пассажирский поезд едва не столкнулся с товарным. Вообще движение ночью опасно. Весь обслуживающий состав поезда, а это, в основном, бывшие работницы санитарных поездов, не спит. В вагонах много сотрудников НКВД и военных. Мы проезжали Варшаву тоже ночью, не останавливаясь. Всем приказали лечь на нижние полки. В тамбурах и у каждого окна в коридоре стояли военные с винтовками. К счастью, все прошло спокойно.
Вскоре въехали на территорию Германии. В отличие от Польши земля не вспахана, поля не обработаны. Архитектурный стиль зданий в городах и местечках готический, - не такой, как у нас. Все здания крыты черепицей. Уцелевших станционных сооружений мало. На станциях - голодные дети и нищие, много немецкой железнодорожной полиции.
Тринадцатого мая, без опоздания, прибыли в Берлин. На вокзале нас встречал отец с большим букетом цветов. Он очень радовался нашему приезду. Генерал А.Ф. Тверецкий встречал свою семью. Поезд пришел на Силезский вокзал, так как тот вокзал, куда до войны приходили поезда с востока, в прошлом большое и красивое сооружение, сейчас, как сказал отец, представлял собой просто каркас из железных балок, который использовался только для внутригородских нужд. Силезский вокзал тоже имел жалкий вид, но техника работала исправно: все вещи вместе с нами были спущены на лифте с платформы на улицу и доставлены к машине.
Помню дорогу от вокзала в город и окаймляющие ее огромные деревья, образующие своими кронами многокилометровую аллею. Центральная часть Берлина разрушена до основания. Ведется непрерывная разборка развалин и, как заметил отец, еще находят погибших в завалах людей. Разрушена почти вся Королевская площадь: построенный в XV в. королевский дворец, служивший резиденцией германских императоров, берлинский Домский собор, в купол
которого угодили бомбы, пробившие здание до фундамента, Старый музей, памятник Фридриху Вильгельму III. А находящийся рядом с дворцом памятник Вильгельму I с колоннадой и монументальными бронзовыми скульптурами, носящий звучное название «Памятник нации», каким-то чудом уцелел.
На почти полностью разрушенной Унтер-ден Линден, главной улице Берлина, мы увидели небольшой мемориал памяти немцев, погибших в Первой мировой войне и при фашистском режиме. Он огорожен чугунной решеткой, сквозь которую люди бросают венки, букеты и просто зеленые ветки с записками - от кого и датой. Там горы свежих и засохших цветов.
Мы проехали через возведенные в конце XVIII в. знаменитые Бранденбургские ворота, над центральной аркой которых парит крылатая богиня, управляющая четверкой лошадей. Отец показал нам сильно разрушенный при штурме Берлина Рейхстаг. Удивительно, что в хаосе разрушений устояла Триумфальная колонна. Отец рассказал, что она воздвигнута в честь побед Германской империи над Францией в войнах XIX в. Установленная на пятиметровом постаменте из красного гранита, она состоит из нескольких этажей пилястров с укрепленными в них дулами трофейных французских пушек. На самом верху колонны позолоченная статуя богини победы с лавровым венком в правой руке и жезлом в левой. По словам отца, поднявшись по двумстам девяносто одной ступеньке винтовой лестницы, можно выйти на верхнюю площадку памятника и увидеть оттуда весь Берлин. В парке Тиргартен остались только бронзовые звери, деревьев нет совсем - их вырубили суровой зимой 1945- 1946 гг. для отопления жилья, а весной 1946 г. выкорчевали пни и всю территорию парка отдали берлинцам под огороды. Там же мы увидели братскую могилу и скромный памятник советским солдатам, офицерам и генералам, павшим при штурме Берлина.
По улицам города ходят бесшумные трамваи и двухэтажные автобусы. Немцы широко пользуются велосипедами, на которых перевозят как детей, так и дрова, мешки с картошкой и прочее. Много небольших груженых различной поклажей тележек-тачек, перемещаемых вручную. У продуктовых магазинов для немцев большие очереди, хотя в общем людей на улицах мало. Зато много беспризорных собак. Нас поразило, что немецкие мужчины всех возрастов, от юношей до стариков, носят шорты, а женщины брюки. В то время нашим людям это казалось необычным.
Наконец мы приехали к дому № 29 на Бисмаркштрассе в районе Обершеневайде, в одной из квартир которого отец останавливался, бывая по делам в Берлине. Во время бомбежек и сражений квартира не пострадала. Она была хорошо обставлена и благоустроена, имела газовую и электрическую плиты,
бытовые удобства. Хозяйка квартиры, генеральша фрау Шпиллер, встретила нас приветливо, накормила вкусным обедом и организовала ночлег.
14 мая мы тремя машинами выехали в Бляйхероде. Пригороды Берлина пестрели небольшими участками земли, огороженными заборами, с маленькими будочками и грядками, засаженными овощами и цветами. Повсюду трудились люди. Поля выглядели обработанными, видны были всходы картофеля и хлебов. От Берлина до Бляйхероде немногим более трехсот километров. Дорога тянулась через сосновые леса, сменившиеся при въезде в Тюрингию садами с фруктовыми деревьями, в основном черешнями. Леса же волнистым зеленым ковром покрывали горы, создавая очень красочную картину. Проехали через город Бранденбург, вернее то, что от него осталось, - немного небольших домиков на окраинах. На фоне разрухи ходит трамвай - один вагон. Много детей в хорошеньких плетеных и деревянных колясках.