— Они от отца.
— Да поебать вообще. Давай сюда!
— Пошёл…
Смуглый прыгнул сверху, втоптав меня ногами в тротуар. Он орал на всю улицу, пинал в живот, харкал сверху, матерился и снова пинал. Больше всего на свете я жалел, что не могу встать, чтобы врезать ему в ответ. Как же мне хотелось взять железную арматуру и переломать ноги этому ублюдку, чтобы он никогда больше не смог ходить.
Куда там… Я от его пинков-то защищался с трудом. Пару раз кроссовок проскочил между ладоней и угодил в лицо. Я захлебывался собственной кровью и ничего не видел из-за тёмной пелены, застелившей глаза.
Кто-то схватил за волосы и приподнял над землей. Затем ударил головой об асфальт. Не сильно. Но этого хватило, чтобы я выключился на несколько секунд.
Когда я пришёл в себя, двое уже меня держали, прижав лицом к стене. Третий заломил левую руку за спину. Он снимал часы.
— Нет…
— Да не дёргайся ты, сука!
— Слышь, Мамай, трубку тоже у него забирай. А то сильно дерзкий.
— Ща.
На телефон мне было плевать. Единственное, что я не мог отдать этим выродкам, — так это часы. Отец подарил их мне в мой шестнадцатый день рождения. За пару дней до того самого задержания.
Я дёрнулся, пытаясь вырваться, но тут же вскрикнул от боли. Заломленная рука едва не хрустнула. Часы с меня всё-таки сняли.
Не помню, как я вновь оказался на земле. Я увидел, как смуглый убирает отцовские «Casio» себе в карман, и меня захлестнула волна безысходного гнева.
— Верни! — что есть сил закричал я. — Верни часы, сука!
Смуглый харкнул рядом со мной и повернулся к светловолосому:
— Слышь, Костян, может его обоссать? А то он чёт вообще берега путает.
— Да хрен с ним. Хватит ему.
— Рюкзак забираем?
— Да на хрен нужен, — махнул рукой блондин. — Глянь, если там бабок нет, то фиг с ним.
Ублюдки начали потрошить мой рюкзак, вываливая из него всё подряд. Смуглый залез в боковой карман и достал оттуда смятые купюры.
— А вот и лавэ! Смотри, Костян, два куска!
— Нормально. Будем считать, что это компенсация за базар.
— Может всё-таки обоссым? Он меня послал всё-таки.
— У тебя недержание, что ли? Пойдём, пока мусоров не вызвали.
Смуглый ещё раз пнул в лицо.
— Будем считать, что тебе повезло, петушок. Ты понял, сука? — снова удар.
— Верни часы…
— Чё? Че ты вякнул?
— Мамай хорош! Надо валить!