— Кстати о справедливости, — улучил момент Майлз. — Меня беспокоит вопрос выплат дендарийцам. Им нанесен серьезный ущерб, больше чем обычно достается наемному флоту. Единственной гарантией их контракта было мое слово. Если… Если империя откажется подкрепить мое слово средствами, я окажусь клятвопреступником.
Граф Форкосиган слегка улыбнулся:
— Мы уже продумали этот вопрос.
— Бюджет секретных операций Иллиана растянется, чтобы покрыть эти издержки?
— Если бы бюджет Иллиана попытался их покрыть, он был лопнул. Но у тебя, э-э, кажется, есть некий заступник в высших сферах. Мы оформим для тебя кредитную расписку из средств СБ, предназначенных на непредвиденные случаи, из фондов этого флота и личных средств императора. В надежде компенсировать все это позднее из специальных ассигнований, которые пробьем через Совет Министров и Совет Графов. Предоставь счет.
Майлз выудил диск из кармана:
— Вот, сэр. От бухгалтера дендарийского флота. Она не спала всю ночь. Некоторые оценки ущерба все еще носят предварительный характер, — он положил диск на комм-пульт.
Уголок рта графа Форкосигана загнулся вверх.
— А ты учишься, мальчик, — он вставил диск в пульт и быстро просмотрел его. — Кредитная расписка будет оформлена к концу обеда. Ты сможешь забрать ее перед уходом.
— Спасибо, сэр.
— Сэр, — вставила Елена, энергично подавшись вперед. — Что теперь будет с дендарийским флотом?
— То, что выберет сам флот, я полагаю. Хотя им нельзя задерживаться так близко к Барраяру.
— Нас снова бросят? — спросила Елена.
— Бросят?
— Вы когда-то определили нас в имперские силы. Так думала я. И Баз. Потом Майлз нас покинул, а потом… ничего.
— Прямо как остров Кайрил, — заметил Майлз. — С глаз долой — из сердца вон. — Он печально пожал плечами. — Полагаю, они испытали схожее падение боевого духа.
Граф Форкосиган бросил на него острый взгляд.
— Судьба дендарийцев — как и твоя будущая военная карьера, Майлз — все еще находятся в стадии обсуждения.
— А я буду участвовать в этом обсуждении? А они?
— Мы дадим тебе знать. — Граф Форкосиган положил ладони на стол и поднялся. — Это все, что я могу сейчас сказать, даже тебе. Обед, офицеры?
Майлз и Елена вынуждены были тоже встать.
— Коммодор Тан ничего пока не знает о наших истинных отношениях, — предупредил Майлз. — Если ты хочешь, чтобы все по-прежнему оставалось в тайне, мне придется играть адмирала Нейсмита, когда мы присоединимся к нему.
Граф Форкосиган как-то странно улыбнулся.
— Иллиан и капитан Унгари определенно предпочтут не разрушать потенциально полезное прикрытие. Любой ценой. Это будет любопытно.
— Должен предупредить тебя: адмирал Нейсмит не очень-то почтителен.
Елена и граф Форкосиган посмотрели друг на друга и расхохотались. Майлз ждал, собрав все свое достоинство, пока они не успокоились. Наконец-то.
Во время обеда адмирал Нейсмит был крайне вежлив.
Даже лейтенант Егоров не нашел бы к чему придраться.
Верванский правительственный курьер протянул кредитную расписку через комм-пульт коменданта скачковой станции в пространстве Вервана. Майлз подтвердил получение отпечатком большого пальца, сканированием сетчатки и энергичными нечитаемыми закорючками адмирала Нейсмита, совсем не похожими на аккуратную подпись энсина Форкосигана.
— С вами, почтенными джентльменами, приятно иметь дело, — сказал Майлз, с удовлетворением пряча расписку в карман и аккуратно его запечатывая.