– Разрубленный Змей, – не выдержал Эмиль, – насколько же проще с дриксами!
– Разрубленный Заяц, насколько же проще с матерью!
– Ее тут нет.
– Жаль! Отучить тебя бояться алатского сундука ей как-то удалось… Ну послушаю я тебя, засяду в Аконе, а меня застрелит Понси.
– Я придурку руку сломал. Забыл?
– Хорошо, я поскользнусь на обмылке.
– На обмылке?!
– Подошла бы и оса, но зимой осы не летают. – Лионель кивнул караулившему вход сержанту, и тот отодвинул засов. Во дворе ждали «фульгаты» с лошадьми. Собственного мориска Эмиль не обнаружил; рядом с месившим серый от сажи снег Грато смирно стоял гнедой длинногривый полукровка. На первый взгляд очень недурной.
– Постой, это еще что за зверь?
– Барон. Ариго потерял его на Мельниковом.
– А кто нашел?
– Выкупили ремонтеры, опознали «спруты», – безмятежно объяснил братец, ставя ногу в стремя. – Ты не передумал ехать?
– Не дождешься! – Барон так Барон! – Взял бы ты с собой хоть Валентина, что ли.
– И не подумаю. Мало того, еще я не возьму Райнштайнера, уцелевших Катершванцев и тебя – Грато привык к утренним прогулкам.
– А я по утрам привык спать, а потом завтракать, – Эмиль как мог спокойно разобрал поводья, – булочками.
– В Гёрле их пекут лучше, – не преминул укусить Ли. – Что скажешь о Лагаши?
– В Бордоне он сильней прочих переживал гибель Моро и меньше всех – Фердинанда, в остальном алат как алат. Зачем ты отослал Уилера?
– За тюрегвизе. Мишель с Мухой рубят бесноватых немногим хуже… Попробуй прекратить дергаться, вдруг да получится.
– Отправь Ариго, прекращу.
– Место Жермона подле Ирэны, ибо любовь, к тому же красивая. Мы едем к бергерам, я под утро уйду, ты – вернешься в город. Около полудня и на Грато.
– Где твоя хваленая верность? – выть и рычать нельзя, ну так смейся, валяй дурака, шути! – И что мне скажет Грато?
– Что в красном и верхом ты Проэмперадор Проэмперадором. Неужели ты не соблазнишь лошадь, брат? Ты, Савиньяк?
– Я – граф Лэкдеми, и намерен оставаться таковым как можно дольше! Итак, ты спер у Ариго коня…
– Странный вывод.
– Ну не на Стоунволле же ты поедешь!
– Да, это было бы неудобно. Барона барон вернет графу; скромному кэналлийскому охраннику пристала лошадь попроще. Рединг приглядел варастийскую кобылу, но разошелся во мнениях с Райнштайнером, так что твой совет лишним не будет.
– Еще как будет! – огрызнулся Эмиль. – Но я все равно посоветую, а завтра в полдень отправлюсь домой. С закатным эскортом и на сером в яблоках мориске.
– Людными улицами, и не забудь красный плащ.
4
Баата поднялся, когда Матильде захотелось отпихнуть тарелку и разогнать слуг с очередными горами снеди, грозящей вновь скрыть проступившую было скатерть. Просветленное и исполненное решимости лицо казара сулило речь, и алатка облегченно вздохнула – избавление от власти кагетского, как его ни называй, обжорства пришло вовремя.