— Вам бы стоило найти своего родственника, — подтвердил Сьюгар. — Здесь плохо быть одному.
— Угу, я это уже понял. Но как здесь кого-то найти? Тут все так неорганизованно.
— О, здесь есть… группы — и группы. Каждая из них старается придерживаться своего участка.
— Он был в Четырнадцатом отряде коммандос. Где они?
— Прежних подразделений почти не осталось.
— Его зовут полковник Тремонт. Полковник Гай Тремонт.
— О, так он офицер! — Лоб Сьюгара обеспокоенно наморщился. — Это осложняет дело. Вы-то ведь не были офицером, а? Если были, лучше не говорите…
— Я был клерком, — напомнил Майлз.
— …потому что есть группы, которые не любят офицеров. Клерком. Тогда, наверное, ничего.
— А вы были офицером, Сьюгар? — с любопытством спросил Майлз.
Сьюгар нахмурился и закрутил прядь бороды.
— Армии Мэрилака больше нет. Если армии нет, то офицеров тоже быть не может, так?
Майлз прикинул, не будет ли быстрее и проще, если он отойдет от Сьюгара и попробует завязать разговор с кем-нибудь из первых встречных пленных. «Группы и группы». Видимо, устоявшиеся компании, вроде тех пяти крепких суровых братцев. Майлз решил еще какое-то время подержаться рядом со Сьюгаром. По крайней мере он не будет чувствовать себя таким голым, если будет голый не один.
— А вы не могли бы отвести меня к кому-нибудь, кто был в Четырнадцатом? — снова попросил он Сьюгара. — К кому-нибудь, кто знает, как выглядит Тремонт.
— Вы с ним незнакомы?
— Мы никогда не встречались лично. Я его когда-то видел, но с тех пор, боюсь, его внешность могла здорово измениться.
Сьюгар печально дотронулся до собственного лица:
— Угу, вероятно.
Майлз с трудом поднялся на ноги. Без одежды тут было довольно прохладно, и он уже начал покрываться гусиной кожей. Любопытно, какой предмет своего туалета он бы предпочел сохранить, если бы была такая возможность, — брюки, чтобы прикрыть срам, или рубашку, чтобы спрятать кривую спину? К черту! Некогда. Майлз протянул руку, чтобы помочь Сьюгару встать.
— Пошли.
Сьюгар посмотрел на него, не трогаясь с места.
— Новичка сразу видно. Вы все еще спешите. А здесь отвыкаешь от торопливости. Мозги замедляются…
— В вашем Писании по этому поводу что-нибудь сказано? — нетерпеливо осведомился Майлз.
— …поэтому они поднялись туда с великой ловкостью и быстротой, хотя основание, на котором покоился город…
Между бровями Сьюгара залегли морщины, и он задумался.
Обреченно вздохнув, Майлз силой поднял пророка с земли.
— Ну, пошли.
Ни ловкости, ни быстроты, но по крайней мере движение. Шаркая ногами, Сьюгар вел Майлза через лагерь, проходя сквозь какие-то группы, обходя далеко стороной другие. Майлз снова увидел издали суровых братцев, сидевших на своей коллекции циновок. В среднем каждый клан включал от двенадцати до пятнадцати человек. Некоторые сидели по двое-трое, иные — поодиночке, как можно дальше от остальных (все равно это было недалеко).
Но самая многочисленная группировка состояла исключительно из женщин. Как только Майлз оценил размер их немаркированной территории, в нем проснулся исследовательский интерес. Женщин было по крайней мере несколько сот, и у всех были циновки, хотя некоторые пользовались одной на двоих. Граница охранялась: вдоль нее неспешно прогуливалось несколько решительного вида дам.
— Расскажите мне о женщинах, Сьюгар, — попросил Майлз своего спутника, кивая в сторону охраняемой территории.