Ветка лихо опрокинула бокал вина и сунула пустой сидящему рядом Двалину. Тот неодобрительно фыркнул, но налил.
-Что же, -сказал Торин, -при свидетелях от четырех народов, при четырех королях и волшебнике, с согласия повелителя Сумеречного Леса, Владыки Трандуила, этот удивительный союз объявлен состоявшимся и признанным!
Гномы, наполнявшие пиршественный зал, взревели. Эльфы держались сдержаннее, но также воздели кубки.
Тауриэль встала, и Кили обнял ее за талию. На лице молодого принца было написано огромное счастье; Тауриэль же была смущена, но также пыталась робко улыбаться.
-Тауриэль, -низким, завораживающим голосом сказал лесной король, глядя ей в глаза, -мне вздумалось пойти навстречу твоему чувству, которое ты считаешь истинным. Ваш брак летописцы признают самым удивительным за все время существования наших народов. Но помни, откуда ты родом. Если тебе потребуется защита и убежище, Сумеречный Лес всегда открыт для тебя.
-Отличное поздравление, ты, лесная… лесной Владыка, просто редкостной душевности эльф, -объявил Торин, и встал, воздевая кубок. -За молодых! Счастья и процветания принцу и принцессе Эребора! Долгих лет и нескончаемой любви!
Гномы снова закричали, воздевая бокалы, кубки, кружки и даже бутылки; в воздух взлетели куски пищи, подгорный народ топал ножищами и орал.
Тауриэль вдруг, отлепившись от Кили, бросилась к подножию трона Торина и на секунду припала к королю гномов -в коротком, стеснительном объятии. Трандуил выгнул бровь. Торин провел по огненным волнам волос эльфийки, и подмигнул:
-Не бойся, Тауриэль. Тебе не потребуется бегать в Лес от нас. Тебе будет хорошо в Эреборе. Возвращайся к мужу. Да здравствуют молодые! Музыку!
И Тауриэль наконец-то заулыбалась. Кили увел ее за Торинов стол, усадил. Эллениль и невероятный голубоглазый синда Даэмар, более привычный Ветке как невзрачный следопыт в потертом сером плаще, передав Тауриэль, сели к эльфам.
Вступили музыканты.
Торин дождался небольшого затишья и снова возгласил:
-Да здравствует наш гость, король рохиррим, юный Тенгель! В Рохане корону на его голову возденут позже, но наугрим могут приветствовать нового правителя зеленоконных равнин уже сейчас!
Гномы любили Тенгеля после его доброй помощи в битве с драконами -новый взрыв ликования чуть не разнес Золотой зал.
Ветка, твердо решившая, что все ее невзгоды позади, опрокинула еще бокал.
По сравнению с тем адом, который поднялся теперь, веселье на помолвке показалось детским утренником. Взбудораженные и происходящим, и новыми порциями вина и пива, наугрим, похоже, намеревались бушевать не одни сутки, празднуя теперь уже свадьбу -Тауриэль и Кили все любили.
Ветка, еще не потерявшая способности считать до трех, повертела головой -кого-то не хватало. Кого-то очень важного. Кто непременно должен был бы присутствовать при таком событии. А! В зале не было Дис, а еще -Мэглина и Лантира.
Глорфиндейл методично перебирал бутылки за эльфийским столом. Элронд, выглядевший так, что вот-вот собирается вскочить и покинуть Эребор, едва притрагивался и к питью, и к еде. Трандуил уверенно и расслабленно пил, чуть развалившись в кресле. Ветка, которая хорошо помнила его любимую позу, думала -еще пара бокалов, и подвернет стройную ногу под себя. Пока же просто перекинул ее через другое колено и покачивал сияющим тисненым сапогом…
Прочие эльфы держались уверенно и спокойно, тем более, что большинство их них уже гостили в Эреборе.
Ветка еще поразмыслила и потихоньку вышла из-за стола, решив, что все интересное закончилось. Она выходила как раз на речи, которую затеял Гэндальф:
-Да, друзья, в непростые и оттого особенно значительные времена живем мы, и как никогда важно сплотить наши народы перед лицом возможной напасти…
«Это надолго, по интонациям чую, » -подумала Ветка. Пролетарии всех стран, объединяйтесь. Ничто не ново под Луной, которая, как выяснилось, сияла одинаково и для пролетариев, и для Средиземья.
И девушка проскользнула к выходу -поискать Мэглина.
***
Спросив о Дис и Лантире одного-двух гномов, которые в порыве чувств выбежали в галереи то ли проветриться, то ли поплясать, и которые были в зале, когда появился змей, Ветка отыскала всех троих -в покоях, которые выделили эльфам.
Картина была неожиданной.
Мэглин сидел рядом с Лантиром, положив руки на грудь оруженосца Трандуила, и негромко пел. С другой стороны нолдо сидела Дис -тут были и тазы, и ткань, намоченная и окровавленная; Лантир был обнажен, но до пояса прикрыт покрывалом. Судя по всему, гномка только-только закончила оказывать ему помощь.
Красавец нолдо метался без сознания; глаза его были закрыты, черные волосы рассыпаны по подушке, губы горели. Дис двумя руками удерживала его запястье, ладонь, и смотрела очень заинтересованно, хотя и грустно.
Ветка не поверила своим глазам.
Дис заметила ее взгляд и досадливо прикусила губу. Ветка перевела взгляд на безупречное тело Лантира, сейчас покрытое синяками, порезами и ранами… и ветвистыми, причудливыми отпечатками.