Читать книгу «Цикл романов "Отблески Этерны". Компиляция. Книги 1-15» онлайн.
– За что?! – на сей раз Иноходец не просто вскочил, он остался стоять и в придачу рванул воротник. – Лэйе Астрапэ, она же…
– Ага! – фыркнул Салиган, – небось вспомнили, что Одетта показала на тогда еще графиню Рокслей?
– Не она одна! Лаптон был должен…
– Лаптон? Должен? Вы это всерьез? Впрочем, толстуху утопили не столько из-за Дженнифер, сколько из-за Катарины. Одетта явилась в Ружский и закатила отменный скандал, большинство дуксов получило немалое удовольствие, но увы! За публичное восхваление Олларов, Раканов, олларианства и эсператизма положен Данар, так что содранная с Дженнифер накладка, она ее в самом деле носит, уже ничего не решала.
– Рамон, – негромко окликнул Рокэ, – чего добивалась госпожа Мэтьюз?
– Отмены декрета о шлюхах. В память Катарины Ариго девицы легкого поведения обязаны выходить на промысел либо с алой перевязью, либо в венках из поддельных гиацинтов. Дженнифер настаивала еще и на том, чтобы шлюхи высветляли волосы, но это било по Людовине Кракл, вот и не выгорело.
– Одетта Мэтьюз… – Эпинэ зачем-то растирал руку. – Сестра взяла ее к себе… Когда вернулась… Ее и Дженнифер. Катари не хотела, чтобы их… затоптали… не успевшие перебежать к Альдо. Значит, Одетта… защищала королеву, а ее саму – никто. Рамон, неужели вы…
– Я – подонок, – огрызнулся маркиз, – этого довольно, чтобы не спасать старых дур! Вы спрашивали про ворон. Они были лучшим из того, что осталось. Тварей почище уже расхватали, а свободные данарии, во-первых, не могут повторять аристократов и клириков, а во-вторых, должны удостоверить свою свободность и живучесть. Не сбеги крысы, у них был бы шанс на победу, хотя крылья влекут даже дуксов, а стая ворон в состоянии забить сокола.
– Стая… – повторил Эпинэ. – Стая может… Но Дженнифер я убью.
– В другой раз, – отрезал Рокэ, однако прервали спор похабные часы, как по заказу разразившиеся памятной по Кагете музычкой. «Ах мой сю-юсь, – выстанывало золоченое неприличие, – ах мой сладостный сю-юсь…»
Баата мог не выкупать у казарона его трофей и не сбрасывать в пропасть.
3
Капустные розы на шпалере пошли волнами, пахнуло тухлой вербеной, и виконт увидел своего призрачного сообщника. Как и прежде, Валтазар начал с обхода ваз, и Марсель слегка перевел дух, чуть ли не с нежностью наблюдая, как призрак по очереди сливается со своими любимицами. Святой отец никогда не делал меж ними различия, но истинная любовь отнюдь не исключает любовниц – после нохских ваз настал черед зелено-розовых, так что Альдо со своим фальшивым гальтарством проиграл даже тут. Марсель покосился на неподвижного Эпинэ и шагнул к Валтазару.
– Доброй ночи, святой отец, – дружески поздоровался виконт, раскладывая карточки, – рад, что у вас все в порядке. Не поговорить ли нам?
Ответ был краток и странен.
– В.О.Н. – отрезал призрак.
– Что-что? – почти растерялся бывший посол. – Вы меня узнаете?
– В.О.Н. – повторил Валтазар и уточнил: – Л.Ж.Е.Ц.И.О.С.К.В.Е.Р.Н.И.Т.Е.Л.Ь.
– Голословно. – Странное это чувство, когда сразу и обижаешься, и приходишь в себя! – Хотелось бы подробностей.
– Т.Ы.П.Р.И.С.В.О.И.Л.Р.А.М.У, – предъявил первую претензию неисправимый стяжатель, и Марсель придвинулся поближе, желая испить чашу обвинений до конца. Намолчавшийся Валтазар выплескивал наболевшее со страстью обманутой жены. Негодующе-прозрачный палец тыкал в карточки, в ноздри лез крепчающий с каждым словом аромат, но виконт его почти не замечал, будучи зачарован логикой, перед которой склонились бы даже матерьялисты! Призрак принадлежал вазам, вазы удерживали его в этом мире, без них он был ничто, вернее, он бы просто не был, однако Валтазар ощущал себя не рабом чудовищных горшков, но хозяином! Мало того, покойный хапуга считал своим все, что Салиган сволок в злополучную церковь, и при этом он догадался увязать свое благоденствие с дуксией!
– Д.А.Н.А.Р.И.Я.Б.О.Г.О.У.Г.О.Д.Н.А, – вещал призрак, – А.В.С.Е.Е.Я.В.Р.А.Г.И.Е.Р.Е.Т.И.К.И.
– Прошлый раз еретиками были те, – холодно напомнил Марсель, – кто жег Ноху. Ты сам говорил.
– Н.О.Х.У.О.С.К.В.Е.Р.Н.И.Л.И.
Валме внутренне подобрался, однако Валтазар не случайно достиг высоких церковных степеней, не было такого поджога и такого погрома, которых бы он не оправдал, если это шло ему на пользу. Разгром Нохи обернулся явлением дукса Салига, спасшего вазы и водворившего их в свою уютную резиденцию, значит, Ноху надо было сжечь, а дукса – восславить.
– Д.А.Н.А.Р.И.И.Н.Е.С.У.Т.И.С.К.У.П.Л.Е.Н.И.Е, – поучал святой подхалим. – Д.У.К.С.Ж.А.Н.П.О.Л.Ь.П.О.С.Л.А.Н.С.В.Ы.Ш.Е.А.Т.Ы.Е.Р.Е.Т.И.К.Г.Д.Е.Р.А.М.А.
– Дарама? – не понял все-таки подошедший Эпинэ. – При чем тут она?
– Рама, – как мог беззаботно объяснил Марсель сгрудившимся у него за спиной соратникам, – от портрета, который не доехал до Ургота. Я о ней забыл.
– Печально, – Алва сгреб карточки и сунул в «гальтарскую» вазу. – Рамон, тебя не затруднит украсть для святого отца что-нибудь подходящее?
Лишенный слова призрак закивал головой и сунул в нос людям два пальца, которые тут же сменились тремя.
– Он хочет три рамы, – перевел Марсель, борясь с желанием выволочь из этой кладовки Эпинэ и хотя бы слегка напоить.