— Сдаёшься? — насмешливо отозвался он, второй рукой сдерживая обжигающее энергией древко чужого посоха. Свой валялся рядом и стоило только протянуть руку, как тут же оружие взметнулось в раскрытую ладонь.
Дантэн оттолкнул старика от себя, позволяя ему размять шею и вздохнуть полной грудью.
— Я не сдаюсь никогда, вы же знаете, но ничего нового не увидел.
Тманг рассмеялся, растирая горло. Ход стал сильнее и злее, чуть и вправду не придушил. Зато теперь, когда выпустил пар, готов был слушать.
— Говори что видел, — махнул ему рукой Тманг, а сам выключил оружие и прикрепил рукоять к поясу. Нож тоже деактивировал, убрал в ножны и устало опустился на обжигающую крышу.
Дантэн, расхаживая около учителя, вертел в руках горящий красным светом посох, не желая расслабляться. Тманг любил обманные ходы. Вот сидит, кажется, весь такой безобидный старик, а в следующую секунду окажешься лежащим на лопатках, а к горлу будет приставлен столь любимый учителем лазерный клинок.
— Земляне всё так же не хотят думать индивидуально. Пока не обсудят, не могут усвоить что-то новое и принять решение. Но есть, конечно, индивидуумы, которые предпочитают индивидуальный подход, и они достигают более высоких результатов. Всё в принципе предсказуемо: выживает сильнейший, слабые сбиваются в стаю. Так на что вы мне всё пытаетесь указать?
Тманг прищурился от яркого света Атласа, приложил руку козырьком, рассматривая плавно кружащихся птиц высоко в небесах и пролетающие мимо библиотеки флаеры.
— Уверен, что выживает сильнейший? — вдруг спросил он, хитро подмигнув ученику.
— Понятно, что стая слабых могут задавить численностью и самого сильного, — согласился с ним Дантэн, который понимал, что такое бывало часто в истории как самой республики, так и других цивилизаций.
— И? — подталкивал старик ученика к развитию мысли.
Тот недоумённо моргнул.
— Опять этот страх, — расстроенно покачал головой Ход.
— Не страх, — обиделся Иорлик.
Но молодой атландиец равнодушно пожал плечами, поправляя шарф на голове, который прятал его кудри.
— Страх перед смертью, сомнения в себе.
Тманг вздохнул, поднимаясь.
— Тебе не понять что это…
— Но вы упорно пытаетесь, чтобы я на собственной шкуре это испытал. Зачем?
Это и нравилось Иорлику в Ходе, он чувствовал собеседника, словно читал мысли, и всегда предугадывал его ответы.
— Империя крепнет за счёт землян, а мы…
— Империя на нас не нападёт. Всё под контролем. Хотя если бы вы не открывали границы, было бы, конечно же, лучше, но ваше решение поддержал Совет и тут я не могу ничего сделать, кроме как исполняться свои обязанности.
Тманг отмахнулся от начинающего зудеть омерака, как обычно недовольного, что ему приходилось следить за пришельцами.
— Да какие обязанности? — возмутился Иорлик. — Только и ищешь лазейки, как бы ещё больше времени предаваться безделью.
Дантэн лукаво улыбнулся.
— Отдыхать надо вовремя, это продлевает жизнь и хорошее расположение духа. Я должен быть готов к войне. Вдруг переработаю, а тут как нагрянет кто к нашим границам, а я уставший сплю.
Старик оперся руками о тонкие перила, взглянул вниз, где собирались земляне, громко перекрикиваясь.
— Как насекомые, — презрительно шепнул Ход.
Тманг хитро прищурился и обернулся на ученика.
— Да, как насекомые. И да, слабые. Но если их собрать в стаю, то что?