвшимся. Пришло время работы только на себя.

Один прожитый день сменялся следующим днём, пролетая почти незамеченным мимо сознания. А всё из-за вынужденного усиления тренировок. Постоянно прибывавшая непонятная сила требовала активности. Да и общее понимание текущего сквозь пальцы времени. Взялся за освоение ещё нескольких 'тайных техник силы' из арсенала хищных карликов. Первая и самая простая - 'видение ауры'. Я и раньше замечал нечто необычное, какое-то свечение при манипуляциях силы. Но теперь открыл способ видеть естественное свечение аур любых живых существ. Даже трава и кусты имеют в себе силу и, соответственно - ауры. Вот только заметить их крайне сложно. Для этого нужно полностью изъять всю силу из собственных глаз, практически изолировав их от остального тела по этой части. Трудно и чрезвычайно болезненно, особенно поначалу. Но это крайне полезный навык, потому его требуется довести практически до рефлекса. Впрочем, можно остановиться на полпути, и тогда станут видны проявления силы и ауры животных с достаточно большого расстояния, а вот ауры растений и насекомых уже нет. Таким образом, я смог пересчитать всех оставшихся на плато сурикатов. Раньше подумывал, что почти всех переловил, однако они просто научились лучше прятаться. Тоже ведь как-то чувствуют направленное в их сторону внимание. Хитрые зверьки умеют быстро прятаться в норах или затаиваться на одном месте, практически сливаясь с травой. Теперь им пришел конец. Моему растущему организму помимо энергии от ягод требовались и питательные вещества. Плюс зимняя одежда. А в качестве пригодного материала именно их меховые шкурки. Заодно конкурентов по ягодам силы сокращу, они ведь их активно стаскивают в свои норки, откуда их потом хрен достанешь. 'Видение ауры' оказалось весьма эффективным при охоте.

Второй приём, в перспективе позволявший скрываться от тех, кто пользуется первым, назывался 'сжатие ауры'. Требовалось жутким усилием воли вытянуть всю силу из тела обратно в источник и ещё попытаться уплотнить его. Тяжело, болезненно да ещё с кучей неприятных пост эффектов в виде общей слабости и искажения восприятия сразу всех чувств. Но опять же - это крайне нужный навык, ибо здесь даже крупные ящеры способны находить жертв именно по светящейся ауре, хотя обладают отменным слухом и нюхом. Ещё, таким образом, мне хотелось сбросить поставленную на меня карликом-колдуном духовную метку, которая постоянно подпитывалась за мой же счёт. Увы, полностью вытянуть непонятную энергию из тела в источник мне пока не удавалось, но я продолжал бесплодные попытки.

Ягоды на кустах темнели, приобретая завершенную зрелость. Их требовалось быстро собрать, опередив хитрых сурикатов. Они интересовались именно зрелыми ягодами, начисто игнорируя даже те, которым осталось зреть чуть-чуть. Сбор урожая хорошо сочетался с охотой. Но добытые тушки нуждались в обработке, потому краткие мгновенья азарта и радости обретённой добычи сменялись монотонной рутиной. Мало замариновать мясо в соке кислой травы, нужно ещё отскоблить шкуру, избавив её от подкожного жира, замочить на три дня в воде со 'специями', а затем растянуть сушиться на растяжках в тени собственного жилища. Тогда шкурка остаётся мягкой и сохраняет мех. Увы, столь простая обработка приводит к тому, что уже в следующем сезоне она облысеет. Для увеличения стойкости шерсти нужны особые дубильные 'специи', которых здесь нет. Карлики умели работать со шкурами, встраивая в них плетения силы. Таким хитрым образом создавали особые доспехи и качественную меховую одежду. Мне достался кусок памяти с нужными техниками, однако, все попытки воспроизвести их оказались тщетны. Зря только испортил несколько сырых шкурок. После моего воздействия они лысели и растрескивались прямо на глазах. Требовалось изменить 'спектр' вкладываемой в них силы, вот только моя душа под это действие плохо подходила, ибо оно шло именно через неё. Оно и неудивительно. Из памяти карлика я знал, что многое вполне естественное для них, совершенно недоступно принятым в их закрытое общество местным аборигенам. Хотелось поверить в собственную исключительность, но, увы.

С каждым днём становилось всё холоднее. Выпадавшая ночью изморозь теперь таяла лишь после полудня, а водный поток с ледника почти иссяк. Благодаря тренировкам я смог частично освоить ещё один приём силы - 'воля в тело'. Его суть заключалась в ограниченном насыщении силой мышц с вложением воли на нужное действие. Тогда мышцы сами осуществляли работу без прямого мысленного или рефлекторного управления. Именно таким образом бралась под контроль и чужая тушка, требуя филигранного исполнения техники. Я проникался к карликам подлинным уважением и ещё больше боялся очередной встречи с ними. Таким вот хитрым образом можно надолго застыть без малейших движений с чистой головой или на короткое время стать очень-очень прочным, словно окаменев. Поднять очень большой вес или совершить невероятный прыжок метров на тридцать. Моим же поистине великим достижением стала постоянная мелкая дрожь всего тела. Она позволяла согреваться даже во сне, лишь увеличив потребление пищи. Обычных рефлексов тела оказалось маловато.

И вот, наконец, пришла она - зима. Задул монотонный холодный ветер, принося мириады крохотных льдинок или снежинок. К этому моменту я собрал весь урожай с кустов, пришлось для него соорудить из долетевших до моей стороны обрыва кусков кожи что-то типа детской ванны. Плюс трофейные мешки забил все до самой горловины, подвесив их под потолок купола. Один раз попытался растопить печку, затолкав в качестве топлива высохшую траву. Зря только надышался дымом, когда раздувал пламя. Трава горела плохо и давала совсем мало жара, большая часть которого напрасно вылетала в трубу. Эксперимент с печкой признал неудачным. К счастью, каменные стены хорошо держали холодный ветер, а согреваться я и сам научился. Вот с питьевой водой начались проблемы. Её просто не стало. Все ручейки замёрзли, водопады стихли. Остался только прочный звенящий лёд на месте луж вдоль скального обрыва, где когда-то журчал бурный поток. Снег же лишь слегка припорошил сухую траву. До плато облачность с осадками почти не доходила, засыпая снегом долины внизу. Чтобы напиться приходилось долбить камнями лёд и сосать отбитые осколки, добавляя холода в свой организм. Боялся застудить горло и серьёзно заболеть, пока вроде бы здоровье держалось. Одежонку из летнего меха сурикатов я кое-как себе справил, сделав швейную иглу из прочнейшей кости поверженного карлика. Всё мясо с его скелета ещё по теплу сгрызли мелкие ящерицы. Сами размером с мой указательный палец, но кусаются до крови и место укуса долго болит. Ловить их дело дохлое, они быстро разбегаются и прячутся в щели. Теперь же они вообще бесследно исчезли до наступления тепла.

Из полезных занятий оставались одни тренировки и ещё охота на самых осторожных пушистых зверьков. У перелинявших сурикатов мех стал значительно гуще, вот только выделать шкуры без воды хрен выйдет. Охота стала реально тяжелая. Чтобы просто заметить осторожного зверька приходилось поджимать ауру и вводить сознание в состояние полной отрешенности. Безмолвного созерцания окружающего пространства без лишней мысли в пустой голове. И только после того как заметишь выбравшегося из норки и немного удалившегося от неё зверька, нужно мгновенно насытить силой мышцы руки, чтобы резко кинуть заранее подобранный камень. Стоит только изменить одно лишь состояние сознания, как зверьки мгновенно замечают тебя, стремительно бросаясь к спасительной норе. Вот только не всем удавалось удрать, мои камни прилетали быстрее, сбивая их с траектории движения и отбрасывая в сторону с множественными переломами костей. Уж очень хотелось отведать тёплой крови, а затем и ещё сырого мяса. Опасался скверной реакции своего организма, но зря. Любая животная пища переваривалась чуть ли не мгновенно. И вообще эти юркие пушистики достойные тренажеры для развития различных способностей. Надеюсь, они помогут мне выжить в более опасных местах. С ростом холодов, вынужденно добавил в свой рацион две лишних ягоды силы. Теперь я съедал от четырёх до пяти ягод в сутки. Куда уходила из них сила - сложный вопрос. Отметил лишь то, что она совсем не та сила, которая скапливается в моём источнике. Кто бы только подсказал, чем может грозить переедание ягод и перенасыщение их ягодной силой. Вроде бы и появлялся лёгкий дискомфорт в желудке и всём теле после поедания третьей ягоды в сутки, однако без неё я замёрзну куда быстрее, чем отравлюсь. Так и потянулись день за днём в однообразных хлопотах и заботах. В какой-то момент я окончательно понял, что действительно смогу пережить холода, полностью приспособившись к суровым условиям зимнего горного плато.

Вторая глава.

Далёкие горизонты.

Однажды поутру я проснулся от сильной жары. Буквально от самого натурального перегрева, как в жаркий южный день в номере гостиницы без кондиционера. Вроде бы всё как обычно, но... яркие лучи взошедшего светила прилично нагрели купол моего жилища, а постоянно задувавшие холодные ветра нежданно стихли. Таким и оказался мой первый весенний день в этом мире. Пора праздновать очередной день рождения по местной традиции. Вот только отмечать его в гордом одиночестве... ведь соплеменников моего тела, кто только выжил в драке с такими же горными дикарями - того уже благополучно съели хищные карлики. Даже странно, но я переживал самую настоящую печаль и горечь утраты. Единственный выживший из нескольких в прошлом весьма многочисленных племён. Понятно, образовавшаяся пустота вскоре заполнится такими же дикими племенами, здесь их ещё много и при взгляде со стороны всё будет выглядеть по-прежнему. Да и я постараюсь оказаться как можно дальше от этих мест.

Тепло быстро растопило условный снег, появились первые лужи талой воды. Вылезли из щелей и отогревались под тёплыми лучами первые мелкие ящерицы. Холодные ветра сгинули окончательно, и лишь ночью густой туман стал спускаться с ледника, оставляя после себя на камнях, сухой траве и первых зелёных ростках обширные россыпи искрящейся изморози. Больше всего в эти дни мне хотелось искупаться. Да и просто рассмотреть себя в отражении на воде. Провонял ведь за зиму совершенно немилосердно, уже устав чесаться. Даже условный заменитель мыла из пережженной сухой травы наготовил. Растущую волосню же всегда подрезал чёрным кинжалом, дабы она не лезла в глаза. Быстро же она отрастает. Да и промыть её хорошенько стоит. Счастливое событие помывки произошло лишь на семнадцатый весенний день, когда успела достаточно прогреться вода в большой луже, чтобы я смог туда залезть без внутреннего содрогания. Тогда же и рассмотрел себя во всех подробностях. Что можно сказать? Теперь я выгляжу примерно на четырнадцать и даже пятнадцать лет. Крепкое тело со стальными мускулами, но ещё вполне детское лицо. Росту прибавил мало, скорее дорос до статей хищных карликов. Тёмные доспехи колдуна мне теперь впору, если чуток подтянуть регулировочные ремешки. И раз с охотой совсем плохо, на плато осталось лишь считанное количество самых осторожных зверьков, занялся переделкой лишних доспехов в более полезные предметы индивидуальной защиты. Хоть и вышел облом с накладыванием на кожу плетений силы, однако куцых возможностей хватило для их корректного разделения. Я смог разрезать кинжалом зелёные доспехи, сделав из них наколенники и налокотники, а также защитные накладки на голени и бёдра, полностью сохранив столь ценное свойство мгновенного затвердевания при ударе. Затем позаботился и о надлежащей защите рук. Наручи вышли вполне удобными, хотя пришлось потратить время тренировок на полноценную адаптацию и выработку новых приёмов. Теперь отпадала суровая необходимость беречь руки и ноги, колени и локти при движении. Даже при сильном падении риск травмы заметно снижался. Естественно, старые привычки у меня сохранились, при общей увеличении подвижности по неустойчивым поверхностям. Впереди предстоит решительный штурм сыпучих скал, самый сложный этапный экзамен моего выживания.

Однажды, когда диск светила уже склонялся к вечеру, я неожиданно ощутил приближение кого-то постороннего. Вполне ждал появление аборигенов или карликов со стороны обрыва, но теперь ощущение разрушенной гармонии пустого пространства пришло откуда-то сверху. Кто-то спускался вниз на плато с высокогорного ледника. Пока он ещё далеко и его не видно, но он точно приближается. Ему же меня разглядеть будет куда проще, сверху всё плато как на ладони. А спрятаться тут можно разве только в моём жилище, трава ещё короткая, да и кусты ягод силы только-только зазеленели. Хотя... как раз прятаться нужно среди этих кустов рядом с моим жилищем. Там листья заметно гуще и есть где затаиться. Экипировавшись по максимуму, нашел удобное место и стал терпеливо ждать, приняв все методы сокрытия сознания и ауры.

Аз Торн, четвёртый сын весьма известного в Береговой Республике дома Хула, медленно спускался с ледника по сыпучему склону с соблюдением всех мер предосторожности. Ибо лишь один неверный шаг, одно торопливое движение отделяет здесь жизнь от бесславного конца. Выбрать столь экстравагантный способ пересечения границы Республики и центрального континента ему пришлось вынужденно. Хоть дом Хула и принадлежит к числу настоящей элиты Республики, но его личное положение в общей системе весьма незавидно. Для него закрыты все научные и социальные направления, как в рамках дома, так и других видных домов. Разве только согласиться с очередным уничижительным предложением войти в семью другого дома третьим или четвёртым мужем Матроны, практически без всяких прав и с минимальными перспективами как-то выделиться на фоне остальных мужей. Красотой и статью он заметно выделялся на фоне других мужчин, и многие Матроны хотели заполучить его в свой гарем. Его мать Матрона Алая давно ждала, когда же он согласится принести ей множество политических и финансовых выгод, перейдя мужем в другой дом. Именно потому на его образовании сильно сэкономили, да и в декларируемой конституцией личностной самореализации сильно ограничили. Чтобы был сговорчивее. Но ему кроме прекрасного тела от череды старательно подбираемых селекцией дома предков достался ещё и пытливый ум. И он живо протестовал против предложенных перспектив. К счастью, его мать всегда отличалась по отношению к своим детям покладистым характером и просто ждала, когда же он дозреет до очевидного решения. Вот только Аз Торн решил доказать всем и матери в частности, что он достоин большего. Если уж и стать мужем какой-то Матроны, то только старшим мужем с правами ведения общей политики дома. Цель была весьма амбициозной. Мать выслушала его юношеское желание с улыбкой на губах, предоставив право самостоятельно проверить мир на прочность, выделив на 'набивание шишек' потребные средства. При этом чётко очертив рамки границ, за которые соваться смертельно опасно. Ему нужно было искать своё особое направление официального познания мира с последующей популяризацией, причём с минимум возможных претензий от других домов. Изучение жизни и жителей центрального континента выглядело весьма многообещающе, особенно то, что там называлось 'магией'. То есть способность человека творить невообразимые вещи одной лишь силой воли и мысленным усилием. В Береговой Республике та магия неизбежно умирала, многие вообще считали её выдумкой рассказчиков прошлого, когда контакты между берегом и центром континента были более активными. Ныне лишь два Великих Дома занимались ограниченной торговлей через континентальный хребет. И они же старательно отваживали всех любопытных, кто только хотел попасть с той на эту сторону хребта и что-то узнать. Вот только они же намеренно забыли внести тему в список запретного для всех остальных кроме себя. Эту экспедицию Аз Торн готовил восемь сезонов. Сумел выяснить всё из открытых источников, долго копался в книжных хранилищах, отдельно заплатил за тайные сведения и секреты нескольких домов, выясняя возможные маршруты пересечения хребта. Увы, все известные подземные пути пришлось откинуть. Везде серьёзная охрана и профессиональный контроль прилегающей территории. Даже мелкий ящер не проскочит. Перебраться же через хребет поверху решались лишь отчаянные смельчаки. Мало кто из них возвращался обратно, лишь те, кто вовремя решился повернуть на полпути. Но он точно не отступит! Сколько ушло времени на силовые тренировки и навыки скалолазания, сколько потратила мать средств на нужные для похода особые вещи. И сейчас его цель уже близка. Он прошел несколько горных перевалов, перешел бескрайний ледник и уже явственно почувствовал долгожданное тепло. Это означало завершение опасного перехода по горам и скорый выход на не менее опасную равнину. Вряд ли местные ящеры окажутся менее злобными, чем наши. Да и аборигенов стоило серьёзно опасаться. В переданных ему тайных свитках упоминались живущие с этой стороны предгорий многочисленные дикие племена. Хоть они по развитию и чуть выше животных, но заряды в его метателе тоже ограничены. Можно понадеяться на острый клинок, благо искусству владения им он учился с малых лет, но вдруг у дикарей есть какое-то метательное оружие. Один-два или даже три камня, дротика, стрелы он легко отобьёт, но если в него одновременно прилетит сразу десяток? Полноценного тяжелого доспеха из хорошего металла в горы ему было просто не утянуть.

- Хм, явно просматривается искусственное строение... - изумлённо заметил он, осмотрев открывшееся внизу пологое горное плато в зрительную трубу.

Каменные прыщи же на ровном месте вырасти не могут? Или могут? Но больше всего купол похож именно на строение из чем-то скреплённых отдельных камней. Нужно спуститься ниже и внимательнее всё рассмотреть. Вдруг там есть кто-то живой. Но сколько бы он ни всматривался и ни приглядывался, найти следов присутствия обитателей купола ему не удалось. Зато обнаружились другие следы здешней цивилизации. С двух сторон большого обрыва с маленьким водопадом торчали столбики опор подвесного моста. Сам же мост отчего-то давно обрушился, от него остались обрывки верёвок с остатками навязанных деревяшек. Теперь понятны причины отсутствия явных следов пребывания местных жителей. Вряд ли кто смог бы пережить на плато зиму. И уж точно не в этом жалком каменном куполе. Более всего он похож на временное укрытие от налетевшей непогоды. В горах бывает всякое. Другой край плато тоже оканчивался обрывом, но там каких-либо следов цивилизации заметить не удалось. Это был очевидный тупик. По уму стоило сместиться в сторону и обойти плато стороной, выйдя на хорошо просматриваемый сверху пологий спуск с дорогой. Но Аз Торну захотелось внимательно осмотреть строение на плато. Ведь просто по виду каменной кладки можно много сказать о тех, кто её сделал.

А вот внизу следы человеческого пребывания реально присутствуют. Стоило только подойти к каменному куполу, надо же, прилично выше его роста, как его нос ощутил вполне отчётливый запах гари, отбивая всяческое желание забраться в закрытый кожаной дверью лаз. И только он собрался развернуться и направиться обратно в сторону склона, как ощутил близкое резкое движение, мгновенно поворачиваясь в сторону угрозы с взведённым метателем в руках. Вот только стремительная угроза уже оказалась у него за спиной, приставив остриё длинного чёрного стилета к его правому боку.

- Брось оружие! - Сипло сказал неизвестный вполне понятным 'Общим' языком.

Внутри всё мгновенно похолодело, руки и ноги ослабли. 'Так глупо нарвался на дальний пост охранки Великих Домов...' - проскочила предательская мысль. 'Но лучше после договориться о щедрой компенсации за проступок, чем сейчас получить заточенный металл в печень', - вторая мысль позволила собраться и выпустить из рук взведённый метатель, сразу же подхваченный тёмной тенью. И только после этого Аз Торн решил обернуться и рассмотреть обезоружившего его бойца, изумившись до самой крайности.

Перед ним на расстоянии трёх шагов стоял чернявый подросток в странных кожаных доспехах с таким же сильным изумлением на лице. Горный дикарь - тут сложно сомневаться, но его метатель держит вполне уверенно, положив палец на спусковой крючок, словно хорошо знаком с этим исключительно редким оружием. Причём, стоит заметить - он направляет ствол не прямо в него, а смотрит им в землю, соблюдая все необходимые меры предосторожности. Но непередаваемое выражение его лица говорит о многом.

- Кто ты? - Спросил путешественник, отступив от ошарашенного парня на два лишних шага.

Хоть тот и не давит животной агрессивностью, однако весь его внешний вид просто кричит о готовности немедленно убивать. Такое сложно с чем-то спутать, даже если видел лишь один раз. После заданного вопроса парень перевёл взгляд с метателя на него.