История Христианской Церкви: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Введение в науку

§ 1. Понятие о Церкви и ее истории

Христианская Церковь есть основанное Господом нашим Иисусом Христом общество людей, соединенных между собою одною верою в Него, как Бога Искупителя, одним богооткровенным учением, одним богослужением и таинствами, под управлением и руководством богоустановленной иерархии, для достижения нравственного совершенства и спасения. Как общество людей, явившееся в мире в определенное время, существовавшее в продолжение многих веков при постоянной смене своих членов, имевших разнообразное влияние на ход и развитие ее жизни и, наконец, существующее в настоящее время, Церковь необходимо должна иметь и имеет свою историю. История Церкви обнимает собою все перемены и события, совершившиеся в ней от основания ее до настоящего времени. Как наука она есть изображение в систематическом порядке связи и последовательности жизни Церкви во всех ее проявлениях.

§ 2. Предмет церковной истории и составные части

Из предыдущего видно, что предмет церковной истории есть Церковь как религиозное общество, состоящее из людей. Таким образом, предметом истории служит только человеческий элемент Церкви как подлежащий изменяемости; все же божественное — составляющее сущность и основу Церкви, например, вероучение, таинства и прочее как вечное и неизменяемое, — не подлежит истории само в себе, хотя, становясь предметом разнообразного понимания людей, и оно становится предметом исторического изучения. Стороны, с которых должна быть рассматриваема Церковь как предмет исторической науки, указываются самою ее жизнью. Жизнь Церкви проявляется с двух сторон — внешней и внутренней. Так, мы видим, Церковь распространяется или сокращается в своих пределах и стоит в разное время в известных отношениях к другим человеческим обществам. Это внешняя сторона. С другой стороны, мы видим, Церковь заботится о сохранении и уяснении своего вероучения, хотя при этом встречает препятствия со стороны некоторых своих членов, отступающих от господствующего вероучения и составляющих ереси и расколы; совершает богослужение и таинства при тех или других обрядах; управляется иерархией и, наконец, стремится достигнуть главной цели своего существования — нравственного усовершенствования и спасения своих членов. Все это составляет внутреннюю сторону жизни Церкви. Отсюда и наука церковной истории должна изображать историческую жизнь Церкви с внешней и внутренней стороны, а именно: 1) как распространялась или сокращалась Церковь и в каком отношении она находилась к другим обществам; 2) как сохранялось и уяснялось в ней учение веры, какие возникали ереси и расколы; 3) в каком виде находилось богослужение и совершение таинств; 4) как действовала церковная иерархия и 5) в какой мере достигалась членами Церкви ее главная цель — нравственное усовершенствование и спасение.

§ 3. Источники и пособия

Источники церковной истории двух родов: немые и словесные, или письменные. К первым принадлежат: церковные здания, иконы и разного рода изображения, сосуды и тому подобное. Ко вторым относятся: Священное Писание, акты, определения и правила соборов, символы, литургии, послания соборов, церквей и епископов, творения отцов Церкви, жития святых, сказания современников о событиях церковных и тому подобное. Письменные источники в разное время соединены в сборники и изданы в свет, по крайней мере большая часть. Пособиями при изучении церковно-исторических памятников служат: знание правил критики, филология, география, хронология и всемирная гражданская история. Пособиями при изучении церковной истории как науки в учебных заведениях могут служить церковно-исторические труды, начиная с «Церковной истории» Евсевия, епископа Кесарийского († около 340 г.), отца церковной истории, и кончая новейшими произведениями церковно-исторической, особенно германской, литературы.

§ 4. Разделение церковной истории на периоды

История Церкви как наука должна быть стройным, органическим развитием всех сторон своего предмета. Поэтому необходимо, чтобы каждая сторона церковной жизни изображалась в ней в непрерывном порядке и последовательности. Но так как между всеми сторонами церковной жизни существует тесная историческая связь, то нельзя каждую из них рассматривать особо чрез все века; с другой стороны, рассматривать все стороны церковной жизни совокупно в каждом веке также неудобно, потому что есть такого рода события, начало которых в одном веке, а продолжение в другом и даже в третьем веке, отчего может потеряться связь в изложении. Более удобным признается в ученой церковно-исторической литературе разделение церковной истории в ее изложении на периоды, сообразно характеристическим особенностям жизни Церкви в известный промежуток времени. Таким образом, история Церкви может быть разделена на четыре периода: первый период — период по преимуществу внешнего распространения Церкви Христовой, от времен апостолов до торжества ее над язычеством при Константине Великом (34-313 гг.); второй период — период по преимуществу внутреннего благоустройства Церкви, от торжества Церкви над язычеством при Константине Великом до окончательного отпадения Западной Церкви от Восточной и устройства Церкви Русской (313-1054 гг.); третий период — от окончательного разделения Церквей и устройства Церкви Русской до падения Византийской империи на Востоке (1453 г.) и начала Реформации на Западе (1517 г.), характеризуемый со стороны Восточной Церкви неизменным соблюдением древнего вселенского учения и благоустройства, а со стороны Западной — постепенным уклонением от сего учения и благоустройства; четвертый, наконец, период — от падения Византийской империи на Востоке и начала Реформации на Западе до настоящего времени — для Восточной Церкви период бедственной жизни под игом мусульман, а для Западной — период распадения ее на новые религиозные общества.

История Русской Церкви как составляющая отдельную науку будет занесена в настоящий курс общей истории христианской Церкви только своим началом и окончательным устройством, дабы можно было видеть ее место в общей церковной истории.

Период первый

От первого распространения христианской Церкви во время апостолов до торжества ее над язычеством при Константине Великом (34-313 гг.)

§ 5. Характер этого периода

Появление в мире Христовой Церкви встречено было крайне враждебно со стороны религиозных и политических обществ того времени. Иудейский и языческий мир, не признавая за христианством значения единственно истинной религии, вступает в борьбу с Церковью и стремится уничтожить ее. Против Церкви издаются строгие законы, члены ее подвергаются кровавым преследованиям и тому подобное. Но Церковь не погибает. Сильная присущею ей божественною силою, она с необыкновенною быстротою распространяется в самом центре тогдашней исторической жизни, в Греко-Римской империи, и отчасти выступает даже за ее пределы; устраивает свой внутренний быт, насколько это было возможно при постоянных почти гонениях; наконец, выдержав трехвековую борьбу с миром иудейским и языческим, побеждает все препятствия к своему распространению и утверждается навсегда в Греко-Римской империи. Борьба Церкви с миром иудейским и языческим за право существования составляет характеристическую особенность первого периода ее исторической жизни.

Глава I Распространение церкви

§6. Условия, благоприятствовавшие распространению Церкви

Христианская Церковь, как сказано выше, при своем появлении встретила ожесточенное сопротивление к своему распространению со стороны человеческих обществ того времени, но в самой жизни этих обществ, как политической, так и религиозно-нравственной, были условия, благоприятствовавшие ее успешному распространению.

Политическое состояние вообще. Ко времени пришествия Христа Спасителя в мир и основания Им Своей Церкви почти все народы тогдашнего политического мира соединены были в одно государство, под одной политической властью римского народа. Рим назывался столицею всей вселенной. По праву победителей римляне относились к побежденным народам очень жестоко — забирали и отвозили награбленные в завоеванных странах богатства, отводили в плен толпы побежденных и делали их своими рабами. Рим, перешедший из республики в империю за немного лет до явления Христа Спасителя, сделался еще более деспотическим. Императоры были деспотами не только по отношению к покоренным царям и народам, но и к самому народу римскому, который, завоевавши целый свет, теперь сам впал в рабство своим правителям. Раболепство было всеобщее — пред императорами раболепствовали сенаторы и вообще высшие классы общества, пред последними раболепствовал народ. По примеру императоров и правители областей были такими же деспотами. Давно подготовлявшееся разделение между высшими и низшими классами окончательно совершилось при переходе Рима из республики в империю. На стороне высших классов было богатство, на стороне низших — нищета и угнетение; и то и другое особенно поразительно было в самом Риме, где, наряду с великолепной и роскошной обстановкой жизни императоров и высших классов, толпы обнищавших и забитых римских граждан не имели куска насущного хлеба. Положение рабов в римском государстве было еще бедственнее. Это были люди без всяких человеческих прав. В руках своего господина раб был не более как одушевленною вещью, которою он мог безнаказанно распоряжаться по своему произволу.

Политическое состояние Иудеи. Иудея, из которой надлежало явиться Искупителю мира, во всеобщем потоке завоеваний римлян не избежала участи других народов. Под управлением князей из фамилии Маккавеев, она составляла еще отчасти самостоятельное государство (167-63 гг. до Р. X.), находилась даже в дружественных сношениях с Римской республикой. Но за 64 года до Рождества Христова произошел раздор в фамилии Маккавеев между двумя братьями Гирканом II и Аристовулом II. Они обратились с жалобами друг на друга к римскому полководцу Помпею, бывшему тогда на Востоке. Помпей (63 г. до Р. X.), после трехмесячной кровопролитной борьбы с иудеями, занял своими войсками Иудею, взял Иерусалим и храм и уничтожил навсегда самостоятельность иудейского народа, обязавши его платить дань римлянам. Впрочем, Помпей предоставил Гиркану первосвященническое достоинство и титул народоначальника. Аристовул же был отведен в Рим как пленник. После этого фамилия Маккавеев падает. Гиркан II, любивший более всего спокойную жизнь, не мог возвратить прежнего блеска этой фамилии; всеми делами заведовал преданный римлянам идумеянин, принявший иудейскую веру, Антипатр, со своими сыновьями Фасаилом и Иродом, из которых первый управлял Иерусалимом, а второй Галилеей. В 37 году до Рождества Христова Ирод при содействии одного из римских триумвиров, Антония, достиг даже того, что был провозглашен царем иудейским. При помощи римских легионов он занял иудейский престол, а последний представитель фамилии Маккавеев, сын Аристовула Антигон, успевший было утвердиться в Иудее после борьбы со своим дядей Гирканом, отправлен был в Рим и подвергнут там бичеванию у позорного столба как преступник. Со вступлением Ирода на престол царская власть в Иудее от колена Иудина отошла.

Ирод, прозванный Великим, расширил пределы Иудеи, восстановил разрушенные города, перестроил и украсил самый храм Иерусалимский; но он был не любим своими подданными за жестокости и введение в Иудее языческих обычаев и римских зрелищ. По смерти Ирода, последовавшей в первые годы по Рождестве Христовом, опять начались волнения в Иудее. Иудеи вооружились против римских войск, находившихся в ней; в Иерихоне появились разбойничьи шайки, предводители которых присваивали себе царский титул. Между тем дети Ирода хлопотали в Риме о своих правах на иудейскую корону, и император Август, по расположению к умершему Ироду, отдал в их управление Иудею: Архелаю поручил одну половину Палестины, с титулом народного князя и с обещанием дать корону, если будет достоин того, другую половину — прочим сыновьям Ирода, Антипе и Филиппу. Архелай чрез девять лет был вызван в Рим по обвинению в жестокости и сослан в Галлию в заточение, а его владения сделались римской провинцией, с присоединением их к Сирии. Антипа и Филипп считались владетелями остальной половины Палестины, но не имели никакой власти. Всеми делами заведовали римские прокураторы, а иудейские цари пользовались только одним титулом, проживая на почетном пенсионе от римского правительства. Римский прокуратор Сирии и Палестины Квириний, наконец, обложил Иудею поголовной данью в пользу Рима. Иудея окончательно была покорена римлянами. Явился было протест со стороны ревнителей национальной свободы, выразившийся возмущением иудеев под предводительством Иуды Галилеянина, но скоро был подавлен римскими войсками.

Ко времени пришествия Христа Спасителя иудеи жили и вне Палестины. Во время постоянных нападений на Иудею и опустошений жители ее были отводимы в плен и поселяемы между победителями, так что не было страны, входившей в состав римского государства, в которой не было бы евреев. Здесь положение их было спокойнее, чем в Палестине. По своему предприимчивому характеру евреи занимались торговлей и промышленностью, приобретали богатства, а чрез последние иногда независимость и даже привилегии. Особенно много евреев было в Александрии; были они даже в Риме, куда попали в первый раз как пленники, при Помпее.

Религиозно-нравственное состояние языческого мира. Еще безотраднее было положение человечества в религиозно-нравственном отношении. Истинного богопознания не было ни у одного народа, за исключением народа еврейского. Понятия о Едином истинном Боге и об отношении к Нему людей, сообщенные человечеству первобытной религией, в течение многих веков, прошедших от падения прародителей, затмились окончательно. Человечество успело создать свои религиозные системы, в которых сначала заметны были следы истинной первобытной религии, но чем дальше шло время, тем меньше оставалось в них истинных религиозных понятий; более и более погружались люди в жизнь окружающей их природы и совсем потеряли представление о высшем духовном мире. Явились так называемые языческие религиозные системы, с обоготворением всей природы или только некоторых частей ее, сил и явлений. На место Единого Бога первобытной религии явилось множество богов: небесные светила, стихии и произведения земли, звери, животные, люди, чем-нибудь знаменитые, добродетели, пороки, страсти и тому подобное — все было предметом обоготворения в языческих религиозных системах.

Подобные религиозные системы, сталкиваясь и перемешиваясь между собою, ко времени пришествия Христа Спасителя существовали у разных народов языческого мира. В греко-римском мире, в котором тогда сосредоточивалась историческая жизнь и с которым христианская Церковь прежде всего вошла в соприкосновение, господствующей религией была религия, допускавшая обоготворение людей. Но эта религия начала колебаться, когда в греческом обществе просвещение развилось настолько, что не могло допустить веры в создания человеческой фантазии. Явились философские системы, поставившие своей задачей объяснить и постигнуть бытие мира и вещей. Философия подвергла народную религию критике и отвергла ее. Взгляды философов на религию стали распространяться в народных массах, и в ней возбудилось тоже недоверие к богам. Такое религиозное отрицание началось в Греции еще за три века до Рождества Христова, так что ко времени появления христианства было почти всеобщим. Народная религия падала; народ уже не верил своим богам, хотя и исполнял религиозные обряды по привычке к старине и по привязанности к блестящим религиозным церемониям, удовлетворявшим его эстетическому чувству.

То же случилось и с религией римлян. Народная римская религия, сходная с религией греков, держалась до тех пор, пока Рим в своих завоеваниях не выступил за пределы Италии, особенно пока не вошел в столкновение с Грецией. Греки, побежденные римлянами, в свою очередь, подчинили их своему нравственному влиянию. Они познакомили римлян со своим образованием, со своей философией и вместе с тем передали им свои взгляды на религию. Высшие классы прежде других усвоили греческое образование; поэтому среди них и возбудилось прежде всего неверие в отечественных богов. Но и народ скоро последовал за высшими образованными классами в религиозном отрицании: сценические представления, в которых осмеивались боги, подрывали в нем религиозные убеждения. Если и оставалось в нем нечто религиозное, так это привязанность к обрядам и церемониям, к которым и сводилась вся религия. Даже представители религии, жрецы, заражены были общим неверием. Само римское правительство, заботясь о всемирном господстве, подорвало уважение народа к отечественной религии, собравши в римском пантеоне изображения богов всех завоеванных народов и давши им право гражданства. От этого в римском народе появилась холодность к собственной религии и поселялось убеждение, что можно содержать какую угодно религию, так как каждая имеет право на уважение. Впрочем, римское правительство требовало сохранения древней народной религии в том убеждении, что с сохранением религии сохранится и самое государство, основанное на ней.

Философия, подорвавшая народные религии, вместо них сама не могла дать ничего положительного. Эпикурейская философия, отвергая все высшее этой настоящей жизни, проповедовала исключительно одно наслаждение жизнью и в умении наслаждаться полагала всю мудрость человеческую. Стоицизм, проповедуя строгость жизни, равнодушие и презрение ко всем ее случайностям, заставлял искать успокоения и блаженства в размышлении о неизбежности всего совершающегося в силу неизменных законов вселенной, в углублении человека внутрь себя и в сознании собственной внутренней жизни и силы; о божественном же, высшем этой жизни не было речи. Платонизм, выработавший понятие о Высочайшем Божественном Мироправителе, проповедовал зависимость человека от Него и общение с Ним признавал единственным источником освящения, но на этом и останавливался, не разрешая вопроса, каким образом людям искать этого общения. Так называемый неоплатонизм, отвергая все философские системы и религии, утверждал, что истины безусловной нет ни в одной из них, хотя проблески ее можно находить во многих. Люди, державшиеся взглядов этой крайне неопределенной системы, называемой также эклектизмом, составляли для себя особую религию, заимствуя, по своему усмотрению, содержание ее из всех религий.

Такого рода философемы, при своем разнообразии и отрицании одной другою, не могли заменить религии человеку, не могли удовлетворить оставшегося в нем религиозного чувства. Люди мыслящие, в которых еще сильна была идея религии, в сознании внутренней пустоты, переходили от одной системы к другой, не находя нигде удовлетворения. Масса народа не знала философии; при отсутствии определенных верований она бросалась в противоположную крайность — суеверия. Пред временем пришествия Христа Спасителя в греко-римском мире особенно распространились тайные восточные культы со своими гаданиями, волшебствами и тому подобным.

Вместе с падением религии в греко-римском мире, естественно, пала и нравственность. При отсутствии веры в Бога не было никаких основ для чистой нравственности. Деспотизм императоров, наплыв в Рим богатств со всего тогдашнего мира, происшедшая отсюда роскошь, философия, проповедовавшая наслаждение, — все это содействовало упадку древней строгости нравов. Распущенность нравов была во всей силе. Языческие писатели того времени единогласно отзываются об упадке нравственности в мире. Апостол Павел яркими чертами изображает нравственное состояние римского общества, замечая (Рим. 1, 29-31), что оно полно всякой неправды, лукавства, корыстолюбия, злобы, зависти, убийств, распрей, злонравия, гордости и тому подобных пороков.

Религиозно-нравственное состояние иудейского народа. Наряду с языческими религиозными системами, господствовавшими у народов дохристианского мира, стоит одиноко особая религиозная система, исповедуемая одним только народом еврейским. Иудеи обладали неоцененным благом, у них была религия богооткровенная, с истинными понятиями о Едином истинном Боге и об отношении к Нему человека. В иудейской только религии были божественные обетования о пришествии в мир Искупителя человечества. В течение многих веков, при всех политических переворотах в судьбе иудейского народа, богооткровенная религия сохранялась им неизменно. Бывали отступления евреев от служения истинному Богу, но непродолжительные. Данную чрез Моисея религию Господь Бог разъяснял чрез пророков. Последние своими возвышенными толкованиями закона подготовляли путь новой религии, имеющей явиться. Они указывали уже и на Спасителя, говорили, что день Господень наступит скоро, даже обозначали время Его пришествия.

Но пред пришествием Христа Спасителя и еврейский народ в религиозном отношении не избежал участи остального человечества. Веры в Единого Бога еврейский народ не потерял; но, с одной стороны, главный догмат своей религии, учение об Искупителе, стал понимать совершенно неверно, с другой — разделился на несколько партий в понимании религии вообще. Под влиянием тяжелых политических обстоятельств, порабощения от египтян, сириян и, наконец, римлян, народ еврейский видел в обещанном Искупителе только необыкновенного царя-завоевателя и освободителя от чужеземного ига, который устроит земное царство и даст славу и блеск еврейскому народу. Гордый своей истинной религией, бывшей только у него одного, еврейский народ ожидал и Мессию только для одного себя как народа избранного. В таком смысле евреи объясняли и понимали свои пророческие сказания о Мессии. Являлись даже ложные пророки, которые говорили о наступлении времени освобождения от чужеземного ига. Мессии в уничиженном виде евреи не хотели знать, а между тем охотно шли за народными бунтовщиками, объявлявшими себя мессиями, пришедшими будто бы освободить еврейский народ от ига; такого рода мессией был, например, Иуда Галилеянин, о котором упоминается в Деяниях апостольских, в речи Гамалиила синедриону. Конечно, были исключения в еврейском народе относительно понимания религии, о чем свидетельствует Евангелие, но большинство было слишком далеко от того обещанного Мессии, верою в Которого жили лучшие люди прежних времен. При всем этом, пред временем пришествия Христа Спасителя, в еврейском народе образовались еще религиозные партии фарисеев, саддукеев, ессеев и ферапевтов.

Появление первых двух партий относится ко времени распространения на Востоке греческой образованности (во II в. до Р. X.), когда некоторые иудеи из высшего класса стали увлекаться ею, а вместе с тем заимствовать и языческие обычаи. Ревнители отечественной религии и отечественных учреждений восстали против этого и образовали особую религиозную партию, с политическим оттенком, под именем фарисеев, что значит избранных, отделенных. Они были ревнителями не только закона Моисеева, но и всей вообще еврейской старины, всех устных преданий. Ревность их, вначале почтенная, получила скоро превратное направление; они не столько заботились о сохранении и поддержании существенного в религии, сколько второстепенного. Все внимание фарисеев, доходившее до мелочности, было обращено к внешней стороне религии — они добровольно налагали на себя посты, часто молились, часто совершали внешние омовения в том убеждении, что такое строгое исполнение предписаний закона, нередко ими самими выдуманного, особенно угодно Богу и составляет единственный путь ко спасению. Отсюда фарисейская гордость и презрение ко всякому, не принадлежащему к их партии. Внешняя святость жизни фарисеев привлекала к ним народ, который всецело подчинялся влиянию этих мнимых ревнителей веры. Противоположность фарисеям составляли саддукеи. Это были люди, усвоившие себе греческое образование, смотревшие на все с философской точки зрения, между прочим и на религию. Саддукеи стремились к рационалистическому пониманию закона Моисеева, поэтому отвергали устные предания, так много уважаемые фарисеями, не придавали большого значения обрядам, наконец, дошли до отрицания бессмертия души, воскресения мертвых, бытия мира духовного и божественного провидения. Сравнительно с фарисеями саддукеев было небольшое число: секта их состояла из богатых и знатных людей, которые занимали высшие должности; между ними немало было даже первосвященников.

При первоначальной борьбе партий фарисеев и саддукеев, во II веке до Рождества Христова, образовалось новое религиозное направление ессеев и ферапевтов. Люди, державшиеся того и другого направления, образовали из себя род особого ордена, посвятившего себя на служение Богу вдали от настоящего еврейского общества. Ессеи сначала жили в городах, потом ушли за Мертвое море и там поселились отдельным обществом, которое простиралось до 4000 человек; ферапевты проживали в Египте. В свое общество ессеи принимали после особого тщательного испытания, с особыми обетами почитать Бога, хранить имена ангелов, любить истину, не открывать никому тайн общества. Жизнь в этих обществах была строго умеренная; все члены их занимались земледелием, имущество было у них общее, были общие собрания, особенно в субботу, на которых они читали Священное Писание, пели гимны. В молитвенных собраниях наблюдались строгий порядок и торжественная тишина. Все стремления ессеев и ферапевтов направлены были, в противоположность фарисеям, на внутреннюю сторону религии, на внутреннее самоусовершенствование человека. Внешним выражением этого у ессеев служили частые омовения. Толкование и понимание закона Моисеева, особенно у ферапевтов, было мистическим, таинственным.