— Да, ладно…
Она обхватила Майлза рукой, чтобы он снова не упал. Они начали пробираться вперед по переполненному мэрилакцами и дендарийцами катеру. К нему оборачивалось множество лиц, но никто не пытался ничего сказать. Возле кабины пилота Майлз увидел серебряный кокон.
— Подожди…
Он упал на колени рядом со Сьюгаром. Прилив надежды…
— Сьюгар! Эй, Сьюгар!
Проповедник чуть приоткрыл глаза. Трудно было сказать, насколько он воспринимает происходящее сквозь боль, шок и лекарства.
— Мы уже в пути. Мы справились, уложились в срок. С легкостью. С ловкостью и быстротой. Вверх через воздушные области, выше облаков. Ты правильно понял Писание, правильно.
Сьюгар шевельнул губами. Майлз наклонился поближе.
— …не настоящее Писание, — прошептал умирающий. — Я это знал… ты это знал… нечего тут заливать…
Майлз оцепенел. Потом снова наклонился к Сьюгару и прошептал:
— Нет, брат. Потому что хоть мы и пришли в одеждах, но определенно вышли нагими.
С сухих губ Сьюгара сорвался слабый смешок.
Майлз не плакал, пока они не вышли из П-В туннеля.
IV
Иллиан сидел молча.
Майлз откинулся на подушке, бледный и измученный. Струна, натянувшаяся где-то внутри, заставила дрожать его голос.
— Извините. Думал, что уже все забыл. С тех пор столько случилось: не было времени подумать, переварить…
— Синдром боевой усталости, — подсказал Иллиан.
— Бой длился всего пару часов.
— Да? Судя по твоему рассказу, недель шесть, не меньше.
— Все равно. Но если ваш граф Форволк будет говорить, что надо было обменять жизни на оборудование… У меня было всего минут пять, чтобы принять решение под огнем противника. Если бы у меня был месяц на размышления, я поступил бы точно так же. И я повторю это, хоть перед трибуналом, хоть где.
— Успокойся, — посоветовал Иллиан. — Форволком и его тайными советчиками займусь я. Думаю… нет, гарантирую, что их козни больше не будут мешать вашему выздоровлению, лейтенант Форкосиган.
Иллиан сверкнул глазами, и Майлз напомнил себе, что этот худощавый человек уже тридцать лет работает в Имперской службе безопасности. У «Пса Эйрела» еще целы зубы.
— Мне жаль, что моя… небрежность поколебала вашу веру в меня, — сказал Майлз.
Его странно ранило подозрение шефа — словно какой-то незаживающий нарыв в груди. Значит, доверие гораздо больше зависит от обратной связи, чем он прежде думал. Может, Иллиан прав, и Майлзу следует больше внимания обращать на материальное?
— Впредь я постараюсь быть разумнее.
Иллиан покраснел и кинул на него непонятный взгляд:
— И я тоже, лейтенант.
Зашипела дверь, прошелестели юбки. Это была графиня Форкосиган — высокая женщина с каштановыми волосами и стремительной походкой. Она так и не сумела приспособить темп своих движений к барраярским нарядам, но пышные туалеты знатной дамы она надевала охотно, словно ребенок, устроивший маскарад, — и носила их с такой же убедительностью.
— Миледи, — кивнул Иллиан, вставая.